Ученица рыцаря
Шрифт:
– Бессмысленная трата. Я же просил склонить ее на нашу сторону, а не убить. А так и ребенка угробила, и мать, – мужчина неодобрительно покачал головой, – придется искать другой подход к Ордену.
Передо мной был энкери, а я не могла даже вздохнуть от удушливого ужаса, сковавшего тело.
В комнате было невыносимо жарко, на лбу выступила липкая испарина, и нестерпимо хотелось вцепиться влажными ладонями в рубашку, чтобы скрыть, как сильно они дрожат.
– Что молчишь? Неужели совесть проснулась, ведьма?
Незнакомец поджал губы и резко встал. Его огненные глаза светились, они могли бы прожечь дыру в груди. И когда он снова потянулся ко мне, я не мешкала.
Бросившись вперед, я врезалась в его грудь, толкнула назад и повалила на пол.
Откатившись в сторону, я вскочила на ноги и устремилась к двери. Один поворот головы, чтобы охватить взглядом все место трагедии.
От вида женщины и ребенка – а теперь у меня не возникло сомнений, что это ребенок, – обугленных, изувеченных и изломанных пламенем, в груди все заледенело.
Задев плечом дверной косяк, я кубарем выкатилась в коридор, прямо под ноги еще двух врагов.
– Хватайте ее! – хриплый приказ за спиной пробежался по коже холодными мурашками, придав мне сил.
Молниеносно сорвав с пояса одного из нападавших короткий клинок, я подалась вперед, проталкивая сталь в беззащитную плоть. Враг захрипел, а я выдернула меч и с трудом увернулась от хватки второго противника, пытавшегося вцепиться в мои волосы.
Он лишился руки. Описав дугу из кровавых брызг, конечность шлепнулась на ковер, а следом за ней полетела и голова.
Теплые капли брызнули мне на лицо, во рту стало солоно от крови.
Я хотела бежать, но ноги не слушались. Они будто приросли к полу, а внутри все требовало вернуться и разобраться с энкери. Вся моя суть вопила о справедливости.
О мести.
Я должна была отомстить.
Быстрым шагом вернувшись в комнату, я застыла лицом к лицу с врагом. Его руки источали огонь, все тело превратилось в сжатую пружину.
– Неблагодарная дрянь, – рыкнул он. – Это мы дали тебе силу, мы защитили тебя от безумия и попросили о простой услуге. Найти в Ордене слабое звено и надавить на него.
Слабое звено…
– Ты ничем не лучше нас, – мужчина поднял руки, а с кончиков пальцев вниз упало несколько капель жидкого огня.
Перехватив меч поудобнее, я без раздумий метнула его точно в центр груди энкери. Он явно такого не ожидал и не успел увернуться. Охнув, мужчина медленно осел на пол, а через секунду завалился на бок. Его тело вспыхнуло, как уголек костра, и почернело, рассыпавшись кучкой пепла.
Вокруг все стихло, точно комнату накрыло колпаком тишины. В неровном круге все еще лежало два тела. Мама держала ребенка за руку. Их пальцы были переплетены, женщина заслоняла свое дитя – но куда ей было тягаться с силой первородного пламени?
Рухнув на колени, я протянула ладонь к детской фигурке, коснулась кончиками пальцев потемневшей кожи.
Меня душили рыдания, я проклинала башню и свою память, где, скорее всего, затаились и воспоминания ведьмы.
И башня вытащила их.
Развернула во всей красе, выбив у меня почву из-под ног.
– Прости меня, – шептала я, невесомо ведя ладонью над телом Вариана. – П-прости меня…
"Мама, а папа скоро придет? Он спасет нас?"
Я содрогнулась и отдернула руку.
"Конечно, спасет. Твой папа всегда всех спасает".
– Не надо, пожалуйста…
"Я хочу, чтобы папа еще раз показал мне то созвездие. Песочных Часов".
– Хватит…
"Обязательно, солнышко. Когда папа вернется, скажешь ему об этом".
Слова оборвал треск и смех.
Грохот пламени, пожиравший живую плоть.
Ада и Вариан спрятались здесь, но от ведьмы было не сбежать. Она достала их.
Достала и убила.
Склонившись над телом мальчика, я аккуратно подняла его на руки.
– Я покажу тебе Песочные Часы. И мы вместе дождемся папу.
Дом вокруг застыл. Крохотный осколок чужой памяти. Заноза в моей душе. Прощальный подарок от убийцы, которая даже сквозь измерения нашла способ мне насолить. Огонь превратился в стекло, мебель больше походила на часть какого-то старого холста, чем на реальные вещи. Мир сжимался и медленно таял за моей спиной, пока я спускалась на первый этаж.
Толкнув входную дверь, я оказалась под темным, предрассветным небом. Звезды все еще сверкали, впиваясь в ночной бархат раскаленными гвоздями, а точно над головой во всей красе раскинулось созвездие Песочных Часов. Его не пропустить, даже если очень захочется.
– Смотри, малыш, – пробормотала я. – Смотри, как красиво…
Звук выстрела не заставил меня сдвинуться с места. Я ощутила только толчок в грудь и как земля уходит из-под ног.
Как ослабевшие руки выпускают жуткую ношу.
Упав на бок, я попыталась сфокусировать взгляд, но рассмотрела лишь тяжелые кожаные сапоги и услышала знакомый голос.
Ну и ладно.
Ну и хорошо.
Твой папа за тебя отомстил, милый.
Как и должно было быть.
***
– Гархово семя, Ритер, что это было?!
Эктор шагал к башне так быстро, как только мог, а друг от него не отставал. По рукам катилась нервная дрожь.
Так не должно было быть!
Башня создала иллюзию и не дала в нее вмешаться. Только смотреть.
Слава Единому, что никто не видел, что именно показали Саше!
– Я не знаю, – Ритер выглядел таким же ошеломленным и потерянным, – возможно, это воспоминания ведьмы так проявились. Из-за того, что Саша – пришлая… такие никогда не участвовали в испытаниях, ты же знаешь!
Будь оно все проклято!
Остановившись у ворот, Эктор напряженно ждал.
Саша могла лишиться рассудка. Это видение искалечит ее душу! Как он мог это допустить? Почему сразу не подумал, что в чужом теле могут все еще оставаться старые воспоминания. Истертые, побледневшие, но воспоминания!
Ворота медленно раскрылись, выпуская учеников, а Эктор задержал дыхание, высматривая среди бледных и измученных детей Сашу.
И девушка не заставила его ждать. Она брела в самом конце, покачиваясь из стороны в сторону, прижав ладонь к груди. Ее взгляд блуждал по лицам окружающих, пока она не встретилась взглядом с Эктором.