Чтение онлайн

Собственно, все вышесказанное – лишь повод для того, чтобы рассказать о новом романе уфимского писателя Эдуарда Байкова «Гнев». Романе, который сочетает в себе черты детектива и триллера.

«Гнев» – книга, необычная во многих отношениях. Роман четко делится на две части – в первой читателя ждет рассказ о противоборстве киллера, главного героя романа, с мафиозными группировками столицы, во второй наемный убийца берет на себя охоту за маньяком, терроризирующим жителей города.

Особую радость вызывает то, что книга написана на высоком профессиональном уровне – причем автор одинаково успешно показывает нам как детективную, так и лирическую линию сюжета книги. Столь же убедительно и «выпукло» показаны и герои романа – причем независимо от того, главный это персонаж или одно из многочисленных второстепенных лиц, в их реальность веришь сразу, окончательно и бесповоротно.

Главный герой книги, наемный убийца по прозвищу Маугли, при всех своих «суперменских» качествах похож на обычного человека из толпы – в том смысле, что он убедителен (как, повторюсь, и все герои «Гнева» – особенно на фоне безликих «картонных» персонажей современного «массового» детектива). Столь же убедительно и впечатляюще автор показывает борьбу Маугли со столичными криминальными авторитетами, демонстрируя при этом немалые познания в оружии, технике боя и прочих специфических областях.

Но, как кажется, наибольшую важность представляет (несмотря на ее краткость) вторая часть, в которой автор в полной мере показал, как происходит ломка сознания, в результате чего обычный, казалось бы, человек превращается в чудовище, одержимое жаждой убийства. Читатель погружается в таинственный и причудливый мир человеческого подсознания, которое оказывает огромное влияние на происходящие с человеком изменения. И этот призрачный мир тайных желаний и стремлений, диких, полуживотных страстей, оказывается гораздо страшнее всех опасностей мира, который нас окружает. В какой-то момент читатель понимает, что главная опасность для любого человека скрыта внутри него самого – потому что можно укрыться от любой внешней опасности, но скрыться от самого себя еще не удавалось никому.

Но все это выглядело бы странным, если бы автор просто напугал читателя. Впрочем, также странно было бы, окажись концовка «Гнева» типичным хэппи-эндом. Между тем несколько необычная, кое в чем даже парадоксальная, развязка романа логично вытекает из всего, что описано в книге. Надежда остается – и читатель понимает это после прочтения романа.

Конечно, кое-кто может сказать – а стоит ли так убедительно показывать Зло? Не опасно ли это? Не приведет ли это к чему-нибудь плохому? Думается, нет. Потому что главная цель «Гнева» – показать, как Зло рождается. И не просто показать, а еще и понять причины его появления. Автор не столько пугает нас, читателей, сколько предупреждает об опасности. А ведь все мы помним старую истину – «Кто предупрежден – тот вооружен»…

Раскритикованный в номере 5 газеты «Истоки» за свой роман «Гнев» уфимский писатель Эдуард Байков, как кажется, нуждается в оправдании и защите – коль темой начатой В. Хановым беседы стал криминальный роман, то будем руководствоваться известным принципом римского права, гласящим, что должна быть выслушана и другая сторона. Первым делом хотелось бы внести ясность в вопросы терминологии – а именно, указать на то, что отнесение В. Хановым романа «Гнев» к разряду детектива представляется несколько натянутым. Почему, спросите вы? А потому, что автор и не собирался писать детектив – свое произведение он отнес к разряду криминального романа. А значит, чисто детективные лекала здесь не при чем. Впрочем, криминальный роман не может не включать детективной интриги – а вот как раз она-то в романе присутствует. Странно выглядят и сетования на то, что автор, мол, походя нарушает всю стройную композицию классического детектива. Позвольте, но времена эркюлей пуаро, мисс марпл и прочих комиссаров мегрэ, которые распутывают дела «с чувством, с толком, с расстановкой», потягивая кофе или посасывая трубку, миновали давно и, думается, бесповоротно (к сожалению или к счастью – другой вопрос). Настало время эклектики, смешения – никого не удивить детективом с элементами мистики или фантастики.

