Чтение онлайн

Письмо 123

7 февраля 1884 г.

Лондонской Ложе Теософического Общества – привет!

Так как телеграммы в адрес м-с Кингсфорд и м-ра Синнета и мое письмо из Майсора не были полностью поняты, мне было приказано Маха-Коганом посоветовать вам отложить выборы этого года, чтобы избежать чего-нибудь похожего на опрометчивость и выиграть время для обсуждения настоящего письма. После холодного приема, оказанного членами Л. Л. Т. О. 16 декабря предложению, изложенному на 29-й странице печатного и конфиденциального циркуляра от м-с Кингсфорд и м-ра Мейтленда (в примечаниях и предложениях последнего), а именно: о необходимости сформирования особой организации или группы внутри Л. Л. Т. О., которое, если и не идентично, то близко тому, что изложено мной в письме от 7-го декабря, с одной стороны, и известные ошибочные представления, ложные надежды и недовольство, с другой стороны, сделали отсрочку выборов необходимой.

Как следовало из моего последнего письма, во время вышеупомянутого сообщения жгучим вопросом дня являлся не буквальный или аллегорический характер последнего труда м-ра Синнета, но лояльность или нелояльность вашего Президента и ее сотрудника по отношению к нам лично, которых многие из вас считают подходящими, чтобы избрать в качестве ваших учителей эзотеризма.

С этой точки зрения и так как к тому времени (21 октября) никакая другая жалоба не была подана, то возникла настоятельная необходимость сохранить, по мудрым словам м-с Кингсфорд, являющимся отголоском собственного голоса Татхагаты, политику "отделения авторитета имен, будь то прошлое или настоящее, от абстрактных принципов" (Вступительная речь Президента 21-го октября 1883 г). Рассуждая по справедливости, неосведомленность м-с Кингсфорд об истинном характере нашей деятельности, о наших доктринах и статусе, которая легла в основание всех ее нелестных замечаний по отношению к автору этого письма и его коллегам, делает эти замечания легковесными, легче пушинки хлопчатника, в вопросе о ее переизбрании. Присоединение к этому свойственного ей индивидуального достоинства и ее милосердия к бедным животным, а также и того факта, что она просила мадам Блаватскую "предоставить мое (ее) письмо на рассмотрение Кут-Хуми", оправдало ее прежний образ действий.

Далее ход событий со времени отправления телеграммы, возможно, подсказал некоторым из вас истинную причину такого необычного, чтобы не сказать произвольного, поступка, как вмешательство в выборные права филиала. Время часто нейтрализует самые тяжелые бедствия, ускоряя кризис. Кроме того, судя по ее выступлению, в котором ваш Президент, исходя из моего частного письма м-ру Уорду, намекала на "очевидное незнание нами фактов, что и не удивительно", о нас могут подумать, что мы не знали содержания частного и секретного письма, распространенного среди членов Л. Л. Т. О. 16 декабря. Итак, она едва ли должна удивляться, что это письмо в значительной мере изменило положение. Так как мы всегда руководствуемся принципом объективной справедливости, мы не считаем себя обязанными ратифицировать наше решение о ее переизбрании, но добавим к этому решению определенные пункты с тем, чтобы сделать невозможным Президенту или членам неправильно понимать наши взаимоотношения. Мы далеки от мысли создать новую иерархию для будущего угнетения находящегося под властью духовенства мира. Наше желание было – выразить свое мнение, что человек может быть активным и полезным членом Общества, не вписывая себя в число наших последователей или исповедующих ту же религию, это желание таким и осталось. Но именно потому, что этот принцип должен соблюдаться обоюдно, мы, несмотря на наше желание о ее вторичном избрании, чувствуем и хотим, чтобы это стало известно, что мы не имеем права влиять на свободную волю членов в том или ином вопросе. Такое вмешательство было бы вопиющим противоречием с основным законом эзотеризма, что персональный психический рост сопровождает в равной степени развитие индивидуального усилия и является свидетельством накопления личных заслуг. Кроме того, в поступивших сообщениях обнаруживаются большие расхождения по поводу последствий, вызванных среди членов "Кингсфорд-Синнет инцидентом". Перед лицом этого факта я не могу согласиться с несколькими желаниями м-с Кингсфорд, выраженными в ее письме к мадам Блаватской. Если м-р Мэсси и м-р Уорд отдают "свое одобрение и симпатии всецело" этой леди, то кажется, что подавляющее большинство членов сочувствуют м-ру Синнету. Поэтому если бы я поступил по советам м-ра Мэсси, как изложено м-с Кингсфорд в ее письме от 20-го декабря, в котором она приводит его мнение, что "одного слова от Махатмы К. Х. было достаточно, чтобы примирить м-ра Синнета с моими (этой леди) мнениями по этому делу и установить между ним и Ложей самую полную сердечность и понимание", то я, действительно, был бы там подобием Папы Римского, которого она осуждает, и, кроме того, проявил бы несправедливость и произвол. Я тогда, действительно, поставил бы себя и м-ра Синнета беззащитными под справедливую критику, даже более суровую, чем ту, которая содержалась в ее выступлении, в тех некоторых удивительных высказываниях, в которых она подтверждает свое неверие "ко всем обращениям к авторитету". Человек, который сказал при этом: "Я с грустью и озабоченностью смотрю на возрастающую тенденцию Теософического Общества вводить в число своих методов преувеличенное почитание лиц и личного авторитета, неизбежным результатом чего является рабское поклонение героям. Между нами слишком много разговоров об Адептах, наших "Учителях" и тому подобном. Слишком много значения придают их высказываниям и деяниям и т. п. ", – не должен просить меня о таком вмешательстве. Однако я уверен, что мой верный друг, м-р Синнет, на это не обиделся бы. Если бы я согласился на желание этой леди назначить ее "апостолом восточного и западного эзотеризма" и старался бы насильно навязать ее избрание хотя бы одному нежелающему ее члену и, пользуясь непоколебимым горячо дружественным ко мне расположением м-ра Синнета, стал бы оказывать на него воздействие, чтобы склонить его в пользу ее самой и ее движения, то я, действительно, заслужил бы, чтобы меня в насмешку назвали "Оракулом теософов" и смотрели на меня, как на "Джо Смита мормонов и Томасом Лэйком Харрисом", трансцендентальных миседженистов двух миров. Я не могу поверить, что человек, который всего за несколько дней до этого утверждал, что "наш мудрый и истинно теософический курс не направлен на то, чтобы насаждать новых пап и провозглашать новых Владык и Учителей", когда дело коснулось ее самой, просил бы содействия и прибегал бы к "авторитету", который может проявиться только по гипотезе слепого отказа от личного суждения. А так как я предпочитаю приписать желание м-с Кингсфорд незнанию истинных чувств ее коллег, характер которых, вероятно, скрывается под изысканной неискренностью цивилизованной жизни Запада, то я рекомендую ей и другим заинтересованным в этом диспуте лицам, обратиться к решению посредством голосования, с помощью которого все смогут выразить свои желания, не рискуя навлечь на себя обвинение в нелюбезности. Это будет только использованием того преимущества, которое представлено им третьей статьей их Устава.

