Чтение онлайн

— Шёл мимо, тебя увидел. Ну, по чесноку, Сань. Знать, судьба, агась! Ты поговорил?..

— Ты просто шёл мимо по району, в котором тебе ловить нечего? Какого ляда ты опять мне хвост чистишь?

— Да я… мимо…

Санька шагнул вперёд и схватил Волчка за ворот, с трудом сдерживая накатившую ярость.

— Не заливай мне.

— Да, искал, следил! — тонко взвыл подросток, пытаясь выдраться из захвата. — Доволен, агась? Ты пропал, как в воду канул. А я хочу…

— Никуда ты не хочешь, — прорычал ему в лицо Саня, не разделяя восторженного предвкушения. — Я не поговорил. И не поговорю. Я тут на днях видел такое… Короче, Волчок, смывайся по-хорошему. И не лезь вообще. Я в такую задницу попал, что и словом не описать. Отмороженные они вообще…

— О, смотрю, одиночество тебе скрасили? — весёлый голос Мрака сбил настрой. Рука на вороте разжалась, и рыжий пацан мигом отступил, одергивая куртку. Наёмник остановился между ними и протянул Волчку ладонь.

— Мрак.

— Волчок, — тот, смутившись, робко ответил на предложенное рукопожатие.

— Мы уже договорили, Мрак. Можем ехать домой, — поспешно вклинился Санька и прикусил язык, заметив недоумение товарища.

— О как. А я думал, тебя баба учит, агась.

— Баба так, подружка, — косо улыбнулся Мрак и перевёл взгляд на Саньку. — Скрашивает одинокие прогулки по Грожену. Верно, Сань?

Тот кивнул, не сумев отлепить присохший к нёбу язык.

— А я вот что хотел спросить… — тушуясь, начал Волчок. Санька ощутил желание немедленно нокаутировать приятеля. Останавливало только то, что Мраку подобное развитие событий показалось бы подозрительным. Волчок нерешительно продолжил: — Как бы тоже попасть учиться, агась? Я, это, стараться буду.

— Куда учиться? — небрежно осведомился Мрак.

— Ну, к наёмникам же. Вампиров убивать, агась.

— А тебе зачем?

Санька набрал воздуха, но секундная пауза оказалась недопустимым промедлением.

— Мамку мою они убили, — хмуро пояснил Волчок, ковыряя ногой брусчатку двора. — Хочу научиться эту сволочь жмурить.

— Достойное дело, — серьёзно одобрил Мрак. — Но я себе ученика уже взял. Второго не потяну.

— Может, кто другой? — с надеждой спросил Волчок.

— Может. Ты бы, это, зашёл в гости как-нибудь. На огонёк. Посидим, потолкуем, варианты прикинем.

— Да я не знаю, где огонёк-то…

Мрак окинул взглядом смутившегося собеседника и дружелюбно уточнил:

— Ну, хоть номер твой у Саньки есть?

— Есть.

Саня бессильно скрипнул зубами. Наивный Волчок сдавал явки-пароли, не чуя подвоха в благожелательном допросе наёмника.

— Отлично. Тогда пригласим как-нибудь, — подытожил Мрак. — А сейчас нам пора. Извини, дела. Бывай.

Краткий обмен рукопожатиями, и Волчок, видимо, таки ощутив витавшее в воздухе напряжение, свинтил в ближайшую арку. Мрак, неторопливо проводил его взглядом, вытащив сигарету и задумчиво разминая её пальцами. Убедившись, что пацан ушёл, он воткнул многострадальную палочку обратно в пачку и окинул Саньку тяжёлым взглядом.

— Ничего не рассказал, значит?

— Мрак, я…

— И урок, стало быть, не усвоен. Скажи мне честно, тебя каждый раз на асфальт надо укладывать, чтобы доходило? Человеческую речь не понимаешь вовсе?

— Да не сделал я ничего! — взбесился Санька, приглушив готовый вырваться крик до шипения. — Он сам меня нашёл, сам! Под мостом, я там сидеть люблю. Он мне поверил тогда, к сожалению. В тот вечер, когда Леди…

— Ладно. Забыли.

Санька недоверчиво глянул на Мрака, но тот смотрел безмятежно.

— С первым твоим заказом разберёмся, потом подумаем, что с Волчком делать.

— Не надо с ним ничего делать. Отвяжется. Никто ему не поверит.

— А ты чего завёлся-то? Парень учиться хочет. Поспрашаю у своих, авось кто и заинтересуется. Но вообще, с такой-то мотивацией, к охотникам бы его. Если возьмут.

— Не надо. Дурость это. Он трупов в глаза не видел…

— А мамка как же?

Саня промолчал. Волчок, самый наивный и безобидный из всех его товарищей, всё глубже увязал в паутине наёмничьего мира.

— Номер твой новый у него есть?

— Нет.

— Стало быть, он знает в лицо меня, Леди, знает, чем мы занимаемся, и даже активно набивается в ученики… — Мрак почесал подбородок и хмыкнул. — Расклад так себе. Ты в следующий раз прямо в «Тыкву» зови, накроем всех разом…

— Да никуда я его не звал! Он сам за мной ходит, сам, слышишь ты?!

— Это ты послушай, — Мрак встряхнул щенка за ворот, совсем как тот Волчка, и прошипел, склонившись к лицу, — я тебе ясно сказал: не болтать. Язык укоротить? Укорочу. И не думай, что я ученика буду портить. Перед тобой у меня обязательства. А перед ним — никаких. Намёк ясен?

Санька дёрнулся изо всех сил, выдрался из захвата и, не оборачиваясь, зашагал прочь, с трудом сдерживая желание побежать. Мрак окликнул его дважды, но Саня даже не обернулся.

Он с полчаса шагал, зло вколачивая подошвы кроссовок в мощёные улицы старого Грожена. И только оказавшись у набережной, поостыл. Злиться на Мрака было бессмысленно. Повод имелся, да. А причина неприятностей крылась в Санькиной несдержанности. Сколько ни храбрись, а расклад, как и сказал Мрак, паршивый. Сможет ли Санька спасти Волчка? Заставить наёмника отступиться? Убедить в безвредности настырного подростка?

Мрак не знал точно, где обитает Волчок. Но, судя по его словам насчёт информаторов, найдёт, не особо напрягаясь. И можно ли хоть что-то предпринять? Если Санька узнает до. Если вообще узнает.

Какого чёрта он тогда попёрся к ним в переулок…

Начал накрапывать дождь. Прохожие торопились скрыться от сырости в домах или уютных кофейнях. Саньку раздражал прогулочный быт набережной. У него дома не было. И терпкий кофе в забегаловке вряд ли отогрел бы измученную виной душу. Выбрав один из переулков, Саня направился в не парадную часть родного города, ощущая успокоение от приближения к трущобам. Здесь, во всяком случае, ему было всё понятно. И быт, и жизнь, и её простые законы.

Темнота рухнула на город, влажно придавив его мокрым от дождя брюшком. Фонари смаргивали мелкие капли и теплились золотистыми ореолами. Но, спустя четверть часа, поредели и они, уступая главенство тревожным потёмкам подворотен.

В одной из них Санька и наткнулся на неприятности, вздрогнув от пронзительного женского вскрика. Девушка рыдала, перемежая всхлипы отчаянной мольбой. Санька свернул на голос и разглядел пятерых парней, сгрудившихся вокруг стоявшей на коленях девчонки. Лет семнадцать, не больше. Короткая задранная юбка, распахнутая куртка, надорванная майка и неловко завернувшиеся ступни в тяжёлых модных ботинках. Светлый хвост был намотан на мужской кулак.