Чтение онлайн

Немного раздражало то, что Мичник приводил много примеров из своей биографии. Антон считал, что это похвальба, что это нескромно, что лучше обращаться к опыту других людей. Но потом он успокоил себя тем, что в нем говорит просто неприязнь к Мичнику, которую до конца побороть он не смог.

– А вы достигли всего, чего хотели в жизни? – вдруг поинтересовался один из молодых людей, сидевший в первом ряду справа от Антона.

– Да, правда, – поддержала его девушка слева. – Ваша методика вывела вас на самый верх, к пределам мечтаний?

– Что есть пределы, что есть наши желания! – философски ответил Мичник. – Когда стоишь в начале пути, то конца ему не видно и цели задаются на обозримое будущее. Но по мере движения по жизни проявляются новые цели, новые соблазны, новые мечты. Это тоже надо учитывать. Иными словами, чем больше хочешь, чем больше достигнуто, тем больше хочется. Конечные цели постепенно отодвигаются, и достичь их всех невозможно даже теоретически. Это надо понимать. Я учу вас не постигать беспредельные горизонты, а добиваться конкретной цели, ставить себе конкретные задачи. А от цели к цели двигаться можно бесконечно. Главное – достигать всего на каждом конкретном этапе.

Мичника понесло в область сравнений и исторических примеров, и Антон не сразу понял, когда произошел этот переход. Что это за двадцать шестое число, что должно произойти, что именно должно проиллюстрировать вершину личностного роста самого Мичника. В телевизионной передаче он, что ли, будет принимать участие или по телевидению покажут, как Мичника назначат министром федерального правительства? Антон не стал переспрашивать, полагая, что это очередная похвальба самоуверенного через край человека.

Антон посматривал на своих соседей и удивлялся, какими глазами они смотрели на тренера. Аудитория буквально преобразилась за эти два занятия. Парни смотрели, мужественно поводя подбородками, и чуть ли кулаки не сжимали в предвкушении грядущих сражений за собственное светлое будущее. Девушки смотрели влажными глазами и пожирали ими Мичника. Интересно, ощущают они сексуальное влечение к этому человеку или нет. Мысль показалась Антону забавной, и он усмехнулся.

– Чем вызвана эта усмешка, Антон? – мгновенно последовал вопрос Мичника.

Старший лейтенант мысленно ругнулся и поднял глаза на тренера. Мичник смотрел на него, точнее, в него, в самую глубь его души, и это было очень неприятно. Надо было выкручиваться!

– Да, наверное, вы и сами понимаете, – улыбнулся он улыбкой благодарного человека. – Даже за два дня мы столкнулись на занятиях с тем, о чем могли бы подумать и сами. Вы ведь ничего сверхъестественного нам не говорите, вы открываете нам глаза на очевидное.

– Вы хорошо сформулировали, – похвалил Мичник и опять очень внимательно посмотрел Антону в глаза. – Разумеется, что ничего сверхъестественного или противоестественного в моей методике нет. Как, собственно, и в любой методике обучения, методике психологического воздействия. Просто она должна быть правильной, рассчитанной, целенаправленной.

Антон слушал и в знак благодарности кивал. Ему почему-то очень хотелось расспросить Мичника, а что же такое грандиозное произойдет двадцать шестого. И опять он ушел после занятия в состоянии раздвоенности. Не теряет ли он времени с этим Мичником? Ну пусть вскроется, что он нарушает финансовую дисциплину, укрывает доходы и искусственно уменьшает налогооблагаемую базу. Да пусть он даже кошельки из карманов своих слушателей в гардеробе ворует! Какое это имеет отношение к делу Антона? Ходить до конца на тренинг и пытаться понять, в какой момент у кого из девушек нарушится психика и кто-то из них поймет, что у нее никогда не произойдет личностный рост? И ловить за руку следующую несчастную, которая начнет коробками глотать таблетки или побежит на мост?

На сегодня оставалось выполнить еще одно небольшое дело. Выполнить его тайно, потому что внимание к списку участников семинара может сорвать всю операцию. Антон зашел в правый коридор, где за ресепшен сидели две девчушки.

– Девочки, – Антон просто источал радушие, – а что, Николаева не ходит на занятия, да? В нашей группе должна была еще и Николаева обучаться.

– Какая Николаева? – засуетились девушки, одаривая Антона белозубыми улыбками. – В этой группе, в которой вы занимаетесь? Сейчас посмотрим, но, по-моему, ходят все те, кто оплатил и кому мы отправляли приглашения.

Вот и заветный список группы с основными данными. Антон протянул руку, как будто хотел пальцем ткнуть в нужную фамилию, но никак ее не находил. Циферблат его наручных часов завис почти над самыми листами бумаги, которые перелистывали девушки.

– В списках такой нет, – захлопала глазами одна из девушек. – А вы уверены, что она записывалась на занятия? Как вы говорите, Николаева?

– Да, ладно, не ищите, – махнул рукой Антон. – Чего я вас буду отрывать от дел. Сейчас позвоню ей и узнаю, с чего это она вдруг передумала. Спасибо!

Главное он сделал, и теперь камера, вмонтированная в его наручные часы, сняла весь список группы с фамилиями, именами, домашними адресами и местом работы. Дома Антон с нетерпением занялся скачиванием цифровой записи с микрокамеры на компьютер. Вот и список. Он вчитывался, осторожно работая «мышкой», двигая список дальше и дальше. Ни одного человека из числа работников хоть какого-то банка в группе не было. Даже близко!

– Ну, как твои дела, семинарист? – послышался в трубке голос Быкова, когда Антон нажал кнопку на телефоне.

– Нормально.

– А что так вяло? Вы там мешки с цементом разгружаете или кроссы бегаете? Голос у тебя не того…

– Да просто я, Алексей Алексеевич, потерял в расследовании нить. А в какой момент, не соображу. Что-то не то, и несет меня куда-то не туда. Кажется, я иду по ложному следу, а нужный потерял.

– Ну почему? – возразил Быков. – Доходы у фирмы Мичника в самом деле минимальные. Я проверил. А одевается, как ты заметил, он не по доходам.

– А какое это имеет отношение к хакерам, крадущим деньги с банковских счетов, к самоубийствам девушек из числа сотрудниц банков?

– Он может быть главарем банды хакеров, организатором. А суициды могут быть вообще тут ни при чем. Не находишь?

– Это очень простое рассуждение, – угрюмо ответил Антон. – Я знаю, что вы сейчас скажете, что оно необязательно должно быть сложным. Все мои версии рушатся одна за другой: и к Мичнику ничего не ведет, кроме его иногородних вояжей с семинарами, и Галина Романова на его семинары не ходила. Тупик. А между тем после ареста Максима взломы «личных кабинетов» были, вот в чем загвоздка. И я не могу сказать, даже ухватиться не могу за мысль, что Мичник тут замешан. Тупик!