Чтение онлайн

— Мы не хотим снова быть изолированными. Ни один из нас этого не хочет. Так что мы определенно будем много приезжать.

Больше нечего говорить, и все мои вещи упакованы. Так что я обнимаю Фэйт и Анну, и они обе провожают меня до крыльца.

Кэл подогнал грузовик. Мой мотоцикл и кур он уже погрузил в кузов, и он подходит к ступеням, чтобы забрать у меня мои вещи.

Мы прощаемся, и меня охватывают неожиданные эмоции, пока он направляет машину по знакомой дороге к воротам. Там Джексон, и он выкрикивает дружелюбное приветствие, пока мы машем и проезжаем мимо.

Кэл ведет машину, пока ферма не скрывается из виду, затем сворачивает на обочину и паркует грузовик.

— Ты все еще хочешь сделать это, малышка?

— Да! Хочу. Обещаю. У меня ни капельки сомнений. Просто… не знаю… наверное, я буду по всем скучать.

Он тянется и обхватывает руками мое лицо.

— Мы будем ездить повидаться с ними, когда захотим. Мы больше не будем одни. Не в этот раз. Я тоже этого не хочу.

— Знаю.

— И если мы решим, что нам не нравится (или кому-то одному из нас не понравится), то мы можем вернуться в любой момент. Я поговорил с Джексоном. Он сказал, что нам рады в любой момент.

— Знаю. Фэйт сказала то же самое.

Кэл всматривается в мое лицо.

— Значит, можно ехать домой?

— Да. Хорошо. Именно этого я и хочу.

Он наклоняется полностью и мягко целует меня.

— Ладно, малышка. Тогда поехали домой.

Эпилог

Пять месяцев спустя

Я опускаю руку, чтобы положить ладонь на крышу кабины пикапа и держаться, пока мы прыгаем по кочкам. Мак едет не очень быстро, но дороги с годами становятся все хуже. На этой столько выбоин, что Мак в итоге съезжает с асфальта и едет по сорнякам и траве рядом, поскольку так получается комфортнее.

Мы теперь вернулись в свой регион Кентукки, но с утра находимся в дороге, возвращаемся после сопровождения переезжавшей группы. За всю дорогу мы не видели других машин, не считая группы на старых велосипедах. Иногда встречаются пешие путники, но в остальном дороги теперь почти пустуют.

Доступное топливо почти закончилось. У нас до сих пор есть резервы в Новой Гавани и в бункерном сообществе. Но большинство городов и поселений уже не имеет топлива для транспорта.

Еще через год, наверное, его не останется и у нас.

И это не конец света, поскольку многие старые дороги практически непригодны для передвижения.

Я оборачиваюсь через плечо на Кэла, который едет со мной в кузове пикапа. Мы перестали использовать мотоцикл для охраны периметра при путешествии, поскольку не хотим тратить лишний бензин.

Когда наш бензин закончится, нам с Кэлом, возможно, придется переехать с горы, но это решение мы примем позднее.

Может, нам повезет, и где-нибудь отыщется хороший запас.

— Давай, садись, — говорит Кэл, явно заметив, как нетвердо я держусь на ногах, хотя он даже не повернул головы. — Тут все хорошо.

Я подчиняюсь, потому что я устала от тряски. Эти три дня были долгими, и я вымоталась. Я рада очутиться дома.

Кэл по-прежнему стоит, широко расставив ноги для лучшего равновесия. Его глаза постоянно сканируют окрестности и ищут угрозы.

Мы не встречались с враждебными личностями в этом регионе с тех пор, как разделались с теми Волчьими Стаями, которые больше года назад взяли бункер в осаду. Пусть вероятность всегда существует, и глупо слишком ослаблять бдительность, мы здесь по сути в безопасности. Но поиск угроз — это вторая натура для Кэла. Он наверняка никогда не перестанет.

Я весьма сентиментально улыбаюсь, наблюдая за ним. Почти наступила зима, воздух холодный, но у него все равно мокрое пятно от пота на спине, пропитавшего рубашку. Его джинсы пора отправить на покой. Со своего места я вижу две разные дырки, а пояс настолько поношенный и растянутый, что джинсы едва держатся на бедрах. Пора подровнять его волосы и бороду. В каштановых прядях появилось еще больше заметной седины, чем в прошлом году, но это не делает его солидным, как бывает с некоторыми мужчинами.

Это заставляет его выглядеть еще грубее и брутальнее.

— Ты там отвлекаешься, малышка?

Я давлюсь удивленным смешком.

— Нет, конечно.

— Такое чувство, будто на меня пялятся.

— С чего бы мне на тебя пялиться?

Он бросает на меня теплый красноречивый взгляд.

— Вот не надо самодовольства. Ты не настолько горяч.

Издав хрюкающий смешок, он снова сканирует наш периметр, а я заставляю себя быть лапочкой и развернуться, чтобы тоже быть настороже.

В оставшиеся пятнадцать минут все хорошо, а потом мы добираемся до бункера.

За последний год они проделали поразительный объем работы. Теперь они воздвигли стену, за которой находится деревня из домов и общественных зданий, окружающая вход в подземный бункер. У них также имеется расширяющаяся ферма. Они еще не скоро будут такими продуктивными, как Новая Гавань, но они добиваются прогресса.

Нас пропускают через ворота, и Мак едет прямиком в старый гараж бункера. Автомобилям не разрешено ездить по узким улочкам деревни, так что он может поехать только туда.

Он с улыбкой выходит из машины, а Кэл помогает мне выбраться из кузова пикапа.

— Вы на какое-то время останетесь здесь?

Иногда мы так делаем. Это ощущается как поездка в отпуск, потому что у них есть горячий душ, кинотеатр и бассейн в бункера. Какое-то время они думали, что придется закрыть бассейн, раз у них закончились химикаты для очистки воды, но потом Мак и Грант нашли большой их запас в заброшенном отеле, и теперь бассейном до сих пор пользуются.

Но Кэлу не терпелось вернуться домой, так что мы направимся туда сразу же, как только поздороваемся с ребятами и дойдем до своего грузовика.

— Не в этот раз, — говорю я. — Мы готовы вернуться.

— Что ж, спасибо, что съездили со мной, — Мак хлопает Кэла по плечу и дарит мне крепкое медвежье объятие. — Знаете, о чем я подумал? Что нам очень нужно найти?

— И что же? — я думала, что мы живем весьма неплохо. Мы организовали процветающие сообщества, и нам удается заботиться друг о друге. Так что мне любопытно, о чем он думает.

— Коровы. Ни одной не видел со второго года после Падения. Но должны же они где-то остаться.