Чтение онлайн

– О скряге пока забываем… – потребовал я и вернул ее из неприятного прошлого в нормальное настоящее: – Эту усадьбу мне подарили сравнительно недавно. В ней есть прекрасно оборудованные теплицы, не использовавшиеся почти два года. И я бы хотел их запустить. Чтобы хотя бы к концу зимы у нас на столе появились свои свежие фрукты, овощи и ягоды.

Возьметесь?

– Да!!! – как-то уж очень эмоционально выдохнула она, покраснела и исправилась: – С превеликим удовольствием…

– А теперь вдумайтесь вот во что… – спокойно продолжил я, «не обратив внимания» на эту вспышку. – Бардак, начавшийся из-за прихода магии, может закончиться чем угодно, включая мировую войну. А любая напряженность вызывает сумасшедший рост цен на все и вся. Поэтому ваша первостепенная задача – максимально быстро составить список всего того, что необходимо для запуска и функционирования тепличного хозяйства в течение пары лет. Чтобы я смог это приобрести в ближайшие недели.

Она заявила, что не подведет, и я продолжил в том же духе:

– Две следующие задачи напрямую связаны с магией: мы поможем вам «взять» еще две стихии – Воздух и Воду – а вы, обретя полноценный Дар , упретесь не только в исследование своей Природы, но и в боевую подготовку. Кстати, на мой взгляд, в данный момент времени последняя в разы нужнее, чем исследования: даже если вселенский бардак не закончится войной всех против всех, сюда, в область с самым плотным магофоном на планете, будут ломиться все кому не лень. И отнюдь не с цветами. Кроме того, в нашей тайге уже появилось мутировавшее зверье, оперирующее магией, и встречаться с ним, не умея ровным счетом ничего, мягко выражаясь, небезопасно.

Красовская поежилась, но дала достойный ответ:

– Олег Леонидович, вы говорите – а я делаю.

Я коротко кивнул и закончил «накачку»:

– И последняя, четвертая задача на ближайшие дни – найти общий язык со всеми остальными обитателями поместья. Кстати, я ненавижу интриги, склоки, сплетни, зависть, лицемерие, лесть и тому подобную грязь, поэтому требую, чтобы мои люди всегда и во всем руководствовались следующими принципами: «Каждый делает ВСЕ, что может» и «Относитесь к другим так, как хотели бы, чтобы относились к вам». Вас это устраивает?

– Да, Олег Леонидович! – твердо сказала она.

– Что ж, тогда ловите файлы с контрактом и подпиской о неразглашении. Условия, описанные в первом, будут пересмотрены через месяц. В том случае, если вы докажете, что нужны, и примете предложение уйти под мою руку на всю оставшуюся жизнь. Вторая – отнюдь не блажь: вас будут гонять по моим личным наработкам, и мне бы очень не хотелось, чтобы они разошлись по всей Империи.

Следующие несколько минут Наталья вдумчиво изучала оба документа. Потом заявила, что на прежнем месте работы получала почти втрое меньше, спросила, почему я не учел деньги, потраченные на перелеты и приобретение одежды, выслушала ответ, на несколько мгновений ушла в себя и решительно поставила электронные подписи. Затем прислала файлы мне, увидела на моем лице недобрую улыбку и побледнела.

А зря:

– Наталья, включите, пожалуйста, телефон, наберите хозяина доходного дома и дайте мне с ним поговорить…

27 сентября 996 г. от ВР.

…С хозяином доходного дома и «Скрягой» я разобрался от силы минут за тридцать пять. И добился всего, чего хотел: первый клятвенно пообещал «немедленно вызвать» специалистов какой-нибудь логистической компании, помочь им упаковать все личные вещи Красовской в контейнер и оплатить его доставку до моего родового поместья, а второму настолько не понравилась перспектива отвечать перед Законом за торговлю подданными Императора, что бедняга перевел Наталье не только деньги, честно заработанные ею за неполный месяц, но и солидную «премию». После чего заявил, что не имеет к женщине никаких претензий.

Решать проблему с Кологривовыми в три ночи по времени Владимира было бы редкой глупостью, поэтому я посоветовал «беглянке» снова вырубить телефон, вызвал к себе Жарову и толкнул небольшую речь:

– Мария Тарасовна, Наталья Георгиевна – мой агроном в статусе, равном вашему. Только вы несете ответственность за жилую часть усадьбы, а она – за тепличное хозяйство и все, что с ним связано. Далее, моя матушка выделила Наталье Георгиевне покои, расположенные под покоями Анны Филипповны, поэтому проводите девушку туда, поселите и поставьте на довольствие, а после завтрака поручите Вале или Варе провести Наталье Георгиевне экскурсию по моим владениям. И последнее: во второй половине дня лично представьте Наталью Георгиевну подругам, изъявившим желание работать в тепличном хозяйстве, и помогите найти с ними общий язык.

