Чтение онлайн

Примечателен то факт, когда Джордж Бернард Шоу (George Bernard Shaw) писал свою одноактную пьесу «Тёмная Леди Сонетов», то он ошибочно посчитал леди Мэри Фиттон «тёмной леди» из сонетов Шекспира. Следующая существенная ошибка заключалась в том, что, приводя сонет 130 Шекспира ошибочно посчитал Мэри Фиттон, той самой возлюбленной, которую описывал автор в сонете, тогда, как на автор описывал Елизавету Поуп.

Поэтому предоставляю для ознакомления фрагмент перевода пьесы Бернарда Шоу, любезно включив свой перевод сонета 130 Уильяма Шекспира, выполненный в январе 2019 года.

«Dark Lady of the Sonnets». Gaiety of Genius. George Bernard Shaw (1910).

«Разве не ясно, что до последнего в Шекспире было неисправимое божественное легкомыслие, неиссякаемая радость, которая высмеивала печаль? Подумайте о бедной Тёмной Леди, которой приходится противостоять этой невыносимой силе извлекать мрачное удовольствие из всего. Мистер Харрис пишет так, как будто Шекспир изобразил все страдания, а Тёмная Леди — вся жестокость. Но почему бы ему на мгновение не поставить себя на место Тёмной Леди, как он так успешно поставил себя на место Шекспира? Представьте, как она читает сто тридцатый сонет!»

(Однако, Уильям Шекспир в сонете 130, описывал свою возлюбленную, имея ввиду не Мэри Фиттон, а леди Елизавету Поуп!).

My mistress' eyes are nothing like the sun;

Coral is far more red than her lips' red:

If snow be white, why then her breasts are dun;

If hairs be wires, black wires grow on her head.

I have seen roses damask'd, red and white,

But no such roses see I in her cheeks;

And in some perfumes is there more delight

Than in the breath that from my mistress reeks.

I love to hear her speak, yet well I know

That music hath a far more pleasing sound:

I grant I never saw a goddess go,

My mistress, when she walks, treads on the ground:

And yet, by heaven, I think my love as rare

As any she belied with false compare.

— William Shakespeare Sonnet 130

________________

________________

Глаза моей возлюбленной — на солнце не похожи, отнюдь;

Коралл более красней оттенком, чем цвет её губ красных:

Если снег — белый, то отчего тоном буро-серым её грудь;

Если волоса — на голове прядью вьются, как чёрные сплетенья.

Я повидал дамасских роз: красных, и белых — разных,

Но роз таких же я не увижу в её щеках, как исключенье;

И в некоторых духах куда больше — восхищенья

Чем сильный запах в дыхании возлюбленной моей.

Люблю слушать, как слово молвит, ещё я знаю без натуг

У той музыки — намного более звук приятнее на слух:

Я признаюсь, что никогда не видел, моя богиня как уходит,

Моя любимая, когда ступает наземь тяжёлой поступью, слегка:

И все же, клянусь я небесами, считаю — моя любовь редка,

Как любая, она опровергает ложное сравненье в обиходе.

(Уильям Шекспир Сонет 130, — перевод Свами Ранинанда 29.01.2019).

«Примите это как образец комплимента, от которого она ни на минуту не была в безопасности с Шекспиром. Имейте в виду, что она не была комиком; что елизаветинской моде (было свойственно) обращаться с брюнетками, как с уродливой женщиной, должно быть, заставила её довольно сильно переживать по поводу ее цвета лица; что ни одному человеческому существу, мужчине или женщине, не может нравиться, когда над ним насмехаются по этому поводу в четвертом куплете о духах; что отвращения Шекспира, как показывает сонет, непосредственно предшествующий ему, были столь же сильны, как и его пыл, и были выражены с реалистической силой и ужасом, которые заставляют Гамлета сказать, что небеса заболели, когда увидели поведение королевы; а затем спросите мистера Харриса, могла ли какая-либо женщина выдержать это долго или подумала, что комплимент «sugred» (примеч.: слово «sugred» (?) не переводится, вероятно «sugared», «сладкая») стоит жестоких ран, расщепления сердца надвое, что показалось Шекспиру такой же естественной и забавной реакцией, как пародирование его героизма пистолетом, его проповеди Фальстафа (Falstaff), и его поэмы «Cloten and Touchstone». Мужчина, который «обожает, но сомневается, подозревает, но сильно любит», терпим даже избалованной и деспотичной любовницей; но какая женщина могла бы вынести мужчину, который обожает, не сомневаясь; кто знает, и кого очень забавляет абсурдность его увлечения женщиной».

