Чтение онлайн

Полчаса назад он ходил по чародейскому саду и обсуждал с младшим Агнеотисом гипотетические пути наступления. Час назад он сидел на лавочке на крыльце, обнимая учебник, и робел, признавая, что осведомлён о политической обстановке их государства. Полтора часа назад он кормил Дрозда, наблюдал за тем, как медленно опускается солнце за крышами города и думал о какой-то бытовой ерунде — о козах, о приближающейся осени, о том, что неплохо было бы сходить на днях в какую-нибудь лавку прикупить одежду потеплее…

И вот он на кухне, сидит и слушает, что ему нужно бежать. Оставить всё, к чему он даже толком привыкнуть по-настоящему не успел, и бежать в неизвестность ещё менее гостеприимную и доброжелательную, чем всё, что встретило его здесь. Бежать не оглядываясь, скрываться и прятаться, начинать всё с нуля. В одиночку.

— Спрашивать, что, по вашему мнению, будет лучшим вариантом, я так понимаю, не вариант.

— Не вариант, — подтвердил Захария. — Одно дело — взять на себя ответственность за твой стол и кров, и совсем другое — за твою смерть. Повторную, конечно, но всё-таки. Не мне решать, останешься ты или уедешь, Максимус, ты сам должен определить дальнейший план действий. Но, если захочешь бежать, я помогу тебе сделать это как можно быстрее и незаметнее. Искать не будут.

— А если бежать, то куда?

— В Тулин. Или в Инамиан. Или в Скардсгард. Словом, на север — там у меня знакомых больше и они наверняка не откажут в помощи. Королевства юга в какой-то момент окажутся в той или иной степени вовлечены в эту войну: Лантани наверняка примут сторону Дендриема, Эринготт будет поддерживать Эпиршир, а в Аэно’Элсис или в Вольных землях никто в здравом уме прятаться не станет в принципе. Так что выбор есть, пусть и не богатый. Я бы рекомендовал Тулин — они там все культурные, к Путникам относятся почти как к божьим отпрыскам, да и наука процветает. Хорошее место.

— И… и куда я там пойду?

— К знакомым моим, сказал же, — колдун сделал несколько крупных глотков. — Некоторые из них Путники, но большинство местные, достаточно надёжные, чтобы их рекомендовать. Всё, что тебе необходимо будет сделать — это пересечь границу и направиться к ним как можно скорее, желательно не попадаясь на глаза стражам. С первой задачей я тебе помогу, со второй придётся справляться самостоятельно. Но если ты добрался до меня, думаю, и до них доберёшься.

— До вас доехать мне помог Спар.

— Что, мало таких Спаров по свету бродит, хочешь сказать? — колдун усмехнулся, но радости в его смешке Максим закономерно не распознал. — Конечно, я рекомендовал бы никому, кроме моих контактов, не доверять. С Каглспаром тебе повезло, но везение — штука переменчивая и не всемогущая. Если будешь поступать как олень, никакое везение от беды не убережёт.

— Мне… мне надо подумать, Мастер, я не могу сейчас. Это охренеть какое серьёзное решение, я…

— Мы, по-твоему, в бирюльки здесь играем? — скрипнул зубами Захария, приподнимаясь со стула. — Нет у тебя времени на длительные раздумья, Максимус. Если ты ещё не заметил, ситуация тоже «охренеть какая серьёзная»… Чёртов Хэдгольд выкинул финт, ему спасибо скажи.

— Что он сделал-то?

— Ты слушаешь меня вообще? Объявил о намерении полностью мобилизовать Эпиршир. Этого не должно было случиться — простой народ никогда прежде не обязан был участвовать в боевых действиях — но случилось. Вернее, случится — правда, как я уже упомянул, неясно, когда. А это значит, что прежних путей к отступлению, которые я для тебя приготовил, больше нет.

— Вы приготовили… пути отступления? Для меня?

— Не для себя же, — оскалился колдун. — В общем, думай, Максимус. Думай и решай. У тебя полчаса, не больше. За это время на всякий случай собери вещи.

— То есть…

— Не ищи смысла там, где его нет, — перебил Захария. — Не собираюсь я тебя силком выгонять, выбрось эту ересь из головы. Пока собираешь вещи, всё как следует обмозгуешь. Решишь уехать — не придётся второпях собираться, решишь остаться — барахло своё по местам всегда обратно можно раскидать. Иди же.

Двухместная кровать, платяной шкаф, комод, зеркало в полный рост — она почти в точности копировала обстановку в спальне наставника, и тогда это наблюдение, помнится, успокоило Максима и натолкнула на положительные мысли. Сложно, правда, было вспомнить, по какой причине. За то недолгое время, что он обитал здесь, комнатка успела обрести характер своего владельца: неидеально заправленное одеяло и помятая подушка, повешенная за капюшон на дверце шкафа толстовка, в которой парень впервые Упал, слегка отодвинутое зеркало, чтобы ночью не глядеться в собственное отражение и не прибавлять кошмаров в и без того беспокойном воображении. Не заметные глазу мелочи, крохотные детали, придающие убранству уникальности, сделали это место по-своему родным.

Собирать парню было особо нечего. В большую спортивную сумку по очереди ложились тапочки, в которых он ходил иногда по дому, и полотенце, которым он вытирался, почистив зубы или помывшись после наполненного физическим трудом дня; плавки и очки для бассейна, зарядка для телефона и сам телефон, уже давно севший и обмотанный наушниками, которыми Максим здесь, разумеется, ни разу не воспользовался, в одном целлофановом пакете были сложены поверх полотенца; кошелёк с деньгами, который ему всё ещё, может быть, однажды понадобится, провалился на дно… Вот и весь его скарб.

На лестнице, пока Макс на дрожащих ногах поднимался к себе, колдун молча нагнал его и без лишних слов всунул в руки несколько книг и тетрадку. Теперь эти томики легли поверх остальных вещей, тетрадку же, скрутив в трубочку, Макс запихнул во внутренний карман. Выпрямившись перед кроватью, он навис над раскрытой сумкой и осмотрел своё скромное имущество снова, вспоминая, не забыл ли чего — в новом королевстве остаться без важных вещей не хотелось бы.

Взгляд зацепился за один из корешков подаренных книг. «Словарь нецензурной лексики». Только по звуку падающей на целлофановый пакет капли он догадался, что плачет.

— Итак. Вижу, ты с вещами.

Максим остановился в нескольких метрах от стола, закинув ремень сумки на одно плечо и жалобно сжимая его рукой. Ни подойти ближе, ни уйти дальше он не решался — а может, и правда не хотел. Ожидавший его появления у полок со снедью Захария кивком головы указал на кулёк на столе и отвернулся куда-то к своей дорогой коллекционной посуде — правда, вряд ли она сейчас его волновала.

— Вот это тоже с собой возьми.

Под вафельным полотенчиком лежал хлеб, кусок твёрдого сыра и что-то ещё, что удалось бы рассмотреть, если полотенчико снять. Рядом лежал маленький мешочек-кошель, и Макс отчего-то вдруг понял совершенно чётко, что там больше, чем он заработал.

— Решил, куда именно тебя отправить? Могу рассказать об этих королевствах, думаю, у нас ещё есть время.

— Я не поеду.

Чародей бросил на него взгляд через плечо и тут же вновь отвернулся.

— Уверен?

— Уверен.

— А сумку тогда зачем принёс?

Словно видя её впервые в жизни, парень опустил взгляд и уставился на вещи, не до конца понимая даже, что перед ним.

— Передумал.

— Только что?

— Только что.

Теперь Захария повернулся к нему уже полностью и с подозрительным прищуром бегло осмотрел сгорбившегося, сжавшегося и разве что только не трясущегося от страха подопечного.