Чтение онлайн

– Отлично. – Фокс взял шляпу, пальто и опять обратился к ней: – И еще кое-что. Если вы расскажете обо всем этом в полиции, то мисс Дункан, скорее всего, обвинят в убийстве и бросят за решетку. По крайней мере, ей придется совсем несладко. Поступайте как знаете. Надеюсь, вы сумеете пару дней держать язык за зубами, но решать только вам. Что скажете?

– Ну, я… – Мисс Мерфи совершенно смешалась и была слегка напугана. – Я бы не хотела… А они могут… Если я ничего не скажу, а они все-таки узнают, меня могут арестовать?

– Нет, – уверенно ответил Коллинз.

Фокс ободряюще улыбнулся:

– Он хороший адвокат, мисс Мерфи. Если вы дадите мне время, чтобы исправить положение, скажем пару дней, буду вам очень благодарен. Где тебя можно будет найти, Нат, если ты мне сегодня понадобишься?

Коллинз ответил, что собирается в театр «Черчилль», а затем в клуб «Фламинго», и Фокс ушел.

Он зашагал на север по Мэдисон-авеню, затем свернул на Сорок первую улицу, где минувшим утром поставил в гараж автомобиль. Если кто-то из друзей или коллег, хорошо знавших Фокса, увидел бы сейчас его лицо, то вряд ли осмелился бы остановить детектива, чтобы перекинуться с ним словечком.

Собственно, не стоило и пытаться: говорить с человеком, который ничего и никого вокруг не замечает, бесполезно. Служитель гаража, почувствовав, что клиент глубоко погружен в размышления, выбежал на улицу впереди автомобиля, чтобы Фокс, выезжая, по рассеянности никого не задавил.

Однако, ощутив под рукой руль, Фокс автоматически заставил себя сконцентрироваться и отбросить лишние мысли, как это бывает с любым хорошим водителем, и, несмотря на полный разброд в голове, прибыл к месту назначения, на Двадцать третью улицу, даже не поцарапав бампер.

Здание, перед которым он остановился, выглядело не слишком современно, но изо всех сил напускало на себя респектабельный вид; в подъезде было чисто; отполированные латунные дверцы почтовых ящиков сияли, включая тот, на котором красовалась табличка с надписью: «Йейтс». Фокс нажал на кнопку возле таблички.

Лестничные клетки были прибраны и хорошо освещены. Этажом выше Фокс снова нажал на кнопку, и дверь ему открыла сама мисс Йейтс.

– О! – вырвалось у нее.

Фокс извинился за неожиданный визит и попросил позволения войти. Ему не слишком радушно, но, впрочем, и без раздражения было предложено снять пальто и шляпу, оставить их на вешалке в прихожей и пройти в большую комфортабельную комнату. Мебели в ней, пожалуй, было многовато, однако складывалось впечатление, что хозяйка вполне довольна обстановкой.

Гостю указали на стул. Сама мисс Йейтс присела на краешек мягкого дивана, точно это была жесткая деревянная скамья, и с ходу заявила:

– Если вы думаете, что сегодня днем вам удалось кого-нибудь одурачить, то напрасно. Артур Тингли говорил мне, что не доверяет вам. И я тоже вам не доверяю.

– Тогда мы квиты, – в тон ей ответил Фокс. – Я, признаться, тоже не питаю к вам особого доверия. Судя по всему, и сам Тингли не был склонен слепо верить вам, коль скоро приказал Кэрри и Эдне проверять вас.

Мисс Йейтс пробормотала что-то нечленораздельное. Мускулы на ее лице напряглись, но выражение, появившееся в глазах, никоим образом нельзя было принять за испуг. Она произнесла:

– Так Кэрри… – и тут же осеклась.

Фокс просто кивнул.

– Очень хорошо. – Она облизала пересохшие губы. – И что же?

– А вот что, мисс Йейтс. Во-первых, вы вели себя весьма странно. Это правда, что во вторник, в восемь часов вечера, вы говорили с Тингли по телефону?