– Как я понимаю, Наталья Георгиевна должна питаться вместе со мной и командирами смен?

Я подтвердил. И добавил:

– Да, чуть не забыл: попросите мужа выдать Наталье Георгиевне рацию и научить ею пользоваться.

Жарова взяла под козырек и увела Красовскую, а я посмотрел на часы, набрал матушку и сообщил, что до прибытия очередной партии «пациентов» осталось всего ничего. И ведь как в воду глядел: борт прибыл на четверть часа раньше, чем обещал Ремезов, да и егеря не тупили, так что нам пришлось чуть-чуть ускориться. Впрочем, никто не стенал: мы спустились в «операционную», в привычном режиме «погасили» ядра первой пятерке «доноров» и сделали перерыв. Я влил энергию, полученную на халяву, в кластеры, ответственные за покров , скинул взгляд в себя , уставился на родительницу и минуты через полторы расплылся в счастливой улыбке: ее, наконец, подняло на четвертый уровень развития!

Следующие три порции энергии я вложил в туман , разряд и рывок , Аня вбухала две трети в лечение, а одну – в покров , а матушка «разогнала» разряд и регенерацию . Потом эта парочка ускакала лечить и лечиться, а я прогулялся по коридору, вышел из дома через заднюю дверь, с наслаждением потянулся и «сонно» поплелся к вертушке, продолжавшей молотить винтами. По дороге дал команду егерям начинать выносить тушки эдак минут через шесть-семь, добрался до винтокрылой машины, заглянул в десантный отсек, поздоровался с врачами и вояками сопровождения, в очередной раз пожал руку замотанному Ремезову и вопросительно мотнул головой, оценив нестандартную яркость улыбки, внезапно появившейся на его лице:

– Случилось что-то хорошее?

– Можно сказать и так… – весело ухмыльнулся прокурорский, переслал мне какой-то файл и посоветовал прочитать название документа.

Я, естественно, послушался. И тоже заулыбался. Почему? Да потому, что Анатолий Игоревич выполнил обещание и продавил пожалование Анне Филипповне личного дворянства!

– Приятные сюрпризы случаются… – вполголоса заявил Петр Романович и попросил поздравить «ее» от его имени. А потом посерьезнел, взял меня под руку, отвел подальше от вертолета и поделился информацией «не для всех»: – Дознаватели раскололи Полякова и показали государю видеозапись монолога, в котором генерал описывал продуманный план смены правящей династии. Виктор Константинович вышел из себя и приказал покарать заговорщиков по всей строгости Закона. Затем позвонил Анатолию Игоревичу и распорядился лишить Дара всех, кто отметился хотя бы в одном противоправном действе. Так что ориентировочно через полчаса к вам прилетит еще один вертолет. Со вторым постоянным сопровождающим. Он тоже из наших, прокурорских, и не болтлив. А все остальное вам расскажет мой начальник – он собирался к вам вырваться в районе полудня, чтобы извиниться за одностороннее изменение договоренностей и хоть немного отдохнуть от безумной нервотрепки.

– Буду ждать… – буркнул я и спросил, взяли ли двух «бегунков».

Ремезов отрицательно помотал головой:

– Нет. Несмотря на то, что над тайгой постоянно барражирует двадцать вертолетов с биосканерами…

– Неприятно, однако… – вздохнул я и попал в точку:

– Не то слово.

– Что ж, будем надеяться, что возьмете… – заявил я и перешел к делу: – Петр Романович, вы не вернете одного из вчерашних пассажиров в Белоярск?

– Помогли инициироваться в три стихии? – поинтересовался он.

Я утвердительно кивнул:

– Да. В обмен на срочную доставку без пяти минут личного агронома из Владимира…

…Паранойя, включившаяся во время разговора о семейном положении Голицына, оправдала себя через считанные минуты после взлета вертушки «номер два». Нет, дроны, безостановочно летавшие над северными и северо-западными подступами к моим владениям, не заметили ровным счетом ничего. Зато сработали самые обычные механические ловушки, которые не ловили, не травмировали и не запускали в воздух сигнальные мины, а на долю секунды врубали микропередатчики. Вот я и поднял по тревоге весь личный состав СБ. «Городских» оставил охранять усадьбу, а сам вместе с егерями ушел в лес и перекрыл два самых алогичных вектора подхода.