Uingukage. Сокрытый в Тени Крыла
Шрифт:
– Пф! Ты мне так и не показал того, зачем мы пришли, – выкрутилась Ино.
– Как же? – вновь искренне удивляюсь я. – Вот же я стою, всего в паре шагов.
Куноити удивленно смотрит на невысокую девочку в задних рядах.
– Стой! Но ведь...
Я перемещаю воспоминания ближе к концу, специально уделив внимание моменту возвращения Ино и Шикамару. Парень выглядел отстраненно задумчиво, да и Ино ничем себя не выдавала. Ничем, кроме распухших губ. А на сцену вышла Каору, пока ее водяной клон изображал зрителя. Мне стоило всего своего умения и воображения, чтобы превратить девушку в правдоподобного парня, который правдоподобно изображает девушку.
– Тогда кто это на сцене? – резонно спросила Ино.
– Каору, моя напарница и соседка.
– А это кто? – она указала на клона.
– Клон.
– Но... Зачем?
Пожимаю плечами:
– По работе надо было. У меня богатая и насыщенная жизнь.
Куноити переводила взгляд с девочки, которую я изображал, на клона, затем на сцену, и пыталась все это осознать. Но затем сложила два и два, и взгляд ее вновь стал хитрющим, как у лисы, дорвавшейся до курятника.
– Так вы с твоей напарницей... – намекнула она.
– А ты с Шикамару? – парировал я.
Девушка смутилась, но не отступилась:
– Это не твое дело.
Воспоминание быстро свернулось, и мы оказались в темной комнате.
– А это не твое. Возвращаемся к занятию.
Девушка хмыкнула:
– Подожди. Обмен. Я расскажу о Шикамару, а ты о своей Каору.
Я остановился уже у самого выхода.
– Тебе так важна эта информация?
– Любопытство, – легко отмахнулась куноити.
– Сплетница, – уточнил я.
– Да. Ну так что?
Немного подумал и кивнул. Пока это информация не особо важна, но все же из первого источника, так сказать, стоит знать. На будущее – ведь они когда-нибудь станут главами своих кланов, а с учетом особенностей жизни синоби, это может произойти неожиданно.
– Согласен, но ты первая.
Ино поджала губки, не удовлетворенная моим ответом, но все же кивнула:
– Хорошо, – и тут же покраснела. – Мы целовались несколько раз, вот и все. Шикамару он... С ним сложно, он будто безразличен ко всему. Ко мне. Так что мы сейчас просто друзья. Твоя очередь.
Ухмыляюсь. Я немного поторопился, вот через два или три года это будет интересная информация, а пока просто к сведению стоит принять, что они друг другу не безразличны. Хоть немного.
– Ну, поцелуями мы не ограничились... – задумчиво протянул я, наблюдая за реакцией Ино. Девушка смущалась, но интерес все равно был сильнее, и она с нетерпение ждала продолжения, – но если я покажу тебе подробности, меня прибьют либо твой отец, либо сама Каору. Это интимное. Но ничего серьезного у нас нет.
– Да? – Ино задумалась. – Значит можно сказать девочкам, что ты все еще завидный жених?
– Хм, говори, что хочешь. А теперь все же вернемся к занятию.
И мы возвращаемся к работе. Ино держит слово и спокойно запоминает все, что я передаю. В этот раз заканчиваем действительно намного быстрее, и я останавливаю последнее воспоминание, собираясь просто дождаться, пока куноити сама прервет технику.
– Ты меня удивляешь, Като.
Устремляю на нее усталый взгляд. Ее фраза ведь подразумевает, что я переспрошу.
– Я рад, может закончим? У нас еще много работы.
– Не будь занудой, – ухмыляется Ино, – не порти впечатление. Я хотела сказать, что ты на удивление живой и веселый парень, если учитывать, сколько всякой нудятины тебя заставили выучить. Ты ведь мне еще не все показал, так?
Киваю.
– Да, но для тебя выбирал самое скучное и нудное. На остальных занятиях нас учили всяким крутым техникам, а также всяким непристойностям, но тебе такое передавать нельзя.
– Так лучше, – удовлетворенно кивает Ино.
Она переводит взгляд на столик с журналами, стоящий в комнате моего тренера. Точнее, там должны были находиться совсем не журналы, но мое воображение дорисовало знакомую аналогию.
– Ой, а я таких не видела.
Ино тянет руку к журналу, а я читаю обложку. Пытаюсь прочитать, язык мне смутно знаком, но я, будто, его забыл. И, раньше чем я успеваю осознать, что именно она взяла в руки, синоби открывает журнал и исчезает.
– Кусо!
Этот журнал! Да таких здесь просто нет. Он ОТТУДА! И сейчас, по все той же ассоциативной цепочке, Ино скользнула именно в те воспоминания.
Подбегаю и хватаю журнал. Я уже давно не вспоминал ничего из прошлой жизни, если не считать редких озарений, но больше по знаниям, а не по собственным воспоминаниям, но сейчас Ино потянулась за ассоциацией, и ведь прошла, значит, пройду и я.
Ассоциация, воспоминание, где я уже видел такой журнал...
Резкая смена декораций в этот раз вызывает головную боль. Моя рука заключена в кожаную перчатку без пальцев, а на мне – камуфлированная х/б. Ох ты же, не было несчастья. Поднимаюсь, отходя от столика с журналами в каком-то сильно порушенном доме. По нему стреляли и стреляли из крупного калибра, но не меньше пары дней назад, образы вокруг смутные, я не могу определить точно. Подхожу к зеркалу и всматриваюсь в него, но вижу лишь плывущее пятно вместо лица. Это не хорошо, мне нельзя забывать, кто я. Усилие воли, и возвращается более привычная морда Като, подростка азиата. Оглядываюсь, пытаясь найти Ино, которой здесь делать однозначно нечего, и следует быстрее вырвать нас обоих отсюда. Выглядываю на улицу через окно. Среди размытых нечетких воспоминаний ясно вижу не вписывающуюся в картинку куноити, которая касается брони какого-то бронированного транспорта.
– Вот же любопытная... – последние слова проглатываю, потянувшись за своими воспоминаниями о технике, что едет по улице.
Еще один рывок, и к головной боли добавляется тошнота. И у меня подозрения, что это физические ощущения тела, а не фантомные ощущения разума. Оглядываюсь. Стоянка техники, какие-то люди, лишь их силуэты, нечеткие, расплывчатые. Нет, не сюда. Не здесь. Оглядываюсь, есть зацепка. Окно, я видел все это через окно, и Ино сейчас там. Сдвиг окружающего пространства, и я в небольшой комнате, но Ино здесь уже нет. Не только любопытная, так еще и неугомонная. Что ее могло заинтересовать? Предположим, что она все же не из любопытства туда-сюда прыгает и ищет выход. Значит, пытается найти что-то знакомое, чтобы по нему вырваться в знакомые ей воспоминания. Теория, но я на нее надеюсь. На столике лежит рулон с какими-то бумагами, отдаленно напоминает свиток. Рывок по этой зацепке.
Кафедра, вау, я в институте учился? Быстрый осмотр, девушка выходит в дверь. Перемещаюсь туда и выхожу за ней. Но здесь целая толпа, как ее искать? Что значит как? Усилие воли, и воспоминание затормаживается, но не останавливается совсем. Это уже скорее сон, чем осознанная работа с собственной памятью. Но девушка с необычной длинной косой оборачивается.
– Като?
Я уже начинаю забывать, кто такой Като. Плохо. Да и ее имя вспоминается... Ино! Да. Сосредоточится на азиате, чтобы она могла увидеть меня в толпе.