Чтение онлайн

Так точно, — ответил Туй.

Тищенко промолчал — ему с самого начала не нравилось это задание. Но на молчание курсанта Гришневич не обратил абсолютно никакого внимания и увел взвод в учебный центр.

— Ну что — пойдем в клуб? — спросил ефрейтор.

— А разве у нас есть другие варианты? — вопросом на вопрос ответил Игорь и они пошли в клуб.

В клубе еще никого не было, и курсанты без дела слонялись по первому этажу. Лишь в одиннадцатом часу пришел плотно сложенный, черноволосый старший лейтенант.

— Наверное, это Лозанкин, — шепнул Игорь Тую.

Ефрейтор подошел к старшему лейтенанту, приложил руку к пилотке и доложил:

— Товарищ старший лейтенант, наряд по клубу прибыл в ваше распоряжение. Старший наряда — ефрейтор Туй.

Оглядев наряд с ног до головы, Лозанкин «поставил задачу»:

— Значит так, Туй — вы должны вымыть нижний и верхний этажи и покрасит двери. Идем, я покажу, а то вы мне накрасите!

Лозанкин повел наряд куда-то в боковой проход, в конце которого находились одна за другой две двери. Их и нужно было покрасить. Услышав про покраску, Тищенко хотел побыстрее начать работу. Игорю с детства нравилось все красить — старые вещи и предметы на глазах оживали и получали вторую жизнь. Человек же помогал им в этом, словно был самым настоящим волшебником.

— А где нам краску и кисти брать? — спросил Туй, которому вообще ничего не нравилось, но не подавал виду.

— Хороший вопрос. Зайдите в радиорубку, когда помоете полы. Там найдите Маметкулова. У него и возьмете банку белой краски и кисти.

Как фамилия того, кто в радиорубке? — переспросил Игорь.

— Маметкулов. Да вы его быстро найдете — он сегодня только один в радиорубке будет. Предупреждаю — службу нести бдительно и прилежно. Отлучаться только на обед. Покраску закончить сегодня. В случае чего за все спрошу с тебя, как со старшего! — последнюю грозную фразу Лозанкин адресовал Тую.

— Есть, — поспешно ответил ефрейтор.

Лозанкин ушел, и Игорь плюхнулся на один из стульев, намереваясь немного подремать.

— Ты чего? — удивился Туй.

— Ничего. Садись — немного поспим. Куда торопиться — все равно никого нет, — пояснил Игорь.

— Надо пол мыть.

— Успеем еще.

— Не успеем. Надо еще двери покрасить. Я ведь старший наряда, а не ты. В случае чего мне попадет, а не тебе.

— Вот пристал! Ста-а-р-ший он, видите ли! — недовольно передразнил Игорь.

— Вставай, Тищенко! Пойдем пол мыть, а то еще и в самом деле не успеем! — настаивал ефрейтор.

— Ладно, черт с тобой! — Игорь нехотя поднялся и с большим сожалением оглянулся на стул.

— А где нам ведра и тряпки взять? — задумался Туй.

— Во-во. Можно сказать, что ничего не нашли, — обрадовался Игорь.

— Надо поискать где-нибудь, — возразил Туй.

— И чего ты такой неугомонный?! — в сердцах воскликнул Тищенко.

— Не знаю. Пойдем в подсобку, может там чего-нибудь хранится?

В маленькой подсобке оказалась целая куча тряпок и не меньше десяти ведер.

— Ух, ты — да этим инвентарем можно весь батальон вымыть! — воскликнул Игорь, удивленный увиденным.

— Во-во! А ты еще говорил, что скажем, будто ничего не нашли. Представляешь, как бы нам попало?! — назидательно заметил Туй.

Взяв по ведру и тряпке, курсанты вышли из подсобки. Игорь о чем-то вспомнил и вернулся. Вскоре из подсобки раздался страшный грохот, словно Тищенко намеренно решил перевернуть все вверх дном. Но шум продолжался недолго, и Тищенко вышел из подсобки с двумя щетками в руках:

— Держи одну, ефрейтор — подметать пол ведь тоже чем-то надо.

Туй мыл второй этаж, а Игорю достался первый. Лестницу решили вымыть вместе. Вначале Игорь мыл не очень старательно и лишь перемещал грязь с места на место. Там, где Игорь начинал, пол уже высох, но на нем чуть ли не рельефно проступали те же грязевые пятна, только уже в других местах. Раздосадованному курсанту пришлось возвращаться и начинать все сначала. Теперь он работал более старательно, и грязи почти не оставалось. Для полной чистоты можно было вымыть еще один раз, но это было бы уже слишком — трижды мыть пол тогда, когда за тобой никто не следит.

Закончив с мытьем полов, курсанты отправились на поиски Маметкулова. От главного холла на втором этаже в обе стороны отходили небольшие коридорчики. Курсанты свернули в один из них и начали читать таблички на дверях.

— Библиотека, комитет комсомола, — бормотал себе под нос Игорь.

— Вот радиорубка, — перебил его Туй, занимавшийся изучением противоположной стороны.

Переглянувшись, курсанты в нерешительности остановились возле двери.

— Ну что — надо ведь кому-то войти?! — первым нарушил молчание Туй.

— Надо. Вот ты и войди, — предложил Тищенко.

— А почему именно я, а не ты, например?

— А хоть бы потому, что ты ефрейтор и старший наряда.

— Вот я, как старший и посылаю тебя туда.

— Не пойду я… Ладно, пошли вместе.

Туй согласился и, постучав, они потянули ручку дверей радиорубки на себя. В уши сразу ударила музыка, извергаемая двумя тридцатипятиватными колонками. Игорь слышал ее еще за дверью, но вначале подумал, что играет радиорепродуктор. В комнате никого не было видно, и курсанты нерешительно топтались у порога.

— Што вам здэс нада? — спросил вошедший за ними невысокий, узкоглазый азиат.

— Нам нужен Маметкулов, — пояснил Игорь.

— Зачэм тэбе Маметкулов, а?

— Старший лейтенант Лозанкин сказал, чтобы мы у него…, то есть у тебя краску взяли — двери красить. Да и вообще надо, чтобы он нам все поподробнее рассказал.

— А вы кто такой?

— Мы наряд по штабу.

— А-а. Ясно. Я и ест Маметкулов. Пойдем за краска, — азиат выключил магнитофон и повел курсантов на первый этаж.

Вначале Маметкулов долго и путано пояснил, как надо красить дверь, а затем открыл какую-то кладовку и выдал наряду банку белой краски и две изрядно облысевшие кисти. Подавая кисти, Маметкулов обратил внимание на лычку Туя:

— Ты сколко в армия?

— Почти два с половиной месяца, — искренне признался курсант.

— Ц-ц-ц… Только два месяц. Совсем дух, а уже ефрейтор! Наверное, очко рвал? Да, зома? — насмешливо спросил Маметкулов, который тоже был ефрейтором.