Чтение онлайн

Он облизал губы и взглянул на нее.

– Госпожа... мы не нашли жизни... я потерял счет планетам, а жизни мы не нашли... Почему ты думаешь, что на вашей прародине все обстоит иначе?

Ее лицо сделалось непроницаемым.

– Кел'ен, ты увидел что-то, что заставляет тебя думать иначе?

– Я увидел достаточно... чтобы понять, что я не могу вмешаться в управление этого корабля. Госпожа, когда эта лента закончится, на ней может не остаться курсовых данных.

Янтарные глаза мигнули. Мелеин сидела спокойно, обхватив руками колени.

– Ты собирался покинуть нас?

– Нам не удастся изменить курс. У нас нет выбора, госпожа.

– У нас никогда его не было.

Он задержал дыхание, вытер со щеки струйку холодного пота и вздохнул. Мелеин была абсолютно спокойна и бесстрастна: Шон'ай... вызов брошен, для них - с рождения. Как Ньюн со своим оружием.

– Госпожа, - сказал он тихо, - ты давала имя каждой планете, мимо которой мы летели. Ты знаешь, сколько их нам еще предстоит увидеть?

Она кивнула, как было принято у ее Народа, склонив голову влево. Прежде чем мы достигнем родины, - проговорила она, - будут Млара, и Шэй, и Хла, и Сэй'эй-ноу-клай'ай.

– Четыре, - пробормотал он, ошеломленный внезапным известием о том, что конец близок.
– Ты говорила ему?..

– Я говорила ему.
– Она наклонилась вперед, руки сплелись на укутанных белом коленях.
– Кел Дункан, твои корабли придут. Они идут.

– Да.

– Ты выбрал, кому служить.

– Да, - сказал он.
– Народу, госпожа.
– И, поскольку она все еще вглядывалась в него, опасаясь его предательства: - У них, госпожа, так много кел'ейнов, что потеря одного ничего не значит. У Народа же - всего один... со мной - два. В моем лице человечество не потеряет одного кел'ена.

Глаза Мелеин до боли всматривались в него.

– Твоя математика безупречна, кел Дункан.

– Госпожа...
– тихо пробормотал он, признательный ей за похвалу.

Она поднялась и ушла.

Передав корабль ему.

Какое-то время он сидел неподвижно, получив все, чего добивался; и эта ноша вдруг показалась ему непосильной. Теперь, даже захоти он предать их, - подумал Стэн, - он не сможет этого сделать; он никогда не сможет повторить то, что сделал тогда, на Кесрит, спасая их жизнь...

Дунканом двигал эгоизм, а не любовь... сейчас и в будущем. Он слишком хорошо знал мри, чтобы поверить, что это пойдет им на пользу.

Он просмотрел банки данных, укрывавшие свои страшные тайны, закрытые для него программы; скорее всего, блокирование началось с момента, когда Стэн нарушил приказы и раньше времени запустил курсовую ленту.

А, может, - как и прежде бывало с ПлаРами, - с самого начала было решено, что "Фокс" может вернуться лишь вместе с "Сабером".

Существовал пан'ен и запись в нем; но тягаться с огневой мощью "Сабера" "Фоксу" было невозможно... и, скорее всего, когда лента закончится, навигационный компьютер взорвется, уничтожив корабль.

Он вновь вернулся к пульту, снова и снова терпеливо стуча по клавишам, снова и снова получая в ответ "Информация отсутствует" и "Засекречено".

И наконец, оставив попытки, Стэн поднялся, рассеянно потянувшись к дусу, который тоскливо жался к нему, чувствуя огорчение хозяина и стараясь отвлечь его.

Четыре планеты.

День, а может - больше месяца: интервалы между прыжками были неравными.

Конец путешествия неожиданно показался очень близким.

16

Млара, и Шэй, и Хла, и Сэй'эй-ноу-клай'ай.

Ньюн наблюдал, как они проносятся мимо, безжизненные, и даже его хмурый вид не мог скрыть возбуждения в крови.

Они прыгнули снова, и чуть позже полудня по корабельному времени в центре экрана появилась новая звезда.

– Это дом, - негромко сказала Мелеин, когда они пришли в холл госпожи, чтобы взглянуть на нее вместе с ней.
– Это Солнце.

На хол'эйри - Нэй'ай'ин.

Ньюн взглянул на пятнышко света, которое с внешней границы системы, где они находились, казалось меньше булавочного укола, и в отчаянии подумал, какой долгий путь им еще предстоит. Нэй'ай'ин. Солнце.

И Планета, что звалась Кутат.

– С вашего разрешения, - пробормотал Дункан, - ...я лучше займусь управлением.

Они все, даже дусы, направились в рубку управления.

И было что-то зловещее в погруженной во тьму прежде самой активной секции пульта управления. Дункан на мгновение замер, глядя на это, потом уселся за пульт и привел все в готовность, не тронув лишь приведенной в негодность секции.

Покинув госпожу, Ньюн встал у пульта справа от Дункана: мри знал о приборах очень мало, лишь то, что показал ему Стэн - но даже его знаний было достаточно, чтобы убедиться, что что-то произошло.

– Навигационного компьютера больше нет, - сказал Дункан.

– Ты можешь привести нас, - уверенно проговорил Ньюн.

Дункан кивнул. Его руки летали по клавишам, и изображения на экранах сменялись, выстраивая причудливые модели вокруг точки, что была Нэй'ай'ин.

– Мы на курсе, - сказал он наконец.
– Просто навигации по звездам больше не для нас.

Но это уже не имело значения. Госпожа давным-давно вернулась в свои покои, а Ньюн по-прежнему стоял рядом с Дунканом, который сидел в кресле, отделенный от мри консолью, наблюдая за действиями Стэна.

Прошло пять дней, прежде чем появилась Кутат, третья планета от Нэй'ай'ин... Кутат. Дункан вел корабль, проводя в рубке управления больше времени, чем требовал здравый смысл: он даже ел здесь, выходя в холл келов лишь для того, чтобы умыться и немного поспать, когда на корабле наступала ночь. Но еще до того, как ночь подходила к концу, он в тревоге спешил обратно, и Ньюн знал, где отыскать его.

Его присутствие за пультом управления вовсе не требовалось.

Не было сигналов тревоги, ничего.

Ньюн с возрастающим отчаянием начал думать, что здесь их ждет та же самая картина, как и на предыдущих планетах. И у Мелеин, и у Дункана было, конечно, собственное мнение об этой непрекращающейся тишине, и никто не высказывал его вслух.

Никаких кораблей.

Никакой реакции.

На шестой день первые четкие картины планеты заполнили экраны, и Мелеин приходила в рубку, чтобы взглянуть на них. Рука Ньюна в безмолвном предположении ложилась на ее руку.

Планета была багряной и безжизненной.