Удобная
Шрифт:
– Это тебе. Может, впустишь?
– пытается достучаться до меня Дима и буквально вкладывает в мои руки букет.
Делаю шаг назад, разрешая ему войти, и продолжаю рассматривать. Похудевший, загорелый – мечта любой женщины! «Глупой женщины», – добавляю про себя. Дима молча раздевается и по-хозяйски проходит на кухню.
«Подготовился, – отмечаю я, заметив в его руках пакет с контейнерами из ресторана. – Решил накормить бывшую жену? Да что же там у тебя произошло?! Может, укусил кто или ударился на уроках дайвинга?» Прохожу в кухню, усаживаюсь за стол и подпираю голову рукой. Молчу. Удивляй дальше!
Дима достает продукты и расставляет их на столе. Рыба, картошка, вино и какой-то салат. Вино? Чем дальше, тем интереснее! Перевожу взгляд на бывшего. Он снял куртку и теперь стоит передо мной в белоснежной футболке, обтягивающей его спортивную фигуру. Ну прямо змей-искуситель, только вот со мной этот трюк не пройдет!
– Что празднуем?
– указываю взглядом на бутылку белого вина.
– А нам нужен повод?
– Мне не нужен ни повод, ни праздник. О чем ты хотел поговорить?
Дима не отвечает, подходит к шкафу и достает тарелки, затем так же молча раскладывает на них еду и наполняет бокалы вином. Я не двигаюсь. Пока не получу внятного объяснения всему этому цирку, не произнесу ни слова.
– Даш, я не всегда был прав.
О, как! От такого начала я почти в обморок падаю, но быстро беру себя в руки. Дотягиваюсь до бокала с вином и делаю несколько больших глотков. Горло перехватывает – то ли от вина, то ли от его слов.
– Я хочу все изменить. Видеться чаще с тобой, с Алиской. Помогать вам хочу.
– Дима, что произошло?
– Даш, я… понял, что вы – моя семья.
Допиваю вино одним глотком и с легким стуком ставлю бокал на стол. Скребущий звук стекла разрезает повисшую тишину.
– Дима, мы были семьей, - поправляю я, - но приятно, что ты осознал это.
Мягко пытаюсь вернуть дистанцию в нашем общении, потому что начинаю догадываться, к чему ведет этот внезапный визит.
– Алиса будет очень рада, если ты будешь приезжать чаще. Она скучает и очень ждет завтрашнего дня.
Дима поднимает глаза и смотрит на меня так, словно впервые видит. Взгляд его блуждает по мне и скользит по моим губам. Я ежусь: его внимание мне неприятно, словно меня касается что-то грязное. Дергаюсь, разрываю наш контакт и делаю вид, что увлечена едой. Бывший муж кивает каким-то известным ему одному мыслям и тоже переключается на рыбный стейк.
– Ты очень хорошо выглядишь, - произносит он, когда мы заканчиваем с обедом.
– Кхм… спасибо. Так ты сможешь завтра забрать Алису?
– Да, но я бы хотел провести это время с вами. Ты сможешь пойти?
– Нет, Дим. У меня дела.
– Такие важные? Важнее семьи, да, Даш?
– Ты о какой семье сейчас? Об Алисе и мне? Так я провожу с дочкой все свое свободное время.
– Ты поняла, о какой.
– Ах, да, о тебе и Свете! Тогда при чем тут я?
– Даша, я о нас!
– повышает он голос.
– О, как! Нас, - с нажимом произношу я,- нет уже больше двух лет, Дим.
– Я уже сказал, что был не прав. Я ошибался.
Встаю со стула и отхожу к окну. Совершенно не понимаю, что сейчас происходит. Мне даже кажется, что я оказалась в какой-то дешевой мелодраме. Еще одна сцена, и я услышу: «Стоп, снято!» Все исчезнет. Дима, цветы, его слова – все окажется частью сценария.
– Позволь мне просто быть рядом. Я буду помогать вам и …
«Нет, это не кино, все реально!» – проносится в моей голове.
Я разворачиваюсь лицом к Диме. Он не шутит. Более того, настроен решительно.
– Света об этом знает?
– припечатываю его фразой.
Интересно, как он будет выкручиваться?
Глава 11
Интересно, как он будет выкручиваться?
Дима морщится, словно я сказала ему какую-то гадость. Он перестает есть и опускает вилку на стол, но не может справиться с эмоциями, и получается слишком резко – настолько, что громкое звяканье упавшей вилки заставляет меня вздрогнуть.
– Мы расстались, - холодно произносит он наконец, но я чувствую, с какой болью и кровью ему даются эти слова.
Черт, а это неприятно!
Ему жаль отношений со Светочкой, но не было жаль нас, нашу семью, о которой он сейчас вспомнил.
Обида скребет острыми когтями где-то в груди. Побежал ли он два года назад к Светочке с таким же скорбным лицом плакаться о том, что жена хочет с ним развестись? Сомневаюсь. Разве что для того, чтобы обрадовать ее и отметить факт избавления от надоевших отношений.
Мне, правда, это интересно? Или это что-то другое?
Другое. Потому что то, что я испытываю - адская смесь горечи и удовольствия. В глубине души я радуюсь их ссоре. Вижу, как ему больно, и мне от этого хорошо. Да, это как-то неправильно, так нельзя, надо простить и пожалеть человека.
Человека - да, но это мой бывший муж.
Стыдно ли мне?
Нет.
Совсем не стыдно и не интересно, что у них случилось со Светой. Муж и жена… как там… одна сатана? Правильно говорят. Поссорились - помирятся, мое участие здесь не требуется.
Возвращаюсь за стол. Дима молчит, и брошенная вилка так и лежит в стороне. Присаживаюсь на край стула и медленно пододвигаю пальцами прибор к его руке. Смотрю на него, и память подкидывает воспоминания, от которых я была бы счастлива избавиться, но, увы, это невозможно. Наши с ним жизни навсегда связаны, мы будем вынуждены общаться, встречаться за праздничным столом и решать вопросы по воспитанию Алисы. Он всегда будет живым напоминанием о том, как я ошибалась в прошлом, как унижалась, пытаясь вернуть его.
Да, все это не вчера случилось, но я помню.
Помню, как полгода мучилась, догадываясь, что у него кто-то есть, и молчала. Терпела, старалась угодить. «Вот еще чуть-чуть, – думала я, – и он увидит, что я лучше, что только со мной он может быть счастлив». Старалась, чтобы он приходил в дом, где его ждет красивая жена, все чисто, а на кухне пахнет ужином.
Идеальная картинка идеальной семьи!
Я ведь, и правда, верила, что все, что я делаю, важно. Верила, пока не увидела своими глазами.