Чтение онлайн

Хирузен кивнул как Данзо, так и своим мыслям и покинул кабинет.

====== Глава 74 ======

Шел уже, наверное, пятый день моего вынужденного отпуска в Долине Солнца. Почти все это время я проводил медитацию в движении, как сказал Оракул, приводил свое тело и дух в подходящее состояние. Подходящее для чего, павлин так и не объяснил, но причин спорить у меня не было. Разговора вообще не получилось, Оракул лишь задумчиво осмотрел меня по прибытию и отправил медитировать, отмахнувшись тем, что у него есть срочные дела. Последнее наводило меня на вопрос, а какие у него могут быть здесь дела. Тем более срочные. Но Оракул ушел, причем к центру долины, к их собственному Солнцу, куда я ходить не мог. Пока не мог.

Медитируя, что было для меня более или менее привычно, я мог немного поразмышлять. Итак. Главную свою задачу я выполнил. О том, что старик Узумаки на самом деле все еще жив, кроме меня никто не знает. Перевел стрелки на себя, так сказать. Но вот как теперь самому выкрутиться из этой ситуации – это немного другой вопрос. Подойдем к решению вопроса комплексно. Начнем с того, кто вообще в игре? Кроме, собственно, меня. Корень во главе с Данзо. Как меня уже предупреждали, старик заинтересован в привлечении меня к оперативной работе в рядах этого самого Корня. Сейчас все должны думать, что и Узумаки, и команда нукенинов убиты. Сказать Данзо, что это все моих рук дело, и, если он поверит, можно считать себя корешком. Есть нюансы, но в целом я попадаю под его полный контроль, и выбраться из-под него самостоятельно будет весьма затруднительно. Кроме того, что в такой ситуации я становлюсь тупым исполнителем… ну ладно. Я становлюсь просто исполнителем, ценным, но не незаменимым. А быть расходным материалом, да еще и в такой организации – нет уж, увольте. Проблема лишь в том, что вывернуться сейчас у меня не выйдет. Самостоятельно. А вот если мной заинтересуется другой, не менее влиятельный игрок. Кто? Хокаге. И если Сарутоби я не доверяю, просто потому, что он давно знаком с Данзо, а значит, договорятся они между собой и меня не спросят. Оно мне надо? Вот именно. Пятая Хокаге, Тсунаде Сенджу. В деревне появлялась нечасто, клана, в общем-то, нет. Как ни крути, но она все равно новый игрок. А раз новый, то обзавестись договоренностями со всеми остальными не успела. И как мне получить ее протекторат? Дать то, что ей может быть нужно. Что-то, чего ей самой не хватает. Например, информацию о другом игроке, сидящем на своем месте куда больше ее. О Данзо. В идеале, устроить перекрестный огонь. То есть, перевести стрелки так, чтобы я как бы оказался не при делах. Это в идеале, конечно, но именно к такой позиции стоит стремиться. Мой подарок, паучка, исполнившего всю работу, наверняка нашли. Правда, пока не знаю, кто именно. Чьи умельцы оказались проворнее, Корня или АНБУ? Ндя. Вопросец. На всякий случай у меня уже есть обломки, очень напоминающие того самого паучка в разобранном виде, так сказать. Следы чакры? Нет, мало вероятно – слишком маленький объем при оперировании. В общем, улика косвенная, да я и оставлял ее именно как намек. Еще осталось правдоподобно объяснить мое вторжение в госпиталь, да так, чтобы все были согласны с необходимостью. Ага, как доказать человеку, что ты был прав, когда его обманывал? Пф. Легче сказать, чем что-то придумать. Хотя версия для Данзо уже и так есть. Убрал труп, чтобы никто не узнал, что именно я его зарубил. Вот и все объяснение. А вот вариантик для Хокаге? Здесь сложнее, надо смотреть по обстановке.

А я ведь вляпался, причем целиком. Скрывать ото всех вполне живого Узумаки – хорошо хоть, он биджу его знает где. И не дать себя сожрать кому-то из власть имущих. Кроме Хокаге и Корня есть еще кланы, но там дремучий лес, и не хочется раньше времени влезать в их грызню. Да только поздно – как только разборка с эти телом закончится, меня вполне смогут макнуть и в ту кухню. Но это дело будущего, так что нефиг мандражировать раньше времени.

Движения давались безо всякого напряжения. Даже постоянная боль в руке куда-то ушла, и слабости я не чувствовал. Местечко, где я медитировал в прошлый раз, было занято стайкой местных жителей, и я ушел к статуям. Над этим местом, единственным в долине, летала мрачная атмосфера, а значит, меня здесь ждало только одиночество, что меня вполне устраивало.

– Достаточно, – раздался голос Оракула.

Я был почти уверен, что он просто появился из неоткуда, но заострять на этом внимание не стал. Остановился и вопросительно посмотрел на учителя.

– Ты продвинулся достаточно, чтобы перевести медитацию в боевой стиль, – ошарашил меня павлин.

Не осознанно погладил правую руку левой – стоило остановить медитацию, и боль вернулась.

– А стоит ли? Все же я…

Но Оракул жестом остановил мою речь:

– Я все знаю. И тебе сейчас действительно не достает четкого стиля рукопашного боя. Это было ясно уже давно, но только сейчас я подготовил для тебя набор стоек и приемов, совместимых с человеческой физиологией. Давай начнем.

Хмыкнул, решив все же напомнить:

– У меня травмирована рука. Мы разве не должны сначала залатать эту рану?

