Чтение онлайн

Анжелина Старк и ее оператор наблюдали за работой из легкой моторной лодки. Журналистка уже знала, что на борт корабля русские ее пускать не собираются, а потому занялась съемками работ, которые велись снаружи. Моторка прыгала по волнам рядом с ледоколом все время, которое потребовалось на возню с пробоиной. Удачными съемки назвать было нельзя – большая часть событий происходила под водой. Именно поэтому Анжелина оживилась, когда ремонт был закончен и в катер, спущенный с ледокола, поднялись водолазы.

– Снимай, снимай! – скомандовала она оператору.

– Далековато… – отозвался тот.

– Сейчас поближе подойдем.

Она схватилась за руль, повела моторку к катеру, в котором в этот момент Полундра и американец освобождались от гидрокостюмов. Можно было отснять хорошие кадры. И взять лица этих парней крупным планом.

И все бы хорошо, но Анжелина весьма неважно управляла моторкой. А в последний час резко усилился северный ветер, его холодные порывы поднимали уже высокие волны. Очередная из них сильно качнула моторку, Анжелина пошатнулась, руль из-за этого повернулся не туда, куда надо, и следующая волна чуть не опрокинула лодку. Оператор сумел удержаться, а девушка не сумела. С громким визгом она рухнула в воду.

В каком-нибудь из южных морей ее падение было бы поводом для смеха. Плавать Анжелина умела, так что выбралась бы через считаные секунды. Но девушка совершенно не ожидала ледяного ожога – до жути холодная вода объяла ее тело. Анжелине почудилось, что в нее вцепились клыки какого-то морского чудища. Мгновенно перехватило дыхание, в глазах потемнело. Она успела отчаянно крикнуть – и вода сомкнулась над ее макушкой.

Все произошло очень быстро. Только что девушка была в катере и вот уже под водой. Все остолбенели – и это стоило бы Анжелине жизни, если бы не Полундра. В экстренных ситуациях тело спецназовца работало быстрее, чем голова. Он вскочил и прыгнул в воду – почти голый, ведь гидрокостюм он только что снял, оставшись только в тонком шерстяном белье. А температура воды у поверхности была почти нулевой. Но, к счастью, Полундра к этому был готов. Он был вполне в состоянии какое-то время действовать даже в такой воде. Нырнув, он увидел девушку, медленно опускающуюся вниз – видимо, перепугалась, наглоталась воды, дуреха. Полундра сделал два мощных гребка, схватил ее за ворот куртки и рванулся к поверхности. Не так просто это оказалось – одежда мешала, а сама девушка висела мертвым грузом. Но Полундра справился. Оказавшись у поверхности, он правой рукой схватил журналистку за шею под затылком и поднял ее голову над водой.

– Чего ждем?! – рявкнул он сидящим в катере – те так и не успели толком опомниться. Вернее, опомниться-то, может, и успели, но ничего не сделали.

– Сюда! – заорал Полундра. – Помогайте! Ее вытащить надо!

Тут неожиданно девушка пришла в себя. Ну, правильно, под водой-то она была недолго и наглотаться не успела. Но лучше бы она оставалась без сознания, пока не вытащили! Очнувшись, она стала кашлять, биться, размахивать руками.

– Не дергайся! – рыкнул Полундра прямо ей в ухо. – Не брошу!

Как ни странно, девушка, похоже, не только поняла, но и послушалась. Во всяком случае брыкаться перестала, наоборот, начала подгребать под себя, значительно облегчив Полундре положение. А еще через несколько секунд подоспел катер, и их обоих вытащили из воды. Девушка тряслась как осиновый лист, лицо ее на глазах синело. Мужики в катере бестолково толпились – кто какие-то дурацкие вопросы задавал типа «как ты?», кто-то пытался уложить ее на дно катера – непонятно зачем.

– Пустите! – Полундра бесцеремонно растолкал двух американцев. – Веня, дай спирт!

Русский матрос, который управлял катером, не среагировал. Тогда Полундра вырвал у него из кармана пол-литровую фляжку со спиртом, отвинтил крышку, глотнул. Именно для такой цели фляжки и выдавались тем, кто должен был заниматься спуском под воду в северных морях.