17.11.2021 © Свами Ранинанда «Уильям Шекспир Сонеты 2, 141. William Shakespeare Sonnets 2, 141»

Сонеты 19, 63 Уильям Шекспир, - лит. перевод Свами Ранинанда

Свами Ранинанда

**************

Cover book 2021 © Swami Runinanda. «William Shakespeare Sonnets 19, 63»

Poster 2021 © Swami Runinanda. «William Shakespeare Sonnets 19, 63»

William Shakespeare Sonnet 19 «Devouring Time, blunt thou the lion's paws»

William Shakespeare Sonnet 63 «Against my love shall be, as I am now»

______________________

«У времени нет чувств — нет милосердия и жестокости человека»

«Time has no feelings — no mercy and man's inhumanity» 2008 © Swami Runinanda

При переводе на русский сонета 19, обратил внимание на очевидную схожесть со строками сонета 2, в желании автора, чтобы Время не высекало борозды, не рисовало линии морщин на лбу адресата. Разница была только в том, что в сонете 2, тон повествования шёл в сослагательном наклонении, а в сонете 19, обращение к Времени было выражено в императивной форме, как на равных:

«O, carve not with thy hours my love's fair brow,

Nor draw no lines there with thine antique pen» (19, 9-10).

«О, не высекай твоим циферблатом моей любви прекрасный лоб,

Никаких линий не рисовало там своим пером античным чтоб» (19, 9-10).

«When forty winters shall besiege thy brow

And dig deep trenches in thy beauty's field» (2, 1-2).

Когда сорок зим осадой обложат твоё чело (клинчем)

И выроют глубокие борозды на твоём поле красоты» (2, 1-2).

В этом эссе не была поставлена задача, сравнения моего перевода с другими, для выявления ошибок, сделанных другими авторами переводов.

Моей основной задачей было раскрытие образов любви, которые не смогли уловить другие авторы. Как например, в детерминированном переходе от одного сонета к другому по мере применения в них литературных приёмов, согласно публикациям сонетов в выбранной по наитию последовательности.

Даже для не вооружённого взгляда при внимательном изучении характерных оборотов речи, раскрывалась вполне очевидная связь сонетов друг с другом между собой. Связь, не связывающая сонеты, согласно проставленной в первом сборнике нумерации, тематической направленностью или кому они были посвящены. Это связь сонетов совершенно другого порядка, тончайшая почти неуловимая связь между сонетами и пьесами Шекспира. Вдумчивый читатель сразу поймёт, какую мысль я хотел донести этими словами. Это метаморфозы и трансформации схожих литературных образов, где одни те же слова в ткани различных произведений, могли нести совершенно другой, отличающийся контекст, который был связан чувствами, переживаниями автора в момент написания этих образов.

После перевода сонета 19, образы этого сонета нашли отражение в сонете 63, как к примеру:

«О, не высекай твоим циферблатом моей любви прекрасный лоб,

Никаких линий не рисовало там своим пером античным чтоб» (19, 9-10).

«Как только часы иссушат его кровь, и наполнят его лоб

В линиях морщин; когда его юношеского утра пыл» (63, 3-4).

Что детерминировано раскрыло небольшую, но необычно написанную группу сонетов 61-63. В которых раскрылись новые метаморфозы образов любви, в которых стал явственно проявляться пульс шекспировский строки, с необычайным накалом страстей. Что предоставило счастливую возможность в открытии для себя совершенно другого Шекспира, который сильно отличался от Шекспира, поданного нам значительно ранее в традиционных «шекспировских чтениях». Поэтому вдумчивому читателю не трудно будет в этом разобраться, но только нужно набраться терпения, новые находки мотиваций барда будут любезно предложены для ознакомления ниже.