Чтение онлайн

Павлин опустил голову ниже, заглядывая в мои глаза.

– Имеет и не имеет. Для меня это не важно. Но важно для тебя. Теперь ты не слеп и не глух. И пусть ты не стал одним из нас, но ты уже можешь находиться здесь, незащищенный моим гендзютсу.

Подумав немного, я поклонился:

– Спасибо за помощь.

Оракул кивнул, выпрямился, сделав несколько шагов в сторону.

– Давай пройдемся, тебе сейчас полезно ходить.

Мы пошли куда-то, сохраняя дистанцию от источника света. У меня было много вопросов, но я не знал, стоит ли их задавать, а если стоит, с какого начать?

– Я не отвечу на все твои вопросы, но на некоторые – пожалуй, – продолжая беззастенчиво читать мои мысли, ответил Оракул. – Мы – Павлины. Жители Долины Солнца. Птицы Бессмертия. И мы действительно бессмертны. Некоторые из нас. Как именно мы этого достигли, не так уж и важно сейчас. Что еще? Да, я, как и обещал, кое-чему тебя научу.

– Несколько пространное объяснение. И про бессмертие можно подробнее? Хоть немного? И почему меня так корячило первое время?

Оракул задумался, отвернувшись к источнику яркого света.

– Эта долина. Она переполнена чакрой природы. Не только ей, но для тебя именно это было опасно. Те, кто не могут защитить себя от энергии жизни, погибают. Но ты сумел и теперь можешь находиться здесь. Однако свет, который ты видишь, – источник силы, о которой тебе рано знать. К нему тебе приближаться опасно. Погибнешь сразу и без шансов. Наше бессмертие? Тебе известно, кто такие сеннины?

Киваю:

– Мудрецы. Я знаю о троих.

Оракул остановился, задумчиво посмотрев в небо:

– Я полагаю, ты говоришь о Джирайе, Орочимару и Тсунаде. Отшельники путей Жабы, Змеи и Слизня. Каждый из них умеет использовать природную чакру. И каждый делает это по-разному. К примеру, жабы собирают в своем теле природную энергию и уравновешивают ее со своим Инь и Янь, телесной и духовной энергией. Они называют это Режимом Отшельника.

Я слишком мало знал о природной чакре, чтобы делать какие-то выводы, поэтому просто слушал.

– Мы пошли по иному пути. Мой учитель вступил на опасную тропу, но именно она сделала его бессмертным.

Мы пошли дальше, но Оракул молчал. Обдумывал свой ответ, возможно. Или вспомнил своего учителя.

– Мой учитель потратил годы на медитации и тренировки. Долгие десятилетия. Он считал свое слабое тело самым уязвимым местом. Несмотря на всю свою мудрость, он не мог ничего сделать со своей телесной энергией. Тело его старело, и сила природы так и оставалась сложным и опасным искусством, которому он не мог обучить своих учеников.

Павлин вновь остановился и развернулся спиной к источнику света, указывая мне в противоположную сторону. От легкой белой пелены в глазах я не мог видеть четко, и мы подошли ближе. Перед нами стояла внушительная гранитная статуя. Это был Павлин, большой, застывший в каком-то грациозном мистическом движении.

– Это твой учитель? – спросил я, восхищенно рассматривая фигуру.

Оракул кивнул:

– И да, и нет. Это его изображение в молодости.

Упс, неудачно выразился:

– Прости. Так что произошло? Он все же придумал что-нибудь? Смог подчинить себе чакру природы?

– Да. И нет.

Оракул обошел статую, и за ней стояли еще восемь статуй, правда, мраморных и поменьше. Это были еще восемь таких же красивых павлинов, так же застывших в разных грациозных движениях.

– Все они были его учениками, как и я. Некоторые из них были мне друзьями. Один из них был мне братом, а одна сестрой.

Он подошел к одной из статуй и едва коснулся ее крылом.

– Одна из них была моей любовью.

Оракул отошел от статуй, дойдя до небольшого источника. Выложенный камнями ключ бил из-под земли и весело журчал прозрачной водой.

– Учитель перед смертью рассказал нам единственный известный ему способ научиться контролировать энергию природы. Он предостерегал нас от попыток, но не мог не рассказать своим ученикам. А среди нас были те, кто не мог не попробовать, несмотря на предостережения.

Оракул замолчал, проводя кончиками перьев по воде в ключе. Он какое-то время размышлял, прежде чем продолжил.

– Чтобы стать отшельником, мы должны были смешать свою телесную энергию и природную чакру. Сделать нашу слабость силой. Иначе говоря, отринуть слабость живого тела. И все они попытались сделать это. Все мои друзья. Один за другим они начинали тренировки. Но, когда сила природы смешивалась с телесной энергией, все они тут же теряли над ней контроль. И все они обращались камнем.

Я с ужасом осознал, что все те фигуры были живыми л… павлинами, в смысле. Вот так-так. Павлин склонил голову над источником, будто пытаясь рассмотреть в кристально чистой воде что-то, чего там не было.

– Один за другим, пока не остался только я, – продолжил Оракул, – пока не остался я один. Прошло несколько лет, прежде чем и я предпринял свою попытку. Многое произошло. О многом я успел подумать. Я винил своего учителя за то, что он рассказал нам обо всем. И винил за то, что не попробовал обучить нас этому при жизни. Пусть он сам и не решился попробовать, но, возможно, мог бы спасти своих учеников. Я хотел бросить все это, забыть. Но забыть всех своих друзей, свою семью, свою любовь. И я попробовал. И, как видишь, у меня получилось.

Оракул выпрямился, гордо глядя на меня.

– Я Оракул – Бессмертный Отшельник пути Павлина. Я поклялся себе не брать учеников, но для тебя я готов сделать исключение, смертный. Ты хочешь стать моим учеником? Като из Конохагакуре?

Ощущения были смешанные, но все же…

– Да, Оракул. Учитель.

Павлин кивнул:

– Хорошо. Идем, у нас много работы, а у тебя, как я понимаю, не так уж много времени.

====== Глава 41 ======

Мы шли в другую часть долины. Здесь нам попадались другие павлины, но их были единицы. Они были меньше Оракула и не такими яркими – в их окрасе преобладали в основном белые и серые цвета. На нас не обращали внимания (хотя, скорее, на меня), лишь коротко кланяясь Оракулу.

– Все они бессмертны? – спросил я.

– Нет. На самом деле истинно бессмертен лишь я. После познания пути отшельника я больше никого не обучал этому. Тем не менее я передавал знания своего учителя другим. Никто из Павлинов долины не смешивал свою телесную энергию с природной чакрой, тем не менее ее они использовать умеют. Никто из них не знает болезней, легко излечивается от ран, может жить очень долго – не вечно, но долго. Кроме использования природной чакры, учитель передал нам еще одно особое умение.