Чтение онлайн

Валенсия с ужасом смотрела, как столб наклоняется от ударов лбом все больше и больше. Наконец, столб вывернулся из земли и рухнул. Бык деловито перешел ко второму, и когда тот упал рядом, победно взревел и бросился к железной корове. Столбы, громыхая, волочились на веревках следом.

Железная корова содрогнулась, когда бык налетел на нее с разбегу. Вздыбил верхнюю часть туловища и забрался на круп, елозя копытами по металлическим бокам.

Валенсия сжалась и зажмурилась, чувствуя, как твердое и горячее тыкается в промежность все ближе и ближе. Она ничего не слышала сквозь пыхтенье и металлический скрежет.

Вдруг тычки прекратились. Бык захрипел и медленно сполз вниз. Мимо щели проползла мощная голова. Один глаз был разворочен, и оттуда сочилась кровь.

— Метко, ничего не скажешь, — донесся знакомый голос. — А главное тихо.

— С оптикой и глушителем так любой дурак сможет, — проворчал другой знакомый голос.

Послышались осторожные шаги нескольких человек.

— Вы уверены, что она здесь? — прошептал кто-то.

— Должна быть.

— Я уверен, босс. Смотрите. Под хвостом.

— О, боже. Какая импозантная картина.

— Я эту писечку всегда узнаю. Сколько раз я ее вылизывал…

— Все знают, что один.

— А в мечтах?

— Можешь второй раз вылизать. Мы отвернемся. Но сперва это надо сфотографировать. Вместе с быком. Первое место на конкурсе зоофилов точно мое.

Чья-то ладонь гулко постучала по металлической поверхности.

— Валенсия! Вылезай! Твой рогатый любовник больше не придет. Можешь его не ждать.

— Давно бы вылезла, если б могла, — сказала она, глупо улыбаясь.

Кожух с крупа отлетел в сторону.

— О, я смотрю, ты здесь неплохо устроилась

Она с трудом вывернула вверх голову, чтобы убедиться, что это не галлюцинация.

Банзай в лесном камуфляже нависал над ней сверху, дымя сигаретой. Из-за плеча торчал ствол штурмовой винтовки с глушителем.

— Что, греческие мифы косплеишь? Решила повторить опыт мамаши Минотавра?

— За меня решили. Ты будешь болтать или развязывать?

Банзай принялся расстегивать ремни.

— Парни! Приготовьте какие-нибудь тряпки. Наша девочка снова в костюме Евы.

— Я захватил для нее нормальную одежду, — послышался голос Крейна.

Банзай взял у него джинсы с футболкой и передал Валенсии.

Она вдруг почувствовала на промежности чьи-то пальцы.

— Малыш! Еще раз к манде прикоснешься — урою!

— Это не Малыш, — сообщил Носорог. — Это Прикол.

— Тем более! Банзай, ты сюда всю банду притащил?

— Половину, — ответил тот. — Девок оставил. И трех для охраны.

Она перевернулась на спину и задрыгала ногами, натягивая джинсы.

— Теперь понимаю, что зря. Меня бы одного хватило. Только под ногами путаются.

— С ума сошел?! Тут толпы маньяков, бандитов, колдунов!

— Маньяков еще не встречал. Колдунов тоже. Тут, внизу, больше ряженых с холостыми патронами.

Она замерла.

— Как с холостыми?

— Точнее с бутафорскими. Такие мягкие шарики, наполненные красной жидкостью. Когда попадают, создают вид, что ты уже истек кровью. В меня раз десять попали. Весь в этой блевотине.

Он потряс камуфляжем с темными пятнами по всему низу. Подал ей руку и помог спрыгнуть вниз.

— Но быком тебя трахнуть они видимо всерьез собирались, — сказал Крейн. — Им зачем-то нужна твоя смерть. Причем обязательно обставленная всякой оккультной фигней.

— Да чего гадать, — сказал Банзай. — Спросим у главного ряженого. Он-то в любом случае знает.

***

— Тут у них все бутафория, — сказал Крейн. — И декорация. Эта огромная дура в центре — простой холм, облицованный фанерой. Монастырь — из крашеных под камень панелей. Причем сзади панелей нет. Только фасады. Они тебя дальше пастбища пускать не собирались.

— Хочешь сказать, что это все сделали только для меня?

— Возможно. Или для других гостей.

— Нелогично. Показать бутафорию и тут же отдать быку? Зачем?

— Тут много непоняток. Зачем весь этот спектакль понадобился? Тут же тысяча с лишним статистов. Всем жертвам по сотне баксов обещали, за то, что они изнасилованных девственниц будут изображать. Вон, — кивнул он в сторону галдящей толпы полуголых девок, — деньги требуют.

Они прошли мимо связанных монахов, которых сторожили два незнакомых Валенсии бойца. Свернули к стене, возле которой, опустив голову, сидел Верховный Жрец. Перед ним туда-сюда бегал Малыш, размахивая ручищами. Увидев Валенсию, он впал в ступор.

— Привет, Малыш, — помахала она рукой. — Скучал?

Он сглотнул, пробурчал что-то и кинулся к Банзаю.

— Шеф, тут такое…

— Чего? — нахмурился тот.

— Не знаю, как случилось. На секунду отвернулся. А он…

Банзай бросился к Жрецу и поднял ему голову

На серой мертвой шкуре было плохо заметно. Но пена изо рта лезла до сих пор.

— Цианистый калий, — сказал Крейн.

— Ты куда смотрел, обормот? — накинулся Банзай на Малыша.

— Он бы ничего не успел сделать, — сказал Крейн. — Капсула была явно в зубе. Ему меньше секунды понадобилось, чтобы ее раскусить.

— Странно все это, — сказала Валенсия. — Полтора века прожить и отравиться.

— Ты на его бутафорскую физиономию не смотри, — сказал Банзай. — Какие еще полтора века.

Он поскреб пальцем лоб мертвеца, за что-то зацепился и одним рывком содрал тонкую силиконовую маску с черными глазницами, изуродованными скулами и красными диодами вместо глаз.

Человеку под маской было явно не больше тридцати.

— Одно понятно, — сказал Банзай, вставая. — Весь этот спектакль устроил кто-то очень высоко сидящий. И он очень не хочет, чтобы его вычислили.

— Ты так и не рассказал, как вы меня нашли.

— Да очень просто, — Банзай приложился к фляжке с коньяком. — Как всегда помогла глупость оппонентов. Когда ты не вернулась от клиента… как его…

— Дедушка Мишель.

— Да, старикан во фраке с бабочкой. Мы подумали, что тебе настолько понравился его старый хрен, а точнее сто штук евро за ночь, что ты решила продлить знакомство. И не особо переживали. Но твой дедушка Мишель оказался тупицей. Он следующей ночью заявился к нам на базу с двумя ликвидаторами.