– Да.

– Вы совершенно уверены, что это был его голос?

– Совершенно. И то, что он говорил… Ошибки быть не могло.

– Тогда почему… Я не спрашиваю, почему вы не поделились со мной, ведь вы и не обязаны, если не хотите… Но полиции-то вы рассказали?

– Нет.

– Почему?

Она в упор посмотрела на него.

– Почему? – настойчиво повторил Фокс. – Вы достаточно умны, чтобы понимать, что эта информация не просто важна – она имеет решающее значение для раскрытия убийства! Вы что, намерены мешать расследованию?

Глаза мисс Йейтс были по-прежнему устремлены на него.

– Вы только что сказали, – невозмутимо произнесла она, – что я не обязана ничем делиться с вами, если не хочу. Но я не дура и отлично понимаю, что упираться бессмысленно, теперь, когда Кэрри… – Она стиснула зубы, но через мгновение продолжила: – Вы спрашиваете, намерена ли я мешать расследованию? Мне на него совершенно наплевать.

– Вам наплевать, отыщут ли того, кто убил Тингли?.. Кто оглушил его, а затем полоснул по горлу?

– Ну… Не совсем. Полагаю, любой нормальный человек не хочет, чтобы убийца ушел от возмездия. Но мне было ясно, что если я расскажу об этом телефонном звонке, то придется рассказывать и обо всем прочем. А у меня, как у любого человека, есть гордость. В моей жизни есть только один повод для гордости – работа. Работа и фирма, которой я отдала всю жизнь… А последние двадцать лет именно от меня зависели ее успехи. Об этом знают все мои друзья и знакомые… но главное, об этом знаю я сама. И когда Кэрри… Когда я узнала, что Тингли заподозрил и меня, заставив мою же подчиненную за мной шпионить… – В ее глазах вспыхнули и тут же погасли огоньки. – Я и сама могла бы его прикончить. Да, могла бы. Я бы поехала туда, если бы не Синтия Харли…

– Но вы не поехали.

– Да, – с горечью ответила она, – не поехала.

– А про звонок не стали рассказывать потому, что желали скрыть, что Тингли приказал вашим подчиненным присматривать за вами?

– Да. А позже появилась еще одна причина. Выяснилось, что Эми получила удар по голове и валялась там без чувств. Я была в недоумении, да и сейчас ничего не понимаю и все же не верю, что она могла убить дядю или была как-то в этом замешана. Я сообразила: если станет известно, что в восемь он был еще жив, то ей придется туго. Вот вам и вторая причина. Но не главная.

– Тем не менее существовала еще одна, куда более веская причина, отчего вам следовало рассказать о звонке. Разве нет?

– Не понимаю.

– Ваше собственное положение. Вы, конечно, сознаете, что до сих пор на подозрении у полиции? У вас нет алиби на тот период, который они считают ключевым. Не очень-то приятно быть подозреваемой в убийстве. Если бы вы рассказали про звонок…

Мисс Йейтс фыркнула:

– Пускай подозревают. В конце концов, если бы меня действительно заподозрили, что толку рассказывать им про звонок? Кроме меня, никто не слышал голоса Артура Тингли – они легко могли бы заявить, что я лгу.

– Наверное, могли бы, – согласился Фокс, окинув ее мрачным взглядом. – Позвольте вам сообщить, что в настоящий момент в мои планы не входит информировать об этом полицию. Думаю, что и Кэрри Мерфи последует моему примеру. Во всяком случае, пока. А как насчет вас?

– Зачем ставить их в известность теперь, раз я не сделала этого раньше? Если они каким-то образом выяснят это и явятся ко мне… Я все равно не доверяю ни вам, ни Кэрри…

– Я вас не виню. – Фокс встал. – Сегодня я и сам себе не доверяю. Сердцем все чувствую, а вот голова отказывается соображать. Большое вам спасибо. Не провожайте меня.