Чтение онлайн

— Мама! Мама! — Я обнимаю ее. — Ему еще не пришло время умирать.

— Только Бог знает, когда мы должны уйти. И Он сказал мне, что сегодня день этого панка!

Даррел вздрагивает, но стоит на своем. Впечатляет. Это мужество заслуживает поцелуя. Если он переживет этот день, конечно. Я не собираюсь целовать труп.

— Сунита. — Мама перестает сопротивляться. Я отпускаю ее, все еще не спуская с нее глаз. Ссутулив плечи, она вздергивает нос, как бык, и свирепо смотрит на меня. — Объясни.

— Мама, Даррел — шурин Алистера. Помнишь Алистера? Жениха Кении?

— Да, я его знаю.

— Он… мы… это… — Я бросаю на Даррела испуганный взгляд.

— Мне все равно, что это такое. — Мама указывает на Даррела. — Скажи мне. Это тот человек, о котором ты говорила? Тот, кто бросает тебе вызов? — Ее глаза расширяются. — Тот, у которого двое детей?

— Они… эм… да. — Я съеживаюсь.

Мама хлопает себя ладонью по лбу и стонет. — Ай-яй.

— Они действительно особенные мальчики, мама. Их зовут Бейли и Майкл. Ты не поверишь, какие они умные. Я…

— Хватит. — Мама поднимает руку.

Я еще раз обмениваюсь взглядом с Даррелом.

Он делает шаг вперед. — Миссис Кетцаль, я давно знаю Санни и могу заверить вас, что чувства, которые я испытываю к ней, никогда не исчезнут. Я буду бережно относиться к вашей дочери и буду любить ее всю оставшуюся жизнь. Это обещание.

Мама усмехается и отводит взгляд. — Ты думаешь, обещание что-нибудь значит?

— Я знаю, что мы только что встретились, мэм. Но раз я даю обещание, я выполняю его, несмотря ни на что.

— Моя дочь не будет встречаться с мужчиной, у которого двое детей. У нее вся жизнь впереди. Но у тебя? Ты видишь ее темную кожу, глаза майя и нос майя и думаешь, что ею можно помыкать. Кто-то, кого ты можешь превратить в свою проститутку и няню.

Даррел качает головой. — Мэм, я не думаю, что есть хоть одна живая душа, которая может помыкать Санни.

Мама издает еще одно раздраженное ворчание.

— Она мне дороже, чем вы можете себе представить. — Даррел смотрит на меня с нежностью в глазах. — Она самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал. — Он возвращает свое внимание к маме. — Я действительно не знаю вашей культуры, но я уважаю ее. Я уважаю Санни. Она… мы с мальчиками не просто хотим ее. Она нужна нам. — Его голос становится грубым. — Она — семья.

Я бросаю сердитый взгляд в сторону Даррела.

Мама замолкает. — Я увидела достаточно.

— Подожди. Мам, куда ты идешь? — Я следую за ней, когда она направляется к двери.

— Я собираюсь притвориться, что этого разговора никогда не было. — Она указывает на меня и Даррела.

— Игнорирование этого не изменит фактов, мама.

— Хорошо. Делай по-своему. Встречайся с этим мужчиной сколько хочешь. — Ее глаза темнеют. — Но когда придет время выходить замуж, ты должна выйти замуж за мужчину майя.

ГЛАВА 14

ЧУТЬ НЕ УБИЛИ НА ДОРОГЕ

ДАРРЕЛ

— Это не повредило кожу, — шепчет Санни мне в спину. Она открывает аптечку и достает из нее мазь. — Но она очень красная и… — Она прикасается к моей коже, и я вздрагиваю, — чувствительная к прикосновению.

— Твоя мама на удивление сильная. — Мои слова приглушены подушкой на диване Санни. После того, как миссис Кетцаль обвинила меня в том, что я взломщик, ударила меня по спине буквой закона, а затем объяснила — в недвусмысленных выражениях, — что я не должен долго думать о ее дочери, она выбежала вон.

В последовавшей тишине Санни чопорно исчезла в своей спальне, вернулась с аптечкой первой помощи и велела мне лечь на живот.

Теперь я нюхаю ее духи, застрявшие в голубой подушке с оборками, и разглядываю линейку, которая, вероятно, оставила на мне неизгладимый след. Она лежит на полу, все еще длинная и деревянная. Я удивлен, что эта штука не сломалась пополам со всей силой, которую использовала миссис Кетцаль.

— Мне так жаль. — Санни выдавливает бальзам на кончики своих смуглых пальцев.

— Не извиняйся. Мне следовало спрятаться получше или выйти через заднюю дверь. — В тот момент, когда Санни жестом показывала мне, чтобы я убирался с глаз долой, я обнаружил два потенциальных укрытия — это был либо диван, либо прозрачные белые занавески.

Поскольку я крупный парень и, к сожалению, не умею маскироваться, занавески не подошли. Но с диваном тоже не получилось. Может быть, было бы лучше, если бы я выпрыгнул из окна и попытал счастья тремя этажами ниже. Вероятно, было бы не так больно, как от жестокой порки миссис Кетцаль.

— Нет, мне жаль, что тебе вообще пришлось прятаться. — Санни нежно проводит пальцами по моей поврежденной коже. Это приятно, но и немного покалывает. Я сжимаю челюсти, чтобы не разреветься, как ребенок.

— Я понимаю.

— Какая часть этого понятна?

— Твоя мама хочет для тебя самого лучшего.

— Ты очень добр. Мама хочет только лучшего для нашего сообщества.

— Община майя?

Она кивает. — Я думаю, она чувствует вину за то, что покинула деревню и приехала в Америку. — Ее прикосновения нежны, как шепот. Похожи на крылья бабочки. Это успокаивает и согревает. — Повзрослев, она превратила наш дом в мини-Белиз. Мы отмечали каждый праздник в Белизе так, словно получали за это награду гражданина. И если где-нибудь по соседству с нами были дети майя, она навязывала их мне и заставляла нас дружить.

— Твоя мама действует только в соответствии с тем, на что запрограммирован ее мозг.

— Не оправдывай ее поведение своей наукой о мозге, Даррел, или, клянусь, я схвачу линейку и отшлепаю тебя снова.

Я поворачиваю голову в другую сторону, чтобы посмотреть на нее. — Это что, обычай майя?

— Угрозы?

— Нападение на людей с измерительным оборудованием.

Она фыркает. — Прекрасно. Расскажи мне о своей науке о мозге.

— Хочешь послушать?

— Ты собираешься сказать мне, согласна я или нет.

Я вжимаю руки в подушку. — Миндалина — это компонент лимбической системы головного мозга…

— Поехали.

— Он контролирует наши эмоции, восприятие угроз и страхов…

— Вау. — Санни убирает руки с моей спины.

— … Возможно, когда твоя мама видит кого-то, кто может представлять угрозу для ее культуры или сообщества, миндалина вырабатывает более мощный электрический заряд…

Она закрывает бальзам и кладет его обратно в аптечку. — Мне это так интересно.

— … это могло бы объяснить, почему у нее инстинктивная негативная реакция на тот факт, что я без ума от тебя.