Чтение онлайн

– Андре-е-ей, - голос сорвался, перейдя на стон, когда мужчина потянул пальцами и без того ноющий сосок.

– Я хочу почувствовать тебя, - прошептал он, прикусив мочку уха.

– Да-а-а, - заведя ладонь за спину, я обхватила твёрдый ствол, так что руки мужчины дрогнули.
– Скорее, - пальцы сжались в кольцо вокруг мужского члена.

Но и мои руки задрожали, стоило Андрею погладить меня между ног. Сильные пальцы раздвинули нежную плоть, нашли самый чувствительный островок и стали гладить его, описывая круги, пока у меня в ушах не зашумело. Бедра качнулись вперёд, шире раздвигаясь для его руки. Но мужчина надавил на живот, прижимая к себе, и одновременно с этим, направил свой член вперёд, заполняя меня и даря наслаждение.

Я выгнулась так, чтобы он вошел глубже, вбирая мужское естество в себя так глубоко, пока не показалось, что больше не выдержу. Андрей качнул бедрами, и внутри моего тела полыхнул огонь, опаливший ноги и поясницу. Мужчина сильнее прижал к себе, работая только тазом, врываясь быстро и резко, в то время как его рот целовал и покусывал нежную кожу на шее. И когда я задрожала, уже чувствуя, что пара секунд и кончу, мужчина ускорился. Оргазм взорвал мои чувства, единственное, что не давало рассыпаться на кусочки, были его руки. А потом Андрей зарычал, его руки сжались так сильно, что на мгновение мне показалось, он раздавит меня. И на своем плече я ощутила его зубы. Боль только придала остроты финалу, продлевая оргазмические конвульсии тела, как и резкие судороги мужчины, только что достигшего своей кульминации.

Обернувшись, я поцеловала его в нос, а когда он поднял голову с моего плеча – поцеловала в губы, всё ещё чувствуя его в себе. Поцелуй постепенно углублялся, пока Волжанский не перевернул меня на спину, устраиваясь между моих раздвинутых бедер.

– Не всё? – я кокетливо провела пальцем по его шее и груди.

– И не мечтай! – он поудобнее расположился и медленно вошел, и этого давления было достаточно, чтобы я выгнулась под ним, вбирая в себя его член. Хриплый стон сорвался с губ, когда Андрей двинулся назад и потом вернулся ко мне.

В этот раз мы кончили одновременно, огласив спальню хриплыми криками и прерывистым дыханием.

– Волжанский, мне нужна передышка, иначе я ходить не смогу, - прошептала я, лежа на груди мужчины.

– Я не могу насытиться тобой, - пальцы рисовали узоры на моей спине.

– Спасибо, Андрюш, за твою любовь, - жалко, что ответить ему тем же я не могла. Просто голосовые связки отказывались повиноваться.

– Родная, я для тебя всё сделаю, - он прижал ближе к себе. – Всё, что ты захочешь.

Я ничего не ответила на это заявление, потому что в последнее время и сама не знала, чего хочу. Вместо ответа, я приподнялась на локте и поцеловала Андрея. И только он углубил поцелуй, как мой живот разразился громким урчанием, что вызвало у меня конфуз, а у моего любовника смех.

– Ну, что? Вернёмся на кухню?

– Да, только в этот раз я буду есть основательно.

– Конечно, дорогая, - он поиграл бровями, развалившись на кровати.

– И не надо этих вот штучек, - я пригрозила ему пальцем. – А ещё лучше, если ты останешься в постели.

– Но, родная, я могу быть в постели, только если и ты в ней, - Волжанский поднялся, выпрямившись во весь рост. И снова мои глаза жадно прошлись по рельефной мускулатуре мужского тела.

Пока я разогревала пиццу в микроволновке, Андрей убрал на столе остатки меда, при виде которого у меня сбилось дыхание. Воспоминания не хуже любой прелюдии могут воспламенять кровь.

В итоге когда сели есть, оказалось, что я уже нахожусь на грани возбуждения, и судя по крепко сжатым зубам мужчины, он тоже страдал от неудовлетворенной страсти. Однако, чтобы продолжать гимнастику, необходимо было подкрепиться, поэтому несмотря на мучительное желание, я положила на тарелку любовника ещё два куска «Маргариты». И один добавила себе.

– Вот скажи мне, как можно питаться пиццой?

– Нормально, - я засунула кусочек в рот. – А что тебе не нравится?

– Ничего хорошего от неё не будет, - пробормотал мужчина.

– Ну, ты же знаешь, как я «люблю» готовить, а учитывая последние месяцы, так пицца самое безобидное, что я могла бы в себя запихнуть.

– Родная, - он перегнулся через стол, быстро поцеловав в губы.
– Но теперь у тебя есть я.

– Как мне повезло, - пробормотала я с набитым ртом.

– Ты даже не представляешь, - он усмехнулся, привлекая моё внимание к своим губам. Полные и нежные, а какое они могут подарить наслаждение…

Я поёрзала на стуле, чувствуя, что больше мне кусок в горло не влезет. Но бывший муж жевал пиццу, как ни в чём не бывало. Но это спокойствие было напускным, потому что, когда я в свою очередь наклонилась к нему, поцелуем собрав крошки с его подбородка, Волжанский впился в губы. Поцелуй Андрея был требовательным и жадным, когда он перетащил меня к себе на колени. Обняв его за шею, я отвечала на его поцелуи, отвечала так, словно мы не занимались сексом всего полчаса назад. Мужчина поднялся со стула, удерживая меня на руках.

– Я хочу тебя, - шептал он между поцелуями. – Хочу.

Я же отвечала на поцелуи, ёрзая по его эрекции своей промежностью. Волжанский почти бегом кинулся в спальню.

Той ночью мы занимались любовью ещё трижды, пока не вырубились уставшие и удовлетворенные. А поскольку следующий день был воскресенье, то и на работу не надо было идти.

И с утра меня разбудили легкие поцелуи, которые с шеи постепенно опускались вниз, пока не остановились на груди. Язык играл с соском, заставляя его напрячься и съёжиться, а меня окончательно проснуться. Потом Андрей переключился на другую грудь, уделив и ей порцию ласк. А потом он спустился ниже…

Выбрались из постели, когда за окном кончился снегопад и выглянуло солнце.

– Знаешь что, - проговорил мужчина, лежа поверх покрывала.

– Что?

– Надо тебе развеяться, - задумчиво пробормотал он, а я в это время сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы.

– А чем мы, по-твоему, занимались последние сутки?

– Родная, но я не про секс сейчас. Знаешь, один мой знакомый дает концерт в «Крокус Сити Холл».