Чтение онлайн

— Почувствуй позицию, — снова и снова говорила Аманда. — Зацементируй ее в своих мышцах.

Что бы это ни значило, черт побери.

Она объяснила, что мои мышцы запоминают действия. Такая вот мышечная память. Я сомневалась в этом, но старалась зацементировать так сильно, как могла.

После «Подхвати лихорадку» мы выполнили «Пар». Затем еще одно упражнение.

Тренировка закончилась к тому времени, как мы сделали каждое упражнение по тысяче раз. Все, что сказала Аманда, было:

— Уже лучше.

Я хотела поблагодарить ее, поэтому сказала:

— Спасибо.

Я имела в виду, спасибо за какой-никакой комплимент. Аманда, должно быть, подумала, что я благодарю ее за индивидуальную помощь. Потому что она сказала:

— Нет проблем. — И добавила: — Я тоже так училась. У меня были те же проблемы, что и у тебя.

Она даже не взглянула на меня, когда уходила в спортзал, чтобы найти Тодда.

Я почувствовала себя почти удостоенной чести. Аманда Лоуэлл посвятила меня в тайны чирлидерского сестринства. И поделилась одной тайной о себе. К тому же я отметила, что она ни разу не оскорбила меня. Уверена, я очутилась в параллельной вселенной.

Я собрала свои вещи и направилась к двери, чтобы идти домой.

Я поехала на велосипеде домой сквозь холодные сумерки, думая, что, возможно, если мне повезет, моими родителями в этой параллельной вселенной будет кто-то порядочный.

То есть, на самом деле, кого я обманываю?

Когда на следующее утро мы с Тоддом пришли в офис Мэгги Кляйн на консультацию, мы замерли в дверях. Ее офис был похож на место преступления. Мусор устилал весь пол. Одна из ламп дневного света была разбита. Письма маминой кампании покрывали все поверхности. А Мэгги Кляйн… ну, если честно… воняла. Мы осторожно пробрались в кабинет и сели. Она не сказала «добро пожаловать». Она даже не назвала наши имена. Всем, что она произнесла, было:

— Насчет вашего последнего бюджета, который вы сдали.

Я покосилась на Тодда. Он составлял бюджет сам, и мне даже не пришло в голову спросить, что он сделал. Мэгги Кляйн подняла с колен три листочка так, словно каждый из них весил десять фунтов [32] .

— Позвольте мне перейти прямо к делу. В сентябре ваш бюджет позволил вам сэкономить двадцать долларов. — Она опустила один лист. — В октябре ваши доходы сильно превысили расходы, так что вы купили новый телевизор и сэкономили $807.5 на ноябрь…

Она опустила второй лист и подняла третий.

— Это тот бюджет, который у меня здесь. Я права?

— Да, — сказала я, снова следя за Тоддом в поисках какого-либо знака того, что происходит. Он сидел, как каменный, со сжатыми губами, сдерживая улыбку.

Вот черт. Что он натворил?

— Сейчас, в ноябре, вы заработали… — Она помахала страницей перед лицом. ― Ноль долларов реальных денег. — Она посмотрела на нас поверх листа. — Но вместо того, чтобы урезать свои расходы, дабы уложиться в восемьсот с чем-то там долларов, которые вы накопили, вы потратили все деньги на, — она снова сверилась с бумагами, — пятидневный отпуск на Ямайке все включено. — Мэгги Кляйн уронила руку, будто та сделана из камня. — А затем объявили о банкротстве.

Тодд прикрыл рот кулаком и безуспешно пытался не рассмеяться.

— Как вы это объясните? — спросила Мэгги.

Я не шелохнулась. На этот раз Тодду придется самому ответить за свои поступки. Он потянулся и схватил меня за руку.

— У нас женой никогда не было медового месяца, — сказал он. — Все эти разговоры о белых песчаных пляжах и тропических островах опускали нам настроение до нуля, так что мы, наконец, поехали. Но к тому времени, как мы вернулись, у нас не было достаточно денег, чтобы платить по счетам. Поэтому мы решили, что для нас лучше всего будет объявить о банкротстве и начать все заново. — Тодд сжал мою руку и с любовью посмотрел на меня. — Без долгов.

Мэгги Кляйн стиснула челюсти. А затем зажмурилась. Потом сжала кулаки. Сквозь бетонные стены с улицы доносились кричалки в мегафоны:

— Учебный брак не должен влиять на успеваемость!

Мэгги Кляйн пробежалась пальцами взад-вперед по своей голове, а затем провела ладонями по лицу, потянув кожу.

— Почему? — спросила она. Это был не вопрос, это было обвинение. — Вы думаете, мне нравится здесь сидеть, пока вы, маленькие говнюки, превращаете мою работу в шутку?

Лицо Тодда погрустнело.

— Три месяца я пыталась дать вам, дети, представление о той зоне военных действий, с которой вам придется столкнуться лицом к лицу в будущем. Думаете, легко встретить кого-то? Вы считаете, что они просто придут к вашей двери и будут любить вас, и все будет идеально и превратится в сказку? Ха! Как будто так когда-нибудь было. Это ужасно! Это съедает вашу душу! А здесь я пытаюсь помочь, чтобы вам не пришлось проходить через это, но все, что получаю в ответ, — это сарказм и шуточки. Знаете что? Черт с вами. Разбирайтесь сами.

Она встала и пошла к двери.

— Выметайтесь. Тащите свои маленькие хитрые задницы в кабинет директора. Пусть она с вами разбирается. — Она открыла дверь и стояла рядом с ней. — Я закончила.

Тодд не двигался. Я последовала его примеру.

— Вон отсюда! — взревела Мэгги Кляйн.

Мы оба подпрыгнули и выскочили за дверь. Она захлопнула ее за нами, и звук эхом разнесся по пустому коридору.

— Ну, ладно, — сказал Тодд.

— Она просто выкинула нас из программы брачного обучения? — спросила я.

— Похоже на то. Ну вот, можно попрощаться с этими деньгами.

— К черту деньги. Означает ли это также, что мы не выпустимся из школы?

Тодд игриво ударил меня по руке.

— Слушай, Мэгги Кляйн не сможет не дать нам выпуститься. Она всего лишь школьный консультант. И в любом случае, мы не сделали ничего плохого. Мы заполнили наш бюджет. Мы ходили на консультации. Мы занимались совместной деятельностью. Ты вела свой идиотский дневник, верно?

Я утвердительно кивнула. Тодд сказал:

— Тогда она не сможет нас тронуть. — Он схватил меня за рукав и потащил. — Пошли.

Он повел меня через холл к офису администрации.

Администратор, миссис ДелНеро, женщина шестидесяти с хвостиком лет со страстью к свитерам и жилетам с аппликацией и купанию в духах Jean Nate [33] , долбила по клавиатуре. Тодд перегнулся через стойку и пропел:

— Здравствуйте. Нам нужно увидеться с директором Миллер.

— Тебе что-то нужно, дорогой?

Снаружи завизжал один из мегафонов.