Теперь рассмотрим другое. Как бы мало мы ни заботились о личном подчинении нам, признанным руководителями и Основателями Основного Теософического Общества, мы никогда не можем одобрить и допустить нарушения верности основным принципам, действующим в Основной Организации, от какого бы филиала или члена оно ни исходило. Правила Основного Общества должны быть соблюдены личным составом всех филиалов при условии, что они не нарушат стремление к трем объясненным целям организации. Опыт Основного Общества доказывает, что успешность какого-либо филиала если не целиком, то в значительной степени зависит от лояльности, благоразумия и старания его Президента и Секретаря; сколько бы их коллеги ни делали, чтобы помочь им, успешность деятельности их группы развивается пропорционально с деятельностью этих должностных лиц.

В заключение я должен повторить, что я советовал задержать ежегодные выборы должностных лиц вашей Ложи до прибытия настоящего письма именно для того, чтобы предотвратить деятельность по переизбранию м-с Кингсфорд, пока не изгладятся всякие превратные истолкования, вызванные моими предыдущими сообщениями. Кроме того, ожидается, что Президент-Основатель (Олькотт), который знает наши мысли по этому поводу и пользуется нашим доверием, вскоре приедет в Англию, поэтому нет надобности в спешке. Ему дан общий обзор положения дел, чтобы мог беспристрастно разобраться во всем и действовать как представитель своего Учителя, соблюдая наилучшим образом интересы Общества.

(По приказанию моего Высокочтимого Гуру-Дэва Махатмы К.)

Было бы разумно прочесть это письмо членам, в том числе и м-с Кингсфорд, до новых выборов. Я бы хотел, чтобы вы, если возможно, предотвратили бы другой такой "cour de theatre". Как бы естественны ни были такие сенсационные сюрпризы в политике, когда партии составляются из приверженцев, души которых с увлечением отдаются партийным интригам, их больно наблюдать в обществе людей, которые посвятили себя наиболее возвышенным вопросам, касающимся интересов всего человечества. Пусть более низкие натуры пререкаются и спорят, если хотят. Мудрые удерживают свои расхождения в духе взаимотерпимости.

К. Х.

На замечания и обзор "Эзотерического Буддизма", написанные м-ром Мейтлендом, полностью ответил Субба Роу и другой еще больший ученый. Они будут высланы на следующей неделе в виде брошюр. Просим м-ра Синнета раздать их тем членам, которых эта критика могла заинтересовать.

Письмо 124

М. – Синнету

Мои почтительные селямы Синнет-сахибу, который ставится в известность, что его "хранитель" занят официальными делами настолько, что не может уделить ни одной минуты делам Л. Л. или его членов; также не может писать ему индивидуально ни пером, ни способом осаждения. Из этих двух способов последний наиболее трудный, если не сказать дорогостоящий, во всяком случае, в отношении наших репутаций на Западе.

