Чтение онлайн

Мы провели две недели в Париже, прежде чем вернуться домой, зная, что это будет

последнее путешествие на этот год. Я больше не смогу путешествовать и не захочу быть вдалеке от

дома, когда родятся близняшки.

Когда мы с Каримом поженились, мы много путешествовали пока наш первый сын, Эван, не

появился на свет. Когда он начал ползать, мы устроили несколько путешествий, и я снова оказалась

беременной. Мне плевать. Когда как была заточена в поместье отца в течение долгого времени –

думала, что могу провести жизнь, путешествуя и видя мир, но, побыв с Каримом и моими

мальчиками, я считаю, что это не было вариантом. Я была одинока и думала, что путешествия

заполнят эту пустоту. Я всё ещё люблю посещать разные места и видеть разные культуры, но больше

всего я люблю дом. Где моя семья. Всё, что я когда–либо желала или нуждалась внутри этих стен.

Я беру тарелку и иду к офису моего короля, чтобы съесть мой дневной перекус с ним и

возможно немного вздремнуть на его диване, что я довольно часто делаю. Но я останавливаюсь, когда вижу мужчину примерно моего возраста, ожидающего за его дверью. Он немного выделяется.

Большинство людей идут в офис Карима в каких–то костюмах, но он стоит в джинсах и рубашке поло.

Я смотрю на стража, стоящего за дверью, и он тихонько кивает, давая мне знать, что я могу

заговорить с мужчиной.

– Привет, – приветствую его я дружелюбно улыбку.

– Моя королева, – он немного наклоняет голову. Называться так всё ещё странно, даже после

всех этих лет.

– Пожалуйста, зовите меня Жизель, – говорю я ему, как и большинству людей. – Вы ждёте

моего мужа? – интересуюсь я, надеясь, что это не так. Я хотела немного полежать в его офисе и съесть

закуски, пока мальчики спят. У нас не так много времени побыть вдвоем, и мы наслаждаемся им. Я

всегда прихожу в одно и то же время каждый день, и он никогда ничего не планирует на это время, так что я немного удивлена.

– Мне просто нужно кое–что отдать, – говорит он мне, и я киваю.

– Хотите пироженку? – я протягиваю ему тарелку, но прежде чем я даже вижу, как он

протягивает руку, мой муж берёт тарелку из моих рук.

– Стивен, – издает рык Карим, и я закатываю глаза, снова потянувшись за моей тарелкой.

– Не трогай мою еду, – говорю я ему, возвращая его взгляд на меня, и улыбка появляется на

его губах. Я прищуриваюсь, но это заставляет его только шире улыбнуться. Он наклоняется, прижимая

свои губы к моим в мягком поцелуе и я слабею, как и каждый раз.

– Входи, я принесу тарелку и накормлю тебя, – говорит он мне, кивая в сторону двери в его

офис.

Я облизала губы, всё ещё чувствуя его прикосновение, и вошла в кабинет. Я даже не прошла

половину пути, а он уже закрыл дверь в комнату, и оказался стоящим за мной с бумажкой в одной

руке и тарелкой в другой. Он оставляет бумажку на столе и отводит меня к дивану.

– Ложись.

Я делаю так, как он говорит, желая не наступать на ступни. Он берёт одно из пирожных и

кормит меня им, затем подаёт мне другое. Я стону, когда он садится на другом конце дивана,

складывая мои ступни на колени и снимая обувь. Он начинает разминать их. Я не знаю почему, но его

сварливость, которая всё ещё есть, делает что–то со мной. Это должно раздражать меня, но, кажется, это только заводит, и я думаю, что он знает это. Это также может быть, потому что, когда бы он

указывает мне, я всегда становлюсь почему–то счастливой.

– Я только на четвёртом месяце, а они уже опухли, – ворчу я, когда его пальцы обхватывают

мои лодыжки. Я не знаю что лучше, вкусняшки или массаж стоп. Спасибо Богине, мне не нужно

выбирать я могу наслаждаться и тем, и тем.

– На этот раз у нас близнецы, – он на мгновенье перестал массажировать и поднёс ладонь к

моему животу. – Два маленьких мальчика за раз.

– Девочки, – исправляю я, заставляя его прищуриться. – Да, – говорю я ему – это факт.

Он выдыхает, зная, что я права. Я предположила двух мальчиков, когда он был уверен, что это

будут девочки. Мы никогда не спрашивали, когда ходили на сонограмму. Мне нравится сюрприз и

Карим позволяет мне его, не важно, насