Чтение онлайн

— Я… я хотела спросить, почему ты назвал меня великой, а Румпля великим из великих?

— Я родом из далеких земель. Там жизнь устроена не так как здесь. У вас жрецы и волшебники служат королям. А в тех краях цари покорны владеющим силой. Тех, кто способен повелевать магией там принято звать великими, тех, кто достиг высот в этом искусстве — величайшими, а тех, кто превзошел всех прочих — великими из великих. И лишь самые могущественные именуются величайшими из величайших. Я ответил на твой вопрос, юная госпожа?

Она кивнула.

— Ты хотела спросить что-то еще?

— Да. Я хотела спросить… ну… — она нервно облизнула губы, — почему ты сказал, что я должна бежать из замка? И чего такого Румпль мне не рассказал?

— Ты действительно хочешь это знать?

Она снова кивнула.

— Румпль поклялся, что не тронет меня за то, что я сказал тебе прошлый раз. Но если он узнает, что я поведал тебе больше, он может и передумать.

— Я никому не скажу…

Мастер сухо рассмеялся.

— Никогда не обещай никому не рассказывать того, о чем еще не знаешь сама.

— Ответь. Я обещаю, что буду молчать, — настаивала девушка.

— Хорошо. Я отвечу тебе, юная госпожа. Хотя не думаю, что ответ тебе понравится.

Девушка смотрела на него с ожиданием.

— Ты наделена силой. Ты можешь стать волшебницей. Но человек обладающий силой и не знающий что с ней делать, подобен глупцу, блуждающему с факелом по амбару полному просохшего сена. Он погубит себя и сожжет свой дом. Тебе необходим сведущий и опытный наставник.

— Румпль учит нас с Уртицией…

Мастер негромко вздохнул.

— Он не учит вас, он использует вас. Вы все — лишь его инструменты. Ангис — его стрела, которую он посылает во врагов, Родгар — его рука, которой он подписывает бумаги и собирает золото, графиня — его лицо, которым он улыбается людям, а ты… ты его меч.

— Я? — удивилась Мольфи.

— Да. И он этого тебе и не сказал. Он ведет тебя по путям чародейства вслепую, не показывая куда идти. Рано или поздно он сделает тебя своим послушным оружием. Как Ангиса.

— Но я не хочу становиться оружием…

— Ты пока ещё сопротивляешься. Ты сильная. Но Румпль сильнее… Много сильнее. Он учился у величайших магов и прошел испытания древних святилищ. Сейчас он лишился почти всей свой силы, но даже так ты все равно не в силах ему противостоять. А его мощь постепенно восстанавливается. Он подчинит тебя своей воле, или… или убьёт, чтобы выкованный им меч не обернулся против него. Поэтому тебе надо бежать. Пока не поздно.

— Но я… Румпль… великий маг? — она растерянно смотрела на каменотеса.

Мастер прервал ее жестом руки.

— Здесь тебе нечего делать. Если Румпль тебя не убьёт, он лишит тебя собственной воли и убьёт человека в тебе, оставив лишь пустую оболочку, послушную его приказам. Беги. Беги куда хочешь. Беги на запад в коллегии ваших магов. Они запеленали себя правилами и погрязли в спорах, но они смогут наставить тебя. Беги на юг, и хранители запретных городов дадут тебе ту же силу, что дали Румплю. Беги на восток и степные кудесники примут тебя в свой круг и наделят властью над вольным ветром и дикими зверями… Но не оставайся здесь.

Он посмотрел на ошарашенную девушку и добавил.

— Ты это хотела услышать?

Мольфи некоторое время молчала, осмысливая сказанное Уккамом. Потом спросила.

— А Уртиция? Её тоже… в послушную оболочку?

Мастер кивнул.

— Она сдаётся быстрее тебя и уже на пути.

Мольфи подняла глаза на мастера.

— Я могу её спасти?

— А ты хочешь?

— Она моя подруга. Я не хочу, чтобы ей было плохо… Она ведь добрая. Внутри. Просто ей сейчас тяжело.

— Тогда выбирай сама. Ты можешь бежать и спастись. Ты можешь остаться, и погибнуть вместе с ней.

— Неужели нет выхода?

Уккам пожал плечами.

— Выход есть всегда. Просто никто не знает где он… Есть две вещи не подвластные ни жрецам, ни магам. Это живая душа и время. Даже самый могущественный волшебник не имеет власти сделать мертвое вещество живым существом, и даже самые великие жрецы не способны изменить ход времени. Поэтому никто не скажет тебе, чем всё закончится. Ты сама куёшь своё будущее…

— И что мне делать?

— Решать тебе. Это твой выбор. Ты просила ответов. Я дал тебе ответы. И я предупреждал, что ты можешь узнать то, что тебе не понравится.

— Ну что ж, — прошептала Мольфи, — по крайней мере, я теперь знаю из чего мне выбирать… Спасибо тебе, мастер.

Она развернулась и зашагала по лестнице провожаемая задумчивым взглядом каменотеса.

Холодный осенний ветер рвал свинцовые облака, приоткрывая то там, то здесь, маленькие кусочки светло-голубого неба. Замок нервно гудел, напоминая растревоженный улей. Уртиция быстрым шагом пересекла внутренний дворик, прошла во внешний, и остановилась. Сзади переводил дух едва поспевавший за ней Румпль.

В этом дворе собрались чуть ли не все замковые обитатели. Наемники Лабса образовали круг, за которым шевелились любопытные и встревоженные лица.

Посредине образованного солдатами круга стояли четверо. Коренастый мужчина в походной одежде, повязанной синим кушаком жреца, рослый молодой горец с двуручным мечом и невысокий солдат с разрубленной когда-то и неровно сросшейся челюстью. А между ними, вызывающе сложив руки на груди, высилась хрупкая фигурка в грубом плаще с низко надвинутым капюшоном.

Уртиция внимательно посмотрела на капюшон. В её серых глазах застыл холодный, мертвенный, лед.

— Открой лицо, самозванка, — едва сдерживая ярость, сквозь зубы произнесла графиня, — я хочу взглянуть тебе в глаза.

Незнакомка резким движением скинула капюшон. По двору пронесся вздох изумления.

Глаза Уртиции широко распахнулись и наполнявший их лед сломался.

— Бети?

Она сделала нетвердый шаг вперед, её зрачки закатились, и девушка с едва слышным вздохом повалилась на мокрую землю.