Лето, вентилятор и обузаЖизни, что висит над головою…И больная от безделья музаМается банальной скукой злою.И на кухне чайник свиснет резко,Ты подскочишь с матерным словечком,Колыхнется быстро занавеска,Ты найдешь уютное местечко,Не спеша, спокойно выпьешь чаю,Скажешь: «Ну и что, что все так пусто,Просто эту жизнь не замечая,Чувства превращаются в искусство».Остается только теплый вечерИ ночей приятная прохлада,Ожиданье с неизвестным встречи,И все то, чего уже не надо.И, скользнув по краешку страницы,В поисках неведомого слова,Тихо улетают души-птицы,В вечность, отрешаясь от земного.
«Лето жаркое тает в ладонях тоски…»
Лето жаркое тает в ладонях тоски,Словно жить по-другому уже не с руки…Ты заброшен в провинцию тягостных лет,Из которой, как водится, выхода нет.Несмотря на нелепости прожитых дней,И присутствие рядом печальных теней,Ты под нос себе что-то все время поешь,И спокойно в полночную вечность идешь.Лишь отчаянья светит порою звездаУвлекая тебя в никуда, в никогда…Превращается жизни кошмарная быльВ бесконечного космоса темную пыль.Остается немного до самого дна:Пара брошенных фраз и бокалов вина.И когда этот мир соскользнет в пустоту,Ты, возможно, поймаешь его на лету.
«Жизнь уходит, как вода в песок…»
Жизнь уходит, как вода в песок,Между никому ненужных строк.Между слившихся безумных днейИ ночных, безрадостных теней.Так с тобой легко играет зло,И тебя зачем-то занеслоВ край, где стынут годы и века,И провинциальная тоска.Повернись к предвечному огню,Сумрак губит души на корню,Оставляя только грусть и боль,Умножая все мечты на ноль.А теперь пойди себя найдиВ мареве тревожного пути.Сквозь сознаний муть и городаПроступает древняя беда.Пропуская через сердце ток —Открывая горечи исток.
«Меня странная гложет тоска…»
Меня странная гложет тоскаКак собака любимую кость,Точно маятник жалость и злость,И летят в никуда облака.Ни к чему теперь даже мольбы,Все смешалось, все переплелось.Жизнь прожгла мое сердце насквозь,Я не баловень этой судьбы.Веет холодом знаков и снов,От которых никак не уйти,И свободой лирических слов,И простым предсказаньем пути.На дорогах отчаянных лет,Где все те же несчастья и боль,Где, сыграв до конца свою роль,Я исчезну — ненужный поэт.
«В нашей жизни всё — банальности…»
В нашей жизни всё — банальности,Суета и пустяки,Даже проблеск инфернальностиНа поверхности тоски.Даже лучшие стремленияИ порывы, в свет шаги —Лишь о прошлом сожаления,На штрафные вход круги.Так и бегаешь в бессмыслице,Глядя в небо иногда.Как другие — кто здесь числится:Дети, дамы-господа…
«Надо просто жить спокойно…»
Надо просто жить спокойно,Больше спать и меньше есть.И все то, что недостойноОбходить. И словом честь,Не бравируя ни разу,Потихонечку дышать.И всеобщую заразуС безнадежностью мешать.И, конечно, легкий трепетВечно ледяной тоскиНе менять на тленный лепет,Мишуру и пустяки.
«Очередной безрадостный денек…»
Очередной безрадостный денек —Один из множества безликих лет.В душе погас тоскливый огонек,Как будто бы души уже и нет.Но есть огонь, летящий с высоты —Возмездие пылающих небес…Я полон совершенной пустоты:Не продаюсь. Ты понял это, бес?!.
«Найдут ли строчки “адресата”…»
Найдут ли строчки «адресата»Иль просто канут в бездне лет…До этого мне дела нет.Я эту блажь изжил когда-то.А полустертая о твердьДуша хрипит: «Я не приемлю,Ни эту жизнь, ни эту Землю.Прости, я выбираю Смерть».
«Построим мир на вероятностях…»
Построим мир на вероятностях —На вероятностях иного…Не забывая о превратностяхДуши, что, может, станет Словом…А дальше будет всё, что сказаноДавно: и не тобой, не мною,И то, что было тайной связано,Вдруг воссияет ледяноюБлагою Вестью, и морозамиУдарит в хрупкое стекло…На кладбище придешь ты с розамиРасскажешь, как ей «повезло».
«Очистить музыку-мечту…»
Очистить музыку-мечтуОт шума улиц наносного,Из хлама бытия дневногоТихонько кануть в темноту.Где в смертный час легко найдут,Отыщут в закоулках жизни…Принадлежа иной отчизне,Ты позабудешь смысл минут.Еще немножечко, чуть-чутьСует бессмысленного века…И ты уйдешь из человека —Душа — в далекий Млечный путь.
«Опасайся банальной и страшной людской доброты…»
Опасайся банальной и страшной людской доброты,Ты увидишь — за нею легко появляется зло,Даже лучше уйти в одиночество, в сны пустоты,Чтоб не видеть какое избрали «друзья» ремесло.И не нужно стихов — ты сказал то, что должен — молчи.Губы сохнут от горечи, волосы в цвет серебра…И надломлены жизни банальной стальные ключи,И смертельной петлей закрутилась дорог мишура.Все потеряно — время извлечь из прошедшего суть —Словно полный отчаянья взгляд из ночного окна…Где-то там, за границею дня, завершается жуть,И в груди остывает последней строкой — тишина.
«Вот и пришло мое время проститься…»
Вот и пришло мое время проститьсяС белой бумагой, со строчкой напрасной.Больше нет поводов здесь суетиться,Дальние звезды сияют прекрасно.Дальние звезды все ближе и ближе,Так и влекут красотою нетленной…Я этой жизнью уже не обижен,Развоплощаюсь по граням Вселенной.Я благодарен — читатель случайный —То, что со мною ты был в эти миги.Дальше пойдем мы сквозь разные тайны:Я — через вечность, а ты — через книги.
«От предсмертного завтра не скрыться в своих подземельях…»
От предсмертного завтра не скрыться в своих подземельях,Все острее предчувствие самой последней тоски.И находит какое-то оцепененье бездельяПеред белой бумагой, что больше не хочет строки.Да и ты не нуждаешься больше в словах, в утешенье.Всё равно все солгут — это загодя ясно уже…Эта жизнь обернулась крушеньем надежд, пораженьем,Растворилась в кошмаре, увязла в ночном мираже.И с неё ты спросить уже больше не сможешь, не вправе,Отчего не сложилось иначе… Другой человекПоправляет очки в металлической тонкой оправе,Чтоб вглядеться чуть с горечью в наш укороченный век.