Мохини не может оставаться в Лондоне бесконечно и также в течение продолжительного времени, так как у него есть обязанности в другом месте – обязанности по отношению к его семье и также Теософическому Обществу. Кроме того, будучи учеником, а не свободным человеком в обычном понимании этого слова, ему приходится прокармливать много ртов в Калькутте, и кроме того, ему нужно зарабатывать деньги, чтобы смочь возвратить долг другу, который дал ему 125 фунтов на расходы по нынешней миссии; что бы ни мог или ни хотел сделать для него К. Х., – на это ему, как и всякому другому ученику, запрещено рассчитывать. Пусть также вам станет известно, что в то же самое время он нуждается в перемене климата. Он очень страдал от холода в той высокой комнате в вашем доме, где нет камина, и К. Х. должен был окружить его двойным покрытием, чтобы он не умер от смертельной простуды, ему угрожающей. Не забудьте, что индусы являются экзотическими растениями в вашем суровом климате и те, кто в них нуждается, должны заботиться о них. (Если я в прошлое воскресенье, когда поручал Олькотту передать вам информацию, не велел ему добавлять этого, то только потому, что, зная ваше предубеждение против Олькотта, я не хотел, чтобы вы подумали, что он выдумал это сам из своей головы).

Опять-таки, если вы нуждаетесь в помощи Мохини в Лондоне, то теософы Парижа нуждаются в ней еще больше, так как их оккультное образование ниже вашего. План выработан такой, что он должен делить свое время между всеми европейскими "центрами духовной активности", и если теперь требуется, чтобы он был в Париже 11 числа текущего месяца, ему будет позволено вернуться в Лондон, как только движение на континенте будет должным образом начато. Во всяком случае у вас будет Олькотт, который может отдать вам большую часть своего времени. Но не бойтесь, если Херни разрешено продолжить свое пребывание в Лондоне, он не станет "беспокоить" кого-либо появлением в своих экстравагантных азиатских костюмах, ибо он не остановится у вас, а у Арундэльских дам, как было велено раньше, и веление было мною повторено, когда мадам сахиба заметила, что было бы лучше, если бы он остановился там, где он был после того, как уехала Упасика. Олькотт не хуже многих других людей. И хотя некоторые лица могут с этим не согласиться, имеются худшие спорщики, чем он. Я не должен закончить, не сказав вам, что в ссоре с Кингсфорд правда более не на вашей стороне. Хотя вам неохота сознаться, вы, сахиб, проявляете злобу, личную злобу. Вы нанесли ей поражение и теперь хотите ее унижать и наказывать. Это неправильно. Вам нужно поучиться больше разобщать ваше сознание от вашего внешнего Я, чем до сих пор, если вы не хотите потерять К. Х. Ибо он очень раздосадован тем, что происходит. Извините за мои замечания, но это для вашей собственной пользы. Прошу прощения.

М.

Письмо 125

К. Х. – Синнету

А теперь вы завершили один из ваших меньших циклов. Вы страдали, боролись – победили. Будучи искушаем, вы не поддались; будучи слабым, вы приобрели силу, и трудность судьбы и испытаний каждого, стремящегося к оккультному познанию, несомненно, вам теперь будут более понятны. Ваше бегство из Лондона от самого себя было необходимо так же, как выбор местности, где вы могли лучше всего стряхнуть с себя плохие влияния вашего общественного "сезона" и вашего собственного дома. Это не было бы самое лучшее, если бы вы вернулись в Эльберфельд раньше: самое лучшее вернуться теперь, так как теперь вы более в состоянии выносить напряжение нынешнего положения. Воздух полон пагубы и предательства, незаслуженные оскорбления сыплются на Общество, ложь и подлоги применяются, чтобы его разрушить. Церковная Англия и официальная Англо-Индия соединили руки, чтобы удостоверить свои худшие подозрения и, если представится возможность, употребить первыми правдоподобный повод к сокрушению движения. Всякие позорные выдумки будут пущены в ход в будущем так же, как и теперь, чтобы дискредитировать нас как покровителей Общества, а вас, как поддерживателей, так как заинтересованность оппозиции огромна и ее с энтузиазмом поддерживают Дуг-па в Бутане и Ватикане.

Среди "светящихся знаков", в которые заговорщики прицеливаются, стоите вы. В десять раз больше усилий, чем до сих пор, будет приложено, чтобы обратить вас в предмет насмешки, особенно вашу веру в меня, а также чтобы опровергнуть ваши аргументы в пользу эзотерического учения. Они могут еще более пытаться поколебать вашу веру, чем раньше, посредством поддельных писем, якобы исходящих из лаборатории Е.. П. Б., или поддельными документами, обнаруживающими или признающими обман, намеченный к повторению. Так это было всегда. Те, кто в течение сотен лет этого цикла наблюдали человечество, постоянно видели подробности этой смертельной борьбы между Истиной и Заблуждением, которая всегда проявляется. Некоторые из вас, теософов, теперь только ранены в вашей чести или в кошельках, но те, кто держали светильник в предыдущих поколениях, заплатили жизнью за свое знание.