Чтение онлайн

От спокойного, умиротворенного уединения следует отличать мучительное и напряженное одиночество (тоска, субъективное состояние духовной и душевной изоляции, непонятости, чувство неудовлетворенной потребности в общении, человеческой близости).

Как показывают данные опросов, подростки и юноши значительно чаще людей старшего возраста чувствуют себя одинокими и непонятыми. Массу писем на эту тему получают молодежные газеты и радиостанции: «У меня стоит телефон, но он постоянно молчит, а так хочется слышать знакомый голос, знать, что ты кому-то нужен...»

Чувство одиночества и неприкаянности, связанное с возрастными трудностями становления личности, порождает у подростков неутолимую жажду общения со сверстниками, среди которых они находят или надеются найти то, в чем им отказывают взрослые: эмоциональное тепло, спасение от скуки и признание собственной значительности.

Напряженную потребность в общении некоторые исследователи даже считают ведущей деятельностью юношеского возраста. Острая потребность в общении превращается у многих ребят в непобедимое чувство: они не только дня, но одного часа не могут пробыть без своей, а если своей нет — какой угодно компании. Особенно сильна такая потребность у мальчиков.

При сходстве внешних проявлений социального поведения глубинные мотивы, скрывающиеся за юношеской потребностью в принадлежности к группе, индивидуальны и многообразны. Один ищет в обществе сверстников подкрепления самоуважения, признания своей человеческой ценности. Другому важно чувство эмоциональной сопричастности, слитности с группой. Третий в ней черпает недостающие информацию и коммуникативные навыки. Четвертый удовлетворяет потребность властвовать, командовать другими. Большей частью эти мотивы переплетаются и не осознаются. Подробнее о группах речь пойдет впереди.

Яростно отстаивая свою независимость от старших, подростки зачастую абсолютно некритически относятся к мнениям собственной группы и ее лидеров. Неокрепшее «Я» нуждается в сильном «Мы», которое, в свою очередь, утверждается в противоположность каким-то «Они». Причем все это должно быть «грубо и зримо».

Страстное желание быть «как все» (а «все» — это исключительное «свои») распространяется и на одежду, и на эстетические вкусы, и на стиль поведения. Такое противоречие — когда индивидуальность утверждается через единообразие — может тревожить юношей.

Тем не менее это единообразие тщательно поддерживается, и тому, кто рискует бросить ему вызов, приходится выдерживать нелегкую борьбу. Чем примитивнее сообщество, тем нетерпимее оно к индивидуальным различиям, инакомыслию и вообще непохожести.

Самая распространенная коммуникативная трудность подростков и юношей — застенчивость. Особенно тяжело переживают ее юноши, поскольку застенчивость считается «немужским» качеством. Чтобы облегчить свои коммуникативные трудности, подростки и юноши используют целый ряд специфических хитростей.

Во-первых, будучи постоянно озабоченными собой и предполагая, что другие разделяют эту их озабоченность, они обычно действуют в расчете на некую воображаемую аудиторию. Во-вторых, преувеличивая свою уникальность и особенность, подростки часто создают себе «личный мир», вымышленную биографию, поддержание которой требует постоянных усилий.

Подростковое и юношеское общение часто является напряженным, неестественным, имеет двойной план. Это проявляется даже в житейских ситуациях. Например, телефонный разговор для старшеклассника не просто обмен информацией, но и способ самоутверждения; поэтому очень важно, сколько бывает звонков, кто кому звонит первым и т. п. Чтобы преодолеть неуверенность в себе, подростки специально отрабатывают технику того, как «срезать», «отбрить» собеседника, проверяя ее на людях, к которым не питают никакого зла и которые ничем не провоцируют подобное поведение.

Вынужденный поддерживать свой «личный миф», подросток или юноша нередко сам запутывается, проявляет на первый взгляд немотивированную ложь или немотивированную жестокость.