Непонятно и то, почему история «перерождения» наемного убийцы названа неубедительной. Возможно, на взгляд, например, сотрудников милиции или прокуратуры, которые с такими персонами сталкиваются частенько, типаж Маугли действительно выглядит в чем-то неубедительно. Но для человека, от мира криминала далекого (а таковых, к счастью, большинство), то есть для обычного, рядового читателя, все выглядит весьма и весьма достоверно. Что же касается стремительности перерождения главного героя – рискну напомнить, что книга называется «Гнев», а не «Преступление и наказание», и было бы наивно рассчитывать увидеть под обложкой романа Э. Байкова описание рефлексий и самокопаний героя на 300–400 страницах.

А теперь перейдем к «плюсам». Прежде всего, бросается в глаза богатый словарный запас автора, благодаря чему в романе немало удачных описательных моментов, да и речь героев воспринимается «как живая» – что, отметим, в отечественных детективах встречается не так уж часто. Персонажи в романе выписаны достаточно правдоподобно, с претензией к глубинно-психологическому осмыслению. Киллер предстает реальным, глубоко отчаявшимся человеком – он творил немало зла, но еще не потерян для общества и, что тоже немаловажно, для самого себя. Основная идея: и в «грязи бытия» можно обнаружить незапятнанные места.

К числу несомненных достоинств можно отнести и то, что автором была предпринята попытка объяснить поведение преступника, серийного убийцы-маньяка – а по-настоящему удачные опыты такого постижения зла (вернее – Зла) в художественной литературе наперечет. И к числу таких удачных попыток, как кажется, можно отнести и «Гнев». Здесь надо действительно разбираться в вопросах глубиной психологии, психопатологии и психиатрии. На мой взгляд, повторюсь, Э. Байкову это удалось. И, как это может быть ни странно, количество жестокости, насилия и неприкрытых порносцен в романе вовсе не чрезмерно – всего этого в «Гневе» намного меньше, чем в большинстве современных романов.

Трогательные моменты в романе (хоть и не столь многочисленные, как того хотелось бы), проникнутые пафосом сентиментальности, лирики и романтизма, выгодно смягчают «высокоскоростной» ритм повествования и жесткий стиль изложения, а вовсе не характеризуют главного героя как слабака и «тряпку». Герой предстает разноплановой личностью, а не картонным манекеном, умеющим только нажимать на спусковой крючок пистолета, демонстрирует разные модели поведения – он беспощаден к врагам, но может выразить любовь к своей избраннице. Человек – это целая Вселенная, и во всех нас – всего понемножку.

Литературные журналы, сборники, альманахи всегда были особой категорией печатных изданий. Их «особость» заключается прежде всего в том, что именно благодаря таким изданиям начинающие писатели могут донести до читателя свои первые произведения, а читатель – открыть для себя имена новых авторов. Впрочем, известные авторы, активно сотрудничающие с издательствами, тоже вовсе не чураются альманахов и «толстых» журналов – ведь опубликовать, например, сборник рассказов в виде книги всегда было труднее, чем роман, зато рассказы и повести всегда можно было передать в литературный журнал. Не так давно одним подобным изданием стало больше – в Уфе вышел первый номер литературного альманаха «Универсум». Это издание имеет четко определенную тематическую направленность и посвящено фантастике.

Почему именно фантастика? Тому есть несколько причин. Во-первых, фантастика в настоящее время является одним из наиболее востребованных и популярных литературных направлений. А во-вторых, инициаторами создания альманаха и его издателями выступили члены творческой группы «Фантастика Башкортостана».

Скажем сразу – первый блин НЕ ВЫШЕЛ комом. И по своему оформлению, и, что самое важное, по содержанию журнал может дать фору даже столичным изданиям, таким как «Если» и «Звездная дорога». Немаловажно и то, что альманах избавлен от главного недостатка, присущего упомянутым изданиям, а именно, от публикаций рассказов повестей зарубежных авторов. И это правильно – зачем публиковать посредственные «импортные» произведения, если есть немало хороших «наших»?