Глотнув сам, Полундра сунул фляжку американке. Та еще не вполне оправилась от шока – глаза еще были ошалелые, похоже, она не понимала, что ей дают и зачем. Тратить время на вежливые объяснения Полундра не стал. Пальцами правой руки он сильно сжал девушке щеки, а левой плеснул спирту в открывшийся рот. Глаза Анжелины моментально стали осмысленными – а еще через секунду полезли на лоб. Девушка закашлялась, Полундра похлопал ее по спине. Хорошо хоть соотечественники Анжелины догадались не возражать.

– Что… Что это… – прохрипела девушка, откашлявшись.

– Спирт. Девяносто шесть процентов, – отозвался Полундра. – Как горло, не сильно обожгло?

– Обожгло…

– Ну, ничего, это не смертельно. Зато теперь никакого воспаления легких. Ну-ка, еще глоточек!

– Не надо…

– Надо! Пей давай! – Полундра говорил настолько уверенно, что Анжелина послушалась – женщинам свойственно подчиняться более сильным личностям, а уж в Полундре сила чувствовалась еще какая.

– Эй, Веня, что уставился? – Полундра переключил внимание на матроса. – Давай к кораблю быстро!

Матрос повиновался.

– К-какие замечательные к-кадры получатся, – неожиданно сказала Анжелина, слегка заикаясь.

– Что? – Полундра повернулся к ней с легким беспокойством – заговаривается, что ли, девчонка?

– А в-вот, – Анжелина протянула руку, указывая на что-то за спиной Полундры. Сергей обернулся и увидел оператора, который из своей моторки целился на них кинокамерой. Да, действительно, кадры хорошие. Русский моряк спасает корреспондентку и поит ее спиртом – зрители просто в восторге будут.

– Ну, раз профессиональные рефлексы проснулись, значит, жить будешь, – усмехнулся Полундра.

Китобойное судно было не предназначено для того, чтобы на него садились вертолеты – не авианосец как-никак. Поэтому пилот вертушки, провозившись минут десять, сесть так и не смог. Курт Хопли и сопровождавшие его парни высадились с помощью веревочной лестницы. Потом пришлось выгружать привезенное ими оборудование, что было еще труднее. Но с помощью капитана Китинга и его людей с задачей удалось справиться. Когда ящики были выгружены с вертолета, Хопли приказал Китингу немедленно убрать их с палубы. Причем так, чтобы как можно меньше народу их видели. На вопрос капитана, что в ящиках, менеджер ответил, что его это не касается.

«Похоже, на моем корабле меня уже вообще ничего не касается», – раздраженно думал капитан, руководя переноской ящиков. Особенно злило его то, что Хопли отправил одного из прилетевших с ним парней участвовать в переноске. Помогать тащить тяжеленные ящики этот тип и не собирался – он просто внимательно следил за матросами и самим капитаном. Видимо, чтобы не вздумали сунуть нос куда не следует.

А после того, как возня с грузом была закончена, дело пошло еще хуже. Хопли представил капитану одного из здоровяков, – именно одного! Хоть бы со всеми познакомил ради приличия! В общем, этому парню, которого, по словам Хопли, звали Джон Смит, – тоже смешно, – капитан Китинг должен был теперь подчиняться, как самому Хопли.

– Может, я вам вообще не нужен? – мрачно нахмурившись, спросил капитан. – Все подряд на моем корабле распоряжаются! Джонс, вы, теперь еще мистер Смит! Зачем тогда вообще капитан нужен?

– Чтобы управлять кораблем, – невозмутимо ответил Хопли. – А уж куда кораблю идти и что людям, которые находятся на нем, делать, это решают его владельцы, а не капитан.

– То есть я у вас вместо шофера?

– Можно сказать и так, – холодно улыбнулся Хопли. – Вас это не устраивает? Тогда можете уволиться – прямо сейчас. Я член совета директоров компании и главный менеджер и могу дать согласие на ваше увольнение. И назначить на ваше место кого-нибудь другого. А вы тогда на вертолете отправляйтесь в Анкоридж. Ну, что скажете?