Убийство в бокале просекко
Шрифт:
– Вы представляете, кто вышел утром из подъезда Калининой? Макаров! – звучал звонкий женский голос.
Аня напряженно прислушалась, пытаясь поймать каждое слово.
– Она же живет в новостройке напротив моего дома. Я как раз вышла и дочку в машине ждала, она у меня такая копуша, всегда полчаса собирается, а сегодня прямо сама себя превзошла. Я уже лифт вызвала, а она еще телефон забыла и вернулась. Обычно с ним не расстается, даже в туалет без него не ходит, а тут, надо же, забыла! И как вовремя!
«Да уж, ничего не скажешь, вовремя», – подумала Аня. В коридор завернула полная женщина, которую девушка раньше никогда не видела, и она открыла сумочку, делая вид, что усилено ищет в ее недрах что- то, представляющее для нее в этот момент несомненную ценность.
– Ближе к делу, – прервал ее настойчивый голос коллеги, в котором Аня без труда узнала Ольгу.
– Так вот, – продолжила интригующим голосом Альбина, – смотрю, мужик выходит и кого- то мне напоминает. Он остановился и некоторое время стоял, ждал такси. Пригляделась получше – точно, Макаров! Я поначалу сомневалась, что ему тут делать? И вспомнила, что именно здесь Калинина живет, и у меня прямо сразу пазл сошелся! Вы посмотрите, что делается! Каринку схоронить не успел, а уже утешился!
– Совсем страх потеряли. Хоть бы для виду приличия соблюдали.
– Ну, они попытались. Он сел в такси и уехал, а Калинина позже вышла. Я специально дождалась, когда она выйдет, хоть дочка и подошла уже. Чтоб проверить.
– Вместе на работу не поехали, значит, чтоб не светиться.
– Шило в мешке не утаишь, – философски изрекла Альбина.
– Интересное кино получается. Может и правда они от Каринки избавились. Вступили в преступный сговор и…
– Или кто- то один из них, не обязательно вместе.
– Очень даже может быть. Говорят, что не сама Каринка умерла. Помогли ей и вроде даже каким- то нашим лекарством. Мне в бухгалтерии рассказали, но подробности пока никто не знает. Там все супер секретно.
– Нашим лекарством? – опешил незнакомый Ане голос.
– Да, да, да. Смекаете, какая картинка складывается?
– Анна Николаевна, – услышала Аня и вздрогнула, застигнутая врасплох за своим неприглядным занятием.
– Да, Вячеслав Григорьевич, – улыбнулась она начальнику, подозревая, что получается это у нее неважно.
– Потеряли что- то? – подозрительно спросил он, останавливаясь рядом с ней.
На людях и вне своего кабинета руководитель всегда разговаривал с ней на «вы», несмотря на то, что отношения за много лет сложились у них самые теплые.
– Ключ не могу найти, – ответила она явно нервничая и поспешила дальше по коридору, не желая, чтоб до ушей директора долетели обрывки чужих разговоров.
– Заходите ко мне на чай, – улыбнулся он, кажется искренне.
– Да, сейчас зайду, – ответила она доставая, наконец, из недр своей сумочки небольшую связку ключей с веселым брелоком из ракушек.
Оказавшись в тишине и одиночестве своего кабинета Аня облегченно выдохнула. Обстоятельства складывались совершенно не так, как хотелось бы. Сами по себе все события этой цепочки случайностей не казались ей криминальными, но в совокупности представляли собой удручающую картину. Пересуды про их отношения с Макаровым, нелепый конфликт и последующая скоропостижная смерть Карины… да еще и от лекарства, которое имелось в их фирме! Не удивительно, что коллеги шепчутся. Девушка вздохнула, пытаясь отогнать от себя неприятные мысли.
Дима больше о себе знать не давал. После того, как они расстались этим утром, Аня его не видела, и считала это не плохим знаком. Если бы что- то случилось, он бы уже объявился. По ее мнению, им явно следовало держаться друг от друга подальше, не привлекая внимания коллег и полиции. Отрезвевший Макаров, вероятно, придерживался этого же мнения, не звонил, сообщений не писал и в кабинет не заходил.
Единственный вопрос, на который Аня не могла дать себе ответа – это ехать ли ей на похороны Карины. С одной стороны, близкими подругами они никогда не были, с другой стороны, в сложившейся ситуации проводить Карину в последний путь казалось ей правильным. Сомнения терзали Аню до последнего, и только когда до назначенного часа прощания оставалось двадцать пять минут, она торопливо направилась к своей машине.
Принятое в последний момент решение заставило поторопиться, и Аня трясущимися руками искала в сумочке ключи от машины, все еще сомневаясь в правильности своего поступка. Ключ нашелся и автомобиль весело сигнализировал ей о том, что она может отправляться в путь. Она опустилась на водительское место и, забросив сумку и телефон на сиденье рядом, быстро тронулась с места.
Боясь опоздать на столь важное мероприятие Аня, не в пример обыкновению, ехала очень неаккуратно, резко перестраиваясь из одно ряда в другой и пыталась проскочить на мигающий зеленый. Одна такая выходка едва не стоила девушке здоровья и сохранности ее новенькой машинки. Пытаясь проехать прямо через перекресток она прибавила скорости и уже на желтом свете светофора оказалась на середине пересечения улиц, а прямо перед ней поворачивал на лево большой белый автобус. Девушка успела затормозить в сантиметре от неминуемого ДТП, догадываясь, что заслужила парочку нелестных эпитетов от водителя маршрутки. Вещи с пассажирского сиденья с глухим стуком полетели вниз, а кто- то истошно сигналил. Оставшийся путь Аня преодолела гораздо спокойнее, понимая, что торопиться на встречу с Кариной в таком буквальном смысле не стоит.
С трудом найдя место для парковки возле зала прощания, Аня принялась поднимать свою сумочку и телефон, так неудачно свалившиеся куда- то на дно машины. Не то чтоб они были ей очень сильно нужны, действия девушки носили скорее машинальный характер, ведь женщиной она была аккуратной. Сумка беззащитно лежала на коврике пассажирского сиденья, а вот телефон находится никак не желал. Аня перегнулась, пытаясь рукой нащупать холодный пластик под сиденьем, и натолкнулась на что- то твердое. Через пару секунд она уже совершенно забыла о своем телефоне, с интересом разглядывая находку в своих руках. Это был небольшой ежедневник в простой красной обложке с плотными белыми страницами, мелко исписанными неровным почерком. Аня открыла последний заполненный лист и попыталась прочитать чужой заковыристый почерк. Письмена расшифровать казалось нелегко – пишущий человек явно торопился и не стремился сделать свой шрифт легкодоступным.
Наткнувшись на свою фамилию она с небольшим трудом разгадала чужие каракули и смогла прочесть: «Сегодня приехала Калинина, и мой муженек аж котлетой подавился, когда об этом узнал. Теперь у меня добавился еще один повод для беспокойства, мало мне того, что случилось».
Оторвавшись от ряда неровных букв Анна вспомнила, как Карина уронила сумку, когда они тронулись с места возле винного магазина, и все ее содержимое полетело в разные стороны. Наверно, тогда этот маленький ежедневник и закатился под переднее сиденье, а женщина его не заметила. Впрочем, не заметила бы его и Аня, если бы не упавший телефон.
Не имея больше времени на разглядывание своей находки, Аня сунула ежедневник в сумку, нащупала, наконец, телефон и быстрым шагом припустила к залу прощания. Как она и ожидала, в просторном холе собралось уже достаточно народа, и многие стояли с цветами. Она укорила себя за проявленную непредусмотрительность, но успокаивала тем, что без цветов стояла не она одна.
Среди множества знакомых и не очень людей, Аня искала глазами Диму, желая поделиться с ним информацией о своей находке, но его нигде не было. Неожиданно кто- то схватил ее за руку, и девушка вздрогнула.