ФОРМЫ ЮНОШЕСКОГО ОБЩЕНИЯ

Для юношеского общения типичен интерес к интимно-личностному, стихийно-групповому и социально ориентированному общению.

Первая из названных форм общения предполагает взаимодействие, основанное на личной симпатии, привязанности, близости интересов, взглядов, ценностей (по формуле «я и ты»). Именно в юношеском возрасте люди активно стремятся найти близкого по духу человека, который поймет, который поддержит, придет на помощь в случае необходимости. Дружба, привязанность, влюбленность — все эти виды межличностного взаимодействия для юношеского возраста представляют безусловную ценность, а их отсутствие воспринимается как одиночество, предмет глубоких переживаний.

Стихийно-групповое общение обычно происходит по формуле «я и случайные они». Оно чаще всего носит характер контактов с приятелями, которых легко меняют на других. Что касается содержания взаимодействия при этой форме общения, то оно состоит в проведении досуга, необязательных встречах («тусовках»), посещении дискотек, кино, «гулянии» по улицам, а на самом деле часто бесполезном времяпрепровождении во дворе или на улице. Несмотря на то что такая форма общения вызывает неприятие многих взрослых, молодым людям она доставляет удовольствие и нередко заменяет интимно-личностное общение. Однако социологи отмечают, что при количественном преобладании стихийно-группового общения среди молодых людей доминирует тяга к более тесным контактам на личной основе. Во всяком случае, при проведении опросов выясняется неудовлетворенность необязательным характером и отсутствием ясной цели стихийно-группового общения.

По мере взросления предполагается включенность в социально ориентированное общение («я и общество»). Эта форма общения основывается на выполнении социально значимых дел, дающих личностный выход в более широкие общественные сферы. Примером такого общения может служить позитивная социальная деятельность, в которой человек может по-настоящему проявиться как самостоятельная и самоценная личность. Исследования психологов и социологов указывают на явный дефицит возможностей для молодых людей в сфере социально ориентированного общения, что приводит к замещению его стихийно-групповым общением со всеми его недостатками и негативными последствиями для полноценного формирования личности. Приведем типичное мнение молодого человека, отражающее ситуацию: «...Негде провести свободное время, кроме как во дворе или на танцах. Хочу, чтобы у меня было много-много друзей, но очень трудно найти настоящего друга. Мои одноклассники еще с шестого класса стали курить, потом выпивать, думая, что это делает их взрослыми... Скучно, иногда противно, но все вокруг такие». В этом признании сквозит как разочарование ситуацией, так и нежелание что-то менять, а вероятно, и отсутствие возможностей для этого.

К сожалению, современное общество с его нерешенными социальными противоречиями и объективными проблемами в сфере общения не всегда создает благоприятные условия для полноценного общения и взаимодействия.

§ 33. Общение как понимание

КАК ПРОИСХОДИТ ВОСПРИЯТИЕ

Не секрет, что встречают партнера по общению «по одежке», т. е. по внешним признакам. Именно с восприятия внешних признаков начинается процесс общения. Причем обычно наиболее информативными являются внешность, физические качества, одежда и поведение, т. е. совершаемые действия, эмоциональные реакции, мимика, жесты и пр. Наблюдатель, видя эти внешние проявления, особым образом их оценивает, делает умозаключения, иногда приписывает партнеру определенные черты, и так складывается отношение, которое может укладываться в понятие «нравится — не нравится».

Специалисты выявляют механизмы социальной перцепции — способы, посредством которых люди воспринимают и определенным образом интерпретируют, понимают и оценивают друг друга. Среди таких механизмов особенно важную роль играют эмпатия, аттракция, казуальная атрибуция, идентификация, социальная рефлексия.

Рассмотрим кратко существо этих механизмов.

Эмпатия — это постижение эмоционального состояния другого человека, если можно так сказать, «вчувствование», поскольку слово состоит из корня pathos, означающего «чувство», «переживание», и приставки, означающей «находящийся внутри, в пределах чего-либо».