Чтение онлайн

Вторая, проблемная во многих романо-германских языках, буква g перед e, i читается как мягкое [дж] в точности как в английском: Giovanni [джёванни] — Джованни (распространенное итальянское имя, аналог русского Иван); Giulio Cesare [джюлио чезарэ] — Юлий Цезарь (в итальянском произношении).

Возможно, вы обратили внимание, что двойные согласные я передаю в транскрипции двумя буквами. Это связано с редкой среди европейских языков особенностью итальянского произношения: двойные согласные и читаются сдвоенно: [дирэтторэ], [джёванни]. Сдвоенное tt обычно свидетельствует, что когда-то первая t была другим звуком: Vittorio [витторио], ср. Виктор.

Как сделать, чтобы с и g перед e, i читались, несмотря на эти гласные как [к] и [г]? Для этого используется «безработная» буква h, которая по отдельности никаких звуков не обозначает: spaghetti [спагэтти] — «веревки», «спагетти» (с р. шпагат); perch'e [пэркэ] — «почему, зачем»; scherzo [скэрдзо] — «скерцо», дословно «шутка»; ghetto [гэтто] — «литейный цех», слово вошло во все европейские языки, так как на территории заброшенной литейки в Венеции располагалось первое в Европе еврейское гетто.

Буква g подобно h используется как служебная (непроизносимая в буквосочетаниях gl [лль], gn [ннь]) для смягчения и удвоения следующего за ней согласного (во втором случае — совпадение с французским): bigletteria [бильлеттэриа] — «кассовый зал» (в аэропорту, на вокзале); signorа [синньора] — «госпожа».

Буквосочетание sc перед e, i произносится как [ш]: scienza [шэнца] — «наука», «знание» (ср. с английским science); Brescia [Брэша] — славный город в Италии; il pesce [пэшэ] — «рыба» (с определенным артиклем).

Буква z обычно читается [ц], но перед a, o озвончается, и получается [дз]: Zappi [дзаппи], Mazoni [мадзони] — распространенные итальянские фамилии. Stazione centrale [стационэ чентрале] — «центральный вокзал», относительные прилагательные, как и в латыни, ставятся после существительного.

Буква s произносится как [з] не только между гласными, но и в позиции между гласным и звонким согласным и наоборот и даже просто перед звонким согласным: sbieco [збъеко] — «кривой».

Самый влиятельный из романских языков на протяжении многих столетий. С конца XVI до середины XIX века был lingua franca образованных европейцев, вытесняя постепенно академическую латынь. Язык науки, философии, дипломатии, юриспруденции. Французская литература и поэзия, которую читала вся образованная Европа, оказывала огромное влияние на более молодые литературные языки. Вплоть до середины XX века оставался языком дипломатии и международной почты. Все международные договоры переводились на французский, причем именно этот текст считался основным. Дворянское сословие многих стран Европы, в том числе и России, нередко использовало французский в качестве языка повседневного общения — супруги ругались друг с другом на французском языке, возможно, это позволяло держать себя в рамках относительного достоинства.

Влияние французского языка на соседей огромно. С английским языком разговор вообще особый — это чуть ли не наполовину бывший старофранцузский (см. главу об английском), но и в немецком, русском, турецком и других языках количество калек с французского и прямых заимствований очень велико.

В настоящее время по-французски говорят, конечно, во Франции, а еще в части Канады, в Бельгии и Швейцарии, в некоторых странах Африки, где он имеет статус, по крайней мере, одного из государственных языков; французский язык также сохранился в употреблении образованных слоев многих стран — бывших колоний Франции. Международная организация, в сокращенном варианте именуемая «La francopho nie» [ля фра(н)кофони], чрезвычайно активно продвигает французский язык и культуру во многих странах, особенно в тех, что были затронуты в прошлом французским культурным и политическим влиянием. Забегая вперед, скажу, что (н) в транскрипции не произносится, а обозначает, что предыдущий гласный — носовой. Произнести его легко — этот самый [н] после гласного выдувайте не через рот, а через нос, и все у вас получится.

Французы в XX веке, видимо, психологически не могли смириться с тем, что великая эпоха их страны в прошлом. Почти всем крупным французским колониям в 1940–1960-х годах пришлось воевать за свою независимость — чего стоили хотя бы вьетнамская (это еще до появления там американцев) и алжирская войны. Британцы уходили из своих колоний сами — вдоволь навоевались во Вторую мировую, а французам как будто требовалась компенсация за национальный позор 1940–1944 годов.

Современное французское государство прилагает отчаянные усилия в борьбе за чистоту языка, в основном изводя английские заимствования. Так, издаются законы, запрещающие публичное употребление английских слов без надобности, когда имеется французский эквивалент, то есть почти всегда. Трудно представить себе подобное у нас: чтобы за слово «имидж» вместо «образ» можно было нарваться на крупный штраф. По крайней мере, правительство добилось того, что французы «мало знают иностранный язык» (об английском) по сравнению с другими неанглоязычными народами Европы.

С тех времен, когда французский был языком дворянской элиты, в сознании россиян закрепилось представление о нем как о языке изящного, благородного звучания. А в память о прошлом величии французской науки остался обычай называть латинские буквы, использующиеся в математических, физических и химических обозначениях, по-французски: h — «аш», g — «жэ», j — «жи», кроме с, которая произносится по-латыни — «цэ». Кстати, выбор букв для обозначений не случаен: h — первая буква французского слова со значением «высота»; g, обозначающая ускорение свободного падения, — от «гравитации»; v — первая буква слова со значением «скорость» (ср. английское velocity); t — первая буква французского слова temps [та(н)] — «время»; и т. д.

Французский язык до сих пор является основой психиатрической номенклатуры, так как именно во Франции в середине XIX века сложилась психиатрия современного образца. Затем центр психиатрической мысли переместился в немецкоязычные страны, но номенклатура основных симптомов и синдромов осталась во многом французской. Некоторые из этих терминов даже проникли в разговорную речь, например, d'ej`a vu [дэжа вю] — восприятие субъектом новых зрительных впечатлений как уже бывших в его опыте, дословно «уже виденное».

Кратко сообщить о французском правописании — очень сложная задача, потому что в этом языке количество правил чтения (даже в сравнении с английским) все-таки велико, да и разных исключений немало.

Есть и другая, уже принципиальная трудность в освоении французской грамоты. По-испански или, скажем, по-фински вы можете обучиться читать, совершенно не зная языка, — диктором на радио вас с такими знаниями не возьмут, но вы сможете прочитать почти каждое слово. С французским такой номер не проходит. Научиться читать по-французски в полной мере нельзя без изучения грамматики, так как многие буквосочетания читаются по-разному в зависимости от того, в какой части речи они употреблены.

Отпугивает начинающего также ненормальное количество букв с диакритическими знаками), с буквами, обозначающими гласные звуки: `a, ^a, 'e, `e, ^e, "e, ^i, "i, ^o, ^u, `u, "u, "y, да еще o и лигатура (связка двух букв, двоебуквие) oe; есть также буква c. Кроме того, произнесение конечных звуков слова зависит от того, начинается ли следующее слово с гласного или согласного звука, — французской речи свойственно слитное произнесение слов смысловыми блоками, причем ударение падает на последний слог последнего слова. Разумеется, нам не удастся в кратком очерке научиться читать по-французски — мы освоим только некоторые, наиболее важные, а может быть, честнее сказать, наиболее легкие особенности французского правописания.