Павлин задумчиво посмотрел на указанную конечность, но снова перевел взгляд на меня:

– Да. И нет. Движению она не мешает, так что может подождать. К тому же, от твоих успехов будет зависеть, как именно я буду… лечить твою травму.

Ну, Оракул умный, ему виднее.

– Верное решение, – кивнул птиц, – начни с движений медитации, а я буду вносить необходимые изменения.

Вот и весь короткий разговор. Я начал двигаться, а Оракул на ходу поправлял движения, делая их более резкими, все больше походящими на удары. Однако прошло часов двадцать, не меньше, пока я понял, в чем собственно, заключался стиль. Повторение одних и тех же движений, наконец, создало в моем сознании отчетливую структуру, всю хитрость которой я понял далеко не сразу. Оракул, не пытаясь придумывать что-то принципиально новое, просто встраивал в мое тело мышечную память – уж не знаю, как именно ему это удавалось. Сам стиль был… необычный. Экономные и четкие движения, чем он напоминал стиль, изученный мной в подземельях АНБУ. Правда, тот стиль был не полный, а так, лишь сырая заготовка, но этот был куда более оформленный. Движение сохранило плавность, текучесть, и этим напоминало медитацию. В основном комплекс состоял не из ударов или блоков, а из стоек, правильно используя которые я отклонял предположительные удары противника. А вот собственные удары были поставлены по весьма необычной схеме. Используя этот стиль, я как бы не наносил удар. Смысл был в том, чтобы подставить часть своего тела туда, куда двигался противник, чтобы он как бы сам натолкнулся на меня. Хитрость была в том, что блокировать такие удары было бы очень сложно из-за их статичности. Фактически, противник должен был не блокировать мой удар, а успевать гасить инерцию собственного тела, что было далеко не всегда возможно. Сколько времени я отрабатывал все связки стоек, сказать не могу, но это было достаточно долго. В конце Оракул вновь остановил меня.

– Достаточно. Теперь тебе следует закрепить твои умения.

В очередной раз поглаживая правую руку левой, решил уточнить:

– И кто будет противником?

– Ты сам, – ответил Павлин.

Он сложил крылья в замке – жест, означающий соединение двух стихий в одну, Кеккей Генкай, но это было все. Ни слов, ни других печатей. Секунда, две, и перед ним появилось яркое свечение, медленно формирующееся в силуэт. Свет становился все ярче, и мне пришлось отвернуться, но техника сработала достаточно быстро. Когда я снова повернулся к Оракулу, между нами стоял… Я. Не моя копия, не совсем моя копия. Точнее, я выглядел так, как когда попал сюда в предыдущий раз.

Моя копия ухмыльнулась и начала неторопливо разминать мышцы. Шрамов на руке не было, так что двигалась она без моей скованности. Пусть мне и казалось, что ранение мешает не сильно, но теперь, видя себя самого, я понял, насколько был не прав. Оракул отошел в сторону и кивнул.

– Начинайте.

И мое отражение незамедлительно бросилось в атаку. Вот же Биджу! Серия отчетливо знакомых мне ударов, которые я принял на блок. Постарался принять, но пропустил больше половины. Несколько прямых ударов пришлись на руки, но три прошло в корпус. Поморщился, отступая. Отражение скользнуло вперед, начиная знакомую мне связку ударов. И предпринимаю контратаку, но проигрываю себе же. Не хватает скорости, подводит рука – мою контратаку перехватывают, и я получаю новую серию ударов, часть из которых достигает цели.

– Что ты делаешь? – спросил Оракул.

– Не знаю, – рыкнул я.

Отражение бросается вперед, и в этот раз его связка куда хитрее. Попытка блокировать первый удар позволила ему провести захват, из которого он легко пробил мне локтем в ребра, а потом еще добавил несколько прямых ударов по лицу. Я, тяжело дыша, свалился на одно колено, держась за место ушиба. Боль была фантомная, не настоящая, но легче от этого не становилось.

– Ученик, я разочарован.

– Да, да, я понял, – кивнул.

От меня требовалось использовать только что выученные приемы, и тело их знало. А вот сознание еще не перестроилось, и потому я должен был усилием воли заставлять тело не применять знакомые и привычные движения, а направлять по новому пути, делать осознанно то, что должен делать инстинктивно.

Но, как всегда, сказать проще, чем сделать.

– Если ты понял, мы продолжаем.

Копия рванула в атаку, не дожидаясь, пока я поднимусь. Но в этот раз я успел сообразить, и, приняв удар ноги, перевел всю его энергию себе на пользу, использовав ее вместо толчка, чтобы встать на ноги. Сосредоточившись, я начал новый поединок с собственной тенью. Теперь все было не настолько плохо: я отводил удары отражения в стороны, и это получалось достаточно неплохо. А вот поймать его и нанести свой удар все никак не выходило. Я никак не мог зацепиться, чего-то не хватало. Раз за разом, проворачивая одну связку за другой, я понимал, что где-то совершаю ошибку. Но не знал, где. Отражение уже куда реже доставало меня, но я по-прежнему не мог достать его, и бой затянулся.

– Стоп.

Отражение резко отскочило назад, вновь не дав мне довести до конца свою атаку.

– Я чего-то не понимаю.

– Поймешь, – Оракул как бы пожал плечами, – со временем. Давай вернемся к твоей руке, у тебя осталось не так много времени.

Моя тень, как ни странно, осталась здесь, более того, начала отрабатывать те приемы, которые еще недавно выполнял я.

Оракул побрел куда-то в сторону, и я пошел за ним. Стоило вспомнить про свою руку, как в ней вновь возникла боль, заставляя меня ее нервно потирать.