Чтение онлайн

— Ты можешь отстать от меня, Дима?! — да что вы вообще тут все делаете?!

— Да я еще толком не приставал, — слышу так же близко голос своего братца, как и Алисин. Еще один сукин сын! Ну сволочь, Дима, подожди у меня.

— Ты реально не понимаешь, что я тут не одна? Отсядь от меня, а еще лучше уйди. Ты мне мешаешь, — ну слава Богу! Пошли его на хрен, Потапова!

А дальше я не вслушиваюсь в их разговор, просто потому что рука Алмазова поддевает резинку моих трусов. И все, что я могу сделать — это укусить в ответ мочку его уха. Алмазов усмехается, но не убирает свою руку. Просто перемещает на попу.

— Булочка. Ням-ням, — в очередной раз шепчет мне на ухо. Ну какой же придурок!

Я ведь понимаю, что он провоцирует меня для того, чтобы я встала с воплем с его колен и показалась брату и подруге. А вот фиг ему. Нравится мять задницу, ну и пусть. В конце концов, это даже невинно, по сравнению с тем, что мы делали у него в квартире.

— Мне очень жаль расставаться с твоей попой, но нам пора. Кино почти началось. И твоя подружка с братом ушли уже как минуту назад, — тихо произносит Алмазов, поправляя мои волосы за ухо.

Резко вскакиваю с его колен, поправляя юбку сарафана.

— Больше не делай так. Мне это не нравится. И в мое присутствие я предпочитаю не слышать о сиськастых подругах, — резко произнесла я, направляясь к кинозалу.

Даже, если мы окажемся с Алисой в одном кинозале, в чем я искренне сомневаюсь, это можно объяснить просто — захотелось посмотреть триллер про психушку. Правда, как только я вошла в зал, тут же отмела эту версию. Алмазов взял диванчики для двоих! Это я бы уж точно никак не объяснила. Но это делать и не пришлось. Потаповой в этом зале, к счастью, не оказалось.

Если быть откровенной, мне понравился поход в кино. Особенно было приятно чувствовать исходящее от Алмазова раздражение. Я-то в действительности кино смотрела, а вот он пришел сюда явно для того, чтобы пустить в ход свою руку, которую я быстро привела в тонус, вонзив в нее чуть отросшие ногти. О, спасибо тебе, ногтевая пластина. Кажется, он реально обиделся за мое действие. Да и плевать.

— Жаль, что мы на разных машинах.

— Ну ничего страшного, Сергей Александрович. Зато ваша рука отдохнет.

— Какая ты все-таки язва, Полина.

— Малина, коза или язва? Ты бы уже как-нибудь определился.

— Язвительная малинистая коза.

— Буду знать. Кстати, мне очень понравился фильм. А тебе?

— Я мог бы сказать, что понравился, но, я его не смотрел, много думал о своем.

— Ммм… нет, Сергей Александрович, мои ноги и грудь — это мое, а не ваше. Но, спасибо за вечер, — тянусь к нему на носочках и быстро целую его в щеку.

Резко разворачиваюсь, подхожу к машине и, открыв дверь, перевожу взгляд на Алмазова.

— Выпей ацикловир, — сажусь в машину и с улыбкой на обсыпанных губах, выезжаю со стоянки.

Если бы мне еще неделю назад сказали, что я не только схожу с Алмазовым в кино, но и съем уличную шаверму, а также пойду с ним в кафе, я бы в жизни не поверила. Шаверму съесть пришлось просто потому, что обещания, данные при молитве надо исполнять. А вот кафе в пятницу вечером — это все же мое добровольное решение. Сама не знаю почему согласилась. Может потому что Алмазов был слишком настойчив и воспользовался тем, что я не на машине. Не знаю, но факт налицо — я в кафе, доедаю уже вторую порцию умопомрачительно вкусного мороженого.

— Я заеду за тобой завтра, в часов двенадцать. Куда поедем — не скажу. Пусть это будет сюрпризом. Но надень лучше брюки. Хотя… надевай, что хочешь.

— Нет, — уверенно произношу я, отставив креманку в сторону. — Ты, наверное, не понял, когда я говорила, что вот это все мне не нужно, потому что я не хочу впустую тратить время. Ладно, понедельник, там было кино. Даже этот поход в кафе тоже можно принять. В конце концов, пятница и можно сделать себе небольшой отдых, сегодня я и так не собиралась заниматься чем-то полезным. Но на субботу у меня другие планы.

— Позвольте узнать, какие именно, Полина Сергеевна?

— Учеба. А именно, восполнение пробелов за неделю. И я даже за целый день не справлюсь с тем объемом информации, который я себе заготовила, так что, сам понимаешь, день занят.

Вру. Откровенно и открыто. Но главное уверенно. Да, к сожалению, он мне нравится, но не настолько, чтобы тратить свою жизнь на какие-то свидания. Алмазов и без того занимает слишком много моего времени, и не только в его непосредственное присутствие, но и в отсутствие. И мне это не нравится. А вот злить мне его нравится, и то, что сейчас он бесится — факт. Да, видать я та еще стерва.

— Тебе надо перестать забивать голову ерундой, Полина, — спокойно произносит Алмазов, придвигаясь ближе ко мне. Закидывает руку мне на плечо, несильно сжимая. — Тебя немного клинит или ломает, не знаю, как это правильно сказать. Я понимаю, что трудновато перестроиться, тем более так быстро. Но оглянись вокруг. Я хороший врач, как бы громко это ни звучало, хотя мне всего тридцать два, ну ладно почти тридцать три. Но моя личная жизнь не мешает мне время от времени читать и изучать что-то новое. И нет ничего зазорного в том, чтобы чего-то не знать и вовремя открывать последние рекомендации ВОЗ или обычный справочник. Идеальных людей, как и идеальных врачей, не бывает, Полина. Тем более ты не можешь не понимать, что врач учится всю жизнь. Надо уметь рационально пользоваться тем, что тебе дает жизнь. Вот когда ты это поймешь, жить станет значительно легче, — тянется к моим губам, но я моментально прикладываю ладонь к его губам.

— Не надо закреплять такую речь сплетением языков, даже при отсутствующем герпесе.

— Почему? — с улыбкой интересуется Алмазов.

— Потому что.

— Гениальный ответ.

— Ну главное не генитальный.

— Тяжелый ты человек, Полина. Завтра в двенадцать я за тобой заеду и точка.

— Я сказала нет, — твердо произношу я. — Можно на пару часов в воскресенье, но завтра я занята.

— А в воскресенье занят я, — зло бросает Сережа.

— Тогда не судьба, — развожу руками, на что Алмазов меняется в лице и достает бумажник. Кладет на стол деньги и встает из-за стола.

— Ты, кажется, хотела в туалет. Жду тебя пять минут. Не выйдешь через озвученное время — я уеду.

В туалет уже как-то перехотелось. А вот проверить говорит ли Алмазов правду — мне очень хотелось. На улицу я вышла ровно через шесть минут. И да — я-таки провожала взглядом уезжающего Сергея. Мужчина сказал — мужчина сделал. Казалось бы, надо радоваться, Алмазов — человек слова, да вот только что-то не радуется.

Уже к десяти утра следующего дня я пожалела о том, что отказала Алмазову. Встать в пять, чтобы выполнить свое же обещание по уборке дома — оказалось той еще задачей. К десяти у меня реально отваливалась спина и плечи, и все, о чем я мечтала — это об отдыхе. Это еще надо сказать спасибо, что мама поручила пылесосить папе. На кой черт нам вообще такой огромный дом — стало для меня настоящей загадкой. В какой-то момент мне реально хотелось взять телефон и набрать Алмазова. К счастью, вовремя себя одернула, вспомнив, что он меня бросил в кафе. Хотя, опять-таки я же сама поступила как дура, с какой стати гнать на него бочки? Правильно, ни с какой.