Чтение онлайн

Аполлон нашёл совершенно новый путь. У него была, а может, до сих пор есть, обида на судьбу. Будучи сравнительно небольшим по размерам человеком, он неоднократно вызывал великого Евгения Сандова помериться силой и решить это простым подъёмом штанги или при помощи любых других испытаний, о которых можно договориться. Сандов, однако, не принял вызова Аполлона, и сторонники претендента без колебаний наживали капитал на робости Сандова. Но если он не смог удовлетворить одно своё великое устремление, которое должно было доказать, что «милая Шотландия» способна производить силачей, равных тем заезжим с чужих берегов, — Уильям Бэнкиер но крайней мере преуспел в том, что познакомил многих с новыми возможностями для применения силы.

Аполлон, который был великолепно сложен, давал представления, которые нравились публике. Вначале он позировал в виде классических статуй, затем показывал силу, о которой говорило его телосложение. Один-два трюка с бильярдными киями обычно предваряли более внушительные номера, среди которых был подъем одной рукой человека, облачённого в доспехи, после чего Аполлон перепрыгивал через спинку стула, держа в руках по 56-фунтовой гире. Этот трюк всегда вызывал долгие аплодисменты.

Затем шотландец ложился под большую платформу, которую он поддерживал коленями и плечами, голова выходила через специально сделанное отверстие, а руки и ноги составляли четыре подпорки. На эту платформу общими усилиями семи-восьми человек устанавливался рояль, после чего эти же люди влезали на платформу, один усаживался за инструмент, и начинался небольшой оригинальный концерт. Это был очень зрелищный номер.

Его представление обычно включало и состязание с мешком муки, как за несколько лет до этого делало Трио Саксонцев. Соревнование у Аполлона шло по другим направлениям, ибо если знаменитые братья оговаривали, что их мешок нужно поднимать и уносить со сцены, не сгибая спину, люди, которые делали заявки на призовые деньги Аполлона, были вынуждены ложиться на пол лицом вниз, перетягивать мешок на спину, затем подниматься и относить его. Насколько знаю, только один человек смог сделать это как следует, и звали его Эдуард Астон, я отдельно упомяну о нём позднее.

Когда, однако, Аполлон поехал в Индию, там всё было по- другому. Секреты рычагов и приложения силы на Востоке перестали быть тайнами несколько поколений назад, и я слышал, как говорили, что когда Аполлон приглашал индийских и мусульманских силачей повторить этот трюк, то нашёл там намного больше удачливых соперников, чем он встречал в нашей стране. Его трюк с пойманными мешками, однако, проходил очень хорошо. Это было по-настоящему великое представление. Мешок роняли на него с высоты, а Аполлон хватал его и оставался невредим. Это было оригинальное и смелое нововведение.

Он также поставил ещё один зрелищный номер. В нём использовался автомобиль. Лёжа на земле, он выдерживал машину с людьми, которая переезжала его шею. В этом трюке не было никакого фокуса, он объясняется просто: атлет сопротивлялся проходящему весу сосредоточенным сокращением шейных мышц, при этом, несомненно, он перенял несколько приёмов у японских борцов джиу-джитсу, которые делали яркий номер из демонстрации силы своих шей как прелюдию к основной части своего шоу. Аполлон, если кто помнит, одно время антрепренировал Юкио Тани. Этот смышлёный японец, бывало, позволял шестерым людям навалиться изо всех сил на бамбуковый шест, положенный поперёк его горла, когда он лежал на спине. Выдержав довольно продолжительное время этот нажим, Тани ловко высвобождался, повернув шею и делая сальто.

Казалось, что «геракловский» бизнес уже разработан вдоль и поперёк. Но кто-то новый должен был появиться (он тогда уже фактически появился), чтобы, используя возможности арсенала уловок силачей, делать что-то на грани фантастики. Таким стаз Берт Викхэм, «человек из многих частей», а также «человек во многих свитерах».

У Викхэма был предшественник, болезненно тощий австриец, выступавший под именем герра Георга Леттла. Этот человек болтал о присущей ему электрической энергии и утверждал, что у него в той или иной мере есть сверхъестественный дар. Во всяком случае, для начала он останавливал движущиеся автомобили - на сцене. Да, он действительно это делал. Но я всегда понимал, что эти машины были легкими сзади, это позволяло ему приподнять их от земли, так что когда запускался мотор, задние колеса не могли цеплять пол. Этот манёвр, конечно, не доходил до зрителей.

Леттл делал упор на то, что показывал пару слабеньких тощих рук, тем самым сообщая миру, что он выполняет трюк исключительно при помощи умственной силы. В конечном счёте он исчез, даже не появившись на публике. Но прежде собрат значительное вознаграждение как воздаяние за свою сообразительность. Вероятно, он не раз громко посмеялся над великой британской публикой. И, тем не менее, этот австриец показал Викхэму нуль, на который твёрдо ступил этот король шоуменов.

Нужно отдать должное Викхэму! Никто в этом деле никогда не получал столь много бесплатной публичности, и ни один человек не делал на этом столько выгоды и известности. Он появился, я полагаю, сначала где-то в Уэльсе, но именно в цирке Энглера лондонцы впервые увидели его шоу. Викхэм заявлял, что может останавливать авто на полном ходу, и это, со всей очевидностью, он проделывал в своём шоу. Однажды вечером он был подвергнут по поводу этого трюка перекрёстному допросу в своей уборной, из этого разговора вытек до крайности фантастический эпизод. Ни одно событие во всей истории атлетических зрелищ никогда не было столь блестяще поставлено, так красочно освещено в прессе и столь артистично исполнено. Три или четыре «эксперта» вместе с Бертом прошли по Риджент стрит до площади Пикадилли. Здесь эта группа остановилась, все ещё обсуждая его более или менее чудесную силу. Викхэма спрашивали: «Так вы всё-таки можете остановить машину?», «Вы взаправду можете успешно противостоять силе мотора, работающего на полную мощь?» Ответ явился молниеносно.

Викхэм быстро оглянулся, затем бросился с мостовой к проезжающему мимо такси, ухватился за рамку, на которой была прикреплена табличка с номерами, и через несколько ярдов остановил его. Его трюк был доказан! Все вечерние и немало более трезвомыслящих утренних ежедневных газет поместили колонки об этом. Провинциальные издания, менее озабоченные достоверностью, поведали своим ошарашенным читателям, что Берт Викхэм остановил лондонский трамвай на Брикстон Роуд. Они не беспокоились о точности подробностей.

Это не имело значения, ибо прославило Берта Викхэма. Укутанный в свои многочисленные свитера, он объехал страну с немалой выгодой для себя. В то время много шумихи начала производить борьба, так что Берт «катал» с собой нескольких силачей. Звезду своей труппы он сподвигал за хорошие деньги выходить против лучшего борца, какого только можно было найти. И. так как он обычно быт достаточно благоразумен или достаточно удачлив, чтобы подбирать хороших людей, ему в основном удавалось поддерживать нужный интерес, чтобы заполнять половину вечернего развлечения.

Затем этот великий человек сам выходил на сцену в сопровождении автомобиля. Он всегда вывозил свой собственный, между прочим, и ему неизменно удавалось договориться с местным шофёром, который прислушивался к «весомым» доводам. По случаю он мог разрывать колоды карт и ломать подковы, которые были впору слону - чудовищные предметы, которые подносили ему под протесты зрителей. Затем наступал его многословный вызов каждому в этом мире, кто лучший в одиннадцати, тринадцати, пятнадцати или даже семнадцати видах спорта, — плаванье, для ко которого ему пришлось бы снять семь или восемь свитеров, обычно бывших на нём, благоразумно исключалось. Затем, наконец, колоссальный трюк Берта с удержанием двух автомобилей.

Поставленный между двумя машинами, Берт или любой из ведущих, которых он привлекал по случаю, объявлял, что сейчас произойдёт, и пространно изрекал, какая для этого требуется нечеловеческая сила. Затем заводились моторы, и зрители могли (благодаря лучу друммондова света) наблюдать, как черты лица Берта чудовищно искажались из-за ужасного напряжения, и совершалось чудо. Берт напрягался и напрягался, пока авто, несмотря на сопротивление моторов, медленно подкатывались к нему.

Великий трюк! Трюк, который даже превзошёл поднятие слона могучим Сэмпсоном до тех пор, пока одним несчастливым вечером в ланкастерском мюзик холле, что-то не так пошло с механикой, и сейчас нужно описать, как и почему всё пошло не так, как надо.