Чтение онлайн

Прошедший день показал, что он немного… как бы… отличается от других учителей. Не в лучшую сторону отличается. ( Предупреждал ведь эту заразу Леннер!) На него косо смотрели другие учителя, и он старался не вылезать из спортзала, что совсем не помогало в расследовании. Директор, с которым ему пришлось пообщаться накануне, был, мягко говоря, удивлен его видом. Судя по всему , в департаменте перестарались и соорудили ему какую-то охренительную легенду. Он особо не вчитывался в перечисленные в резюме регалии, предпочитая, как всегда, действовать по обстановке, полагаясь на собственную чуйку, а зря. Во время беседы с директором он чувствовал себя дураком, и это было очень неприятное чувство. 

Поэтому пришлось срочно наверстывать упущенное. Полночи он пялился в монитор, грязно матерясь и прихлебывая пиво для успокоения нервов. Ну и перестарался немного, заснув рожей вниз на диване, с бутылкой в руке. Само собой, утром долго пытался понять, что можно сделать со страшной похмельной физиономией, дикими глазами взирающей на него из зеркала, так ничего и не придумал…

Часы занятий тянулись мучительно долго, и когда, наконец, все закончилось, он дико обрадовался и собрался сваливать, но тут пришла девчонка Хамильтон на пересдачу. Он, мысленно прокляв все на свете, дал ей пару заданий и уселся на лавку. И сам не понял, как задремал. Почувствовав прикосновение, подскочил, а дальше сработал многолетний рефлекс. Сначала действие, потом осмысление. В его работе такая реакция не раз спасала жизнь. 

Осознание пришло не сразу. 

И то, что лажанул, тоже понял лишь потом. Уже когда девчонка, основательно им помятая, с глазами -блюдцами свалила, пятясь, из зала. 

Испугал. Долбанная реакция!

Если кому скажет про это, то прощай прикрытие. 

Майк уселся на лавку, заскрипел зубами. 

Ну вот за что ему это? Ну всегда ведь в самую распоследнюю жопу первый. Ведь куча наград, куча благодарностей… 

Если б не говенный характер и грешки по малолетке, то сам мог бы задания раздавать. Может быть, даже Леннер. На секунду Ричер позволил себе помечтать, в какую бы жопу этого гребаного города он послал свою непосредственную (мать ее) начальницу. Потом тяжко вздохнул. Пока что посылает его она, причем особо извращенно. Баба, чтоб ее, мерзкое существо… 

Он встал и пошел делать то, ради чего его сюда, собственно, и послали.

Шкафчики укурышей он прояснил еще вчера. Теперь надо было только глянуть. Он сегодня был немного не в себе, но интересные шепотки услышал. Все-таки глаз наметанный на это дело. Работают, работают его клиенты здесь. Причем, не из бедных семей, а именно эти чистенькие спортивные мальчики, так задирающие носы перед ним.

Теперь вопрос только за тем, чтоб взять с товаром. Чтоб не отвертелись при помощи папочек и сдали всю цепочку. 

Размышляя так, Ричер шел по пустым коридорам колледжа, машинально проверяя кабинеты на предмет задержавшихся студентов. Никого уже не было. Даже прогульщики и всякие заседатели клубов свалили домой. 

Он подошел к шкафчику одного из подозреваемых, легко открыл, стал аккуратно шмонать.

– Мистер Джонсон!
– тихо ахнули сбоку. 

Да ну чтоб тебя!..

***

Анна задержалась в душе, никак не могла прийти в себя после случившегося, а особенно после таких ненужных мыслей. Потом долго сушила волосы, одевалась. Припозднилась, в общем. 

Картина, которую она увидела возле шкафчиков, сначала заставила изумленно заморгать, а потом так же изумленно вскрикнуть.

Ее учитель, мистер Джонсон, преспокойно рылся в чужом шкафчике.

Услышав ее возглас, он замер, потом медленно повернулся к ней.

– Что вы… Вы что, вор?
– изумилась она.

Он не отвечал, пристально и как-то чересчур спокойно глядя на нее. Анна внезапно испугалась. Она осознала, что, если все так, как она думает, и мистер Джонсон вор, то свидетели ему не нужны. 

Девушка пискнула и, повернувшись, побежала в сторону выхода. На улице еще светло, есть люди, есть вахта на первом этаже. 

Учитель, выругавшись, рванул за ней. 

Анна бежала по темным коридорам колледжа, слыша за собой тяжелое дыхание и сдавленные ругательства мужчины, ужас давил сердце. 

Бежать, бежать, бежать… Быстрее! Она успеет, на улице полно народу, она позовет на помощь…

И вот, когда уже спасительная дверь маячила перед глазами, ее резко рванули за руку, чуть не выдернув ее из сустава, и утащили от выхода в темноту коридора. 

Анна заверещала не своим голосом, пытаясь отбиться, но безуспешно. Жесткая лапища запечатала рот, учитель обхватил ее поперек талии, затолкнул в пустующую аудиторию. 

Прижал спиной к себе, не убирая руки от губ, прошипел на ухо:

– Тихо, тихо, тихо, девочка… Не кричи… 

Конечно, эта коза не послушалась, завопила сквозь его ладонь еще громче, задергалась , пытаясь вырваться. 

Пришлось встряхнуть ее посильнее, развернуть, прижать к стене. Ричер заглянул в полные слез и ужаса огромные глаза, выматерился про себя (черт, да че ж все так неудачно-то…), постарался унять рвущуюся в голосе сталь, говорить спокойно, чтоб доходило:

– Анна… Я ничего тебе не сделаю. Это не то, о чем ты подумала. Я тебя сейчас отпущу, а ты не кричи, хорошо? Ты поняла меня, Анна? Ты согласна?

Дождался более-менее осмысленного взгляда и утвердительного кивка, аккуратно убрал руку от губ девушки, готовый в любой момент перехватить ее крик.

Но Анна не кричала, только прерывисто вздохнула. Немаленькая грудь на вдохе коснулась его груди, и Майк совершенно некстати почувствовал некоторое возбуждение. А может, это просто отходняк, после погони. Бывает.

– Так. Умничка. Хорошая девочка. А теперь послушай. 

Тут до него дошло, что он все еще прижимает ее к стене, и Ричер торопливо разжал руки и чуть отступил, не отходя далеко, впрочем, контролируя ситуацию. 

– Сядь. 

Анна послушно села, все еще тяжело, со всхлипом, дыша. Ричер опять сквозанул на ее грудь (да приди в себя уже…), собрался, подбирая слова:

– Я не учитель. Ты уже поняла это. 

Девушка кивнула.

– Но я не вор. Я… как бы даже наоборот… Короче, я коп, отдел по борьбе с наркотиками, под прикрытием.

Он замолчал, глядя на ее внезапно недоверчивую усмешку. Неглупая девочка. 

– Не веришь? Слушай, я не могу тебе это доказать. Тебе остается только поверить. Сама подумай, что мне здесь воровать? Из шкафчиков студентов?

Заметил тень осознания в ее глазах. 

Так, девчонка похоже верит. Успокаивается. Надо закреплять результат.

– Мне надо, чтоб ты ничего никому не говорила о том, что ты видела, - продолжал он, - ты девочка неглупая, я вижу… Я здесь ненадолго, сделаю, что мне надо, и уйду. Если будешь молчать, то автоматом самый высокий балл поставлю, - он позволил себе усмехнуться.