Чтение онлайн

– Что, черт побери, ты несешь? Как такое было невозможно предвидеть?.. Что? У меня здесь полторы сотни работников, и четыре недели до открытия парка! Ты понимаешь, что это значит, говнюк ты этакий?! Еще один такой «маленький» промах, и я тебя уволю к черту! Так что выполняй свою работу как надо и позволь мне тоже заняться своими делами!

Старик, крайне разозленный, убрал палец с кнопки приема и бросил рацию на кресло.

– Засранец…

Он резко обернулся и косо посмотрел на Стивена и Чака, они стояли неподалеку и, промокшие до нитки, заливали дождевой водой дощатый пол гостиной. Заметив их, старик будто взял себя в руки, и красная краска с его впавших внутрь щек чуть отошла.

– Чего там стоите? – проворчал он, и парни шагнули к нему.

Он порылся в карманах и достал изрядно помятую пачку сигарет, затем покосился в их сторону. Старик протянул им пачку, и парни взяли по сигарете.

– Это единственное, чем можно согреться, – сказал он и зажег поочередно сигареты своими корявыми пальцами.

– Пустяки, – сказал Стивен и смутился, поняв, что возможно сказал глупость.

– Пустяки… – пробубнив, повторил Боб. – Терпеть не могу засранцев, которые не выполняют работу, за которую взялись, и должны отвечать головой. Но хороших работников я ценю, – закончил он, понизив голос.

Парни не совсем понимали, о чем он ведет речь и, не решив, стоит ли что-то говорить в ответ, промолчали.

Из рации послышался шум, и на его фоне появился сиплый мужской голос.

– Прием.

Старик, стоя у окна, не шелохнулся. Он с омерзением разглядывал рабочую площадку, пустующую и утопающую в дождевых лужах и грязи.

Кажется, он не собирался принимать сигнал, и мужчина на другом конце линии понял это.

– Мистер Мюрей, мы только что посмотрели сводку с метеоцентра, ливень быстро движется на запад.

За его голосом послышались другие голоса, и тогда связь оборвалась.

– Прием-прием. – Говорил тот же мужской голос. – Мистер Мюрей, мне говорят, что через полчаса он полностью покинет небосвод над Гринмаунтом, и на небе не останется ни облачка. Еще раз извиняюсь за это недоразумение.

Шум из рации исчез, и в комнату вернулась былая тишина.

– Как вам первый рабочий день?

Старик обернулся с отрешенным лицом и совершенно спокойно посмотрел на них.

– Отлично, Боб. – Выдавил из себя Стивен.

Смех управляющего разошелся по комнате. Он так захохотал, что его хохот вскоре перешел на хриплый тяжелый кашель курильщика.

– На вашем месте я был бы не особо рад. Нет… нет. Поганый сегодня день, – заключил он, мотая головой.

– Да, но завтра мы отработаем вдвое больше и догоним план по графику. Стивен почесал затылок и быстро спрятал руку. Ему показалось, что внимательный взгляд старика заметил его перевязанный палец.

– Ну и молодцы, – сказал старик и обернулся к окну. – Все бы так работали.

За окном ветер все сильнее разливал дождь, и большие реки заполнили всю площадку. Несколько рабочих все еще метались по ней, не успев укрыться, или же что-то прятали от дождя.

Как и сказал парень по рации, вскоре ливень перешел на редкие одиночные капли и полностью прекратился. Тучи начали расходиться, и яркий солнечный свет отбросил через окно на пол комнаты длинную тень старика.

За окном снова замаячили работники, послышались шумные голоса – работа возобновлена.

– Ну что ж, неплохо. – Сказал Боб, будто его только что порадовали любимой песней по радио.

Он посмотрел на парней, которые сидели оперевшись о стену.

– А с вами на сегодня все.

– Что, мистер Боб? – Вырвалось у Стивена.

Неужели ему рассказали о случившемся на крыше, и неужели из-за этого пустяка он может их уволить.

Взгляд Чака уперся в него: "Я же говорил".

– Мне здесь жертвы не нужны. – Сказал старик и зажег сигарету. – Придете завтра с утра и, как вы сказали, догоните план по графику. Сегодня на скользкой крыше работать никто не будет.

Парни с облегчением выдохнули.

Стивен по-настоящему обрадовался – ведь все обошлось. Но, к сожалению, он не догадывался, что позже, а это совсем скоро, он будет всю оставшуюся жизнь жалеть о том, что их в первый же день не уволили.

Ночью, когда костер в камине уже догорал, и только несколько угольков все еще пылали ярким жаром, Чак уже спал. Он уснул, сидя в кресле, укрывшись теплым пледом. Стивен не мог сомкнуть глаз, что-то его беспокоило.

Он вспомнил своего дедушку. Его дом без него оказался совсем не тем домом, который ему помнился…

Лежа на диване, он посматривал на старый ковер возле камина. Словно видение, к нему пришло воспоминание, такое же пыльное и старое, как и ковер, лежащий на полу.

Дедушка часто брал его за руки и сильно-сильно вертел, пока они со смеху не падали на пол, и у них еще долго кружилась голова.

На том самом месте.

Воспоминание повторялось и повторялось до тех пор, пока старые морщинистые руки дедушки, которые крепко держали, вдруг отпустили его и исчезли в вечной тьме.

Его тяжелые веки сомкнулись, и он уснул.

Стивен…

Слабый, но знакомый голос раздался во тьме, которая окружала его.

Стивен…

Голос повторился, и Стивен, вдруг почувствовал, как движется к нему, словно нечто притягивало его туда.

Вдалеке, из темноты, словно яркая лампочка, зажегся тусклый свет. Он становился все ближе и ближе. И вдруг Стивен начал двигаться быстрее. Тьма сомкнулась за его спиной, и тогда он понял, где находится. Это был достроенный парк аттракционов "ГОРОДСКОЙ ВЕСЕЛЬЧАК", тот самый парк.

Перед ним в разноцветных огнях кружились пони и единороги, слышался детский смех, хотя никого рядом не было. Все аттракционы парка были включены и работали на полную мощь.

Стивен прищурился и заметил скользящие тени, они напоминали силуэты людей, но разглядеть их ему не удалось, поскольку они неожиданно исчезали.

На фоне движущегося громадного чертового колеса возвышалась башня. К ее остроконечной крыше были прикреплены сотни пузырей, которые качались, словно подводные водоросли.