Чтение онлайн

– Я уже сказала вам, что нет.

– Ладно, ладно. И вот еще что, инспектор Дюран. – Бенколин взял со стола маску. – Вот это нашли недалеко от пятен крови. Как я себе представляю, девушка стояла спиной к кирпичной стене соседнего дома, скажем футах в полутора от нее. Убийца, очевидно, был сзади: судя по тому, как брызнула кровь, он нанес удар сверху под левую лопатку. Об этом говорит направление раны. Так вот, эта маска наводит на размышления… Вы видите – резинка с одной стороны оторвана, словно за нее дернули…

– Дернул убийца?

– А вы как считаете? – Бенколин неопределенно хмыкнул.

Поднеся белую подкладку маски поближе к лампе, Дюран не удержался от восклицания.

– Маску, – сообщил он, – носила женщина. Нижний край маски доходил ей как раз до верхней губы, и здесь осталось пятнышко… – Он поскреб ногтем. – Да, это губная помада. Смазанная, но еще заметная.

Бенколин кивнул:

– Вы правы, ее носила женщина. Что еще?

– Постойте! А может, маска принадлежала убитой?

– Я тщательно осмотрел труп, инспектор. Девушка не красила губы… Вы видите, помада очень яркая, следовательно, незнакомка была темноволосая, возможно брюнетка. Теперь посмотрите сюда… – Детектив натянул резинку и с громким щелчком отпустил. – Она довольно длинная, а по маске можно заключить, что лицо женщины было небольшим. Значит, эта маленькая женщина носила маску с очень длинной резинкой…

– Разумеется, – понимающе кивнул Дюран, в то время как его начальник выжидающе молчал, – чтобы удерживать ее на длинных и густых волосах.

Бенколин улыбнулся и выпустил облако сигарного дыма.

– Итак, инспектор, мы имеем брюнетку небольшого роста, употребляющую много косметики и забирающую волосы в пучок. Вот и все, очевидно, что может сказать нам маска. Такое домино можно купить в любой лавке…

– Что-нибудь еще? – осведомился инспектор.

– Только вот это. – Вынув из кармана конверт, Бенколин вытряхнул на стол несколько мелких осколков стекла. – Я нашел их там, на полу, – пояснил он, – а один едва заметный осколочек прилип к стене. Оставляю их вам, инспектор, разберитесь, а я ничего больше сказать не могу. Не думаю, что вы найдете в коридоре следы ног или отпечатки пальцев… А теперь мы с Джеффом и капитаном Шомоном отправляемся на беседу с господином Галаном. После этого я буду у себя; если понадоблюсь, можете звонить в любое время. Это все.

– Мне нужен адрес убитой. Придется сообщить родственникам, что мы забираем тело для вскрытия.

– Дюран, – снисходительно покачал головой Бенколин, – ваша прямолинейность просто восхитительна. Я уверен, что отцу мадемуазель Мартель будет особенно приятно получить сообщение о смерти дочери подобным образом… Нет, нет. Я или вот капитан Шомон сами позаботимся об этом. Но не забудьте сообщить мне заключение хирурга о ране… Ага, а вот и мы! Ну что?

В дверях вырос полицейский с кепи в руках.

– Я видел труп, мсье, – ответил он, – и уверен, что мертвая женщина – не та, кого я видел у музея сегодня ночью.

Дюран и Бенколин переглянулись. Бенколин спросил:

– Могли бы вы описать ту женщину?

– Это нелегко… – Он сделал неопределенный жест. – Было темно, вы понимаете… Думаю, она была хорошо одета. Кажется, блондинка, приблизительно среднего роста…

Дюран надвинул шляпу на лоб.

– Великий Боже, – простонал он, – сколько же здесь побывало женщин? Убитая, затем та, в маске, и теперь еще эта блондинка!… Еще что-нибудь?

– Да, мсье… – Полицейский снова заколебался. – Насколько я помню, на ней была меховая горжетка и маленькая коричневая шляпка.

После затянувшейся паузы, во время которой Шомон закрыл лицо руками, Бенколин вежливо поклонился мадемуазель Августин.

– Итак, – сказал он, – миф ожил. Желаю вам спокойной ночи, мадемуазель.

Бенколин, Шомон и я вышли на холодную темную улицу.

Давно зная Бенколина, я был уверен: он ничуть не задумается перед тем, чтобы поднять с постели в половине второго ночи любого человека, с которым ему надо поговорить, – и не из желания ускорить дело, а потому, что самому Бенколину все равно, день на дворе или ночь. Он спал там, где сон застигал его, и тогда, когда позволяла служба. Когда он увлекался, то забывал о времени и требовал того же от окружающих. Неудивительно поэтому, что, выходя из музея, он с живостью произнес:

– Если хотите, капитан, можете пойти с нами. Думаю, это будет интересная беседа… Но сначала предлагаю по чашке кофе. Мне нужна информация. Пока что, капитан, вы единственный, кто может дать ее мне.

– Разумеется, я с вами, – сумрачно кивнул Шомон. – Только бы не идти домой, не ложиться в постель… Я просто не смогу! Хорошо бы вообще сегодня не ложиться. – Он с решительным видом обвел взглядом комнату. – Пошли.

Автомобиль Бенколина стоял на углу бульвара Монмартр. Рядом с ним мутно светилось окошко позднего кафе. Столики с улицы еще не забрали, хотя тусклый бульвар был безлюден и только ветер свирепо трещал парусиной тентов. Завернувшись в пальто, мы присели за один из столиков. Высоко над бульваром мерцало то неясное сияние, тот эфемерный нимб, который по ночам стоит над Парижем; издалека доносился мелодичный шум уличного движения, изредка нарушаемый глухим кваканьем клаксонов. По мостовой, словно в каком-то призрачном танце, метались мертвые листья. Нервы у нас были напряжены до предела. Официант принес нам горячего кофе с коньяком, и я с жадностью отхлебнул из своего стакана.

Шомон сидел с поднятым воротником. Его пробирала дрожь.

– Все это начинает мне надоедать, – сказал он, вдруг помрачнев. – Я не понимаю, к кому мы собираемся? И еще эта погода…

– Человека, с которым мы собираемся встретиться, зовут Этьен Галан, – ответил Бенколин. – Во всяком случае, это одно из его имен. Между прочим, Джефф, вы видели его сегодня вечером: это человек, которого я показал вам в ночном клубе. Что вы о нем думаете?

Я сразу его вспомнил. Правда, зрительный образ почти полностью затерялся в том жутком водовороте, который закружил нас после той встречи; сохранилось лишь воспоминание о зеленых лампах, таких же неприятных, как и в музее, которые бросали отсвет на немигающие глаза и кривую усмешку. «Этьен Галан, авеню Монтень». Он жил на моей улице, а квартиры там стоят недешево; имя его было известно инспектору Дюрану. Казалось, с самого начала вечера призрак этого человека буквально преследовал нас… Я кивнул:

– А кто он такой?

Бенколин нахмурился:

– Этьен Галан, Джефф, очень, очень опасный человек. Сейчас я скажу вам только, что он неким образом связан с событиями сегодняшней ночи. – Детектив передвигал свою чашку туда-сюда по мокрому столу, глаза его ничего не выражали. – Я понимаю, что вам обоим не слишком нравится работать в такое время, в потемках, но обещаю, что, если только мы застанем его дома, вам многое станет ясно относительно событий сегодняшней ночи. Может быть, вы даже поймете все…

На мгновение он замолчал. В круг яркого света под тентом впорхнул желтый лист и закружил над столом. От холодного ветра у меня начали мерзнуть ноги.

– Нужно известить родителей мадемуазель Мартель, – медленно произнес Бенколин.

– Знаю, знаю. Боюсь об этом думать… Вы не считаете, – заколебался Шомон, – что лучше было бы позвонить по телефону?

– Нет. Но можно подождать до утра. В утренние газеты это происшествие уже не попадет, так что из газет они о нем не узнают. Я знаком с ее отцом. Могу освободить вас от этой миссии, если хотите… Невероятно! – воскликнул он вдруг. – Обе девушки из очень хороших семей. Ладно бы какие-нибудь простушки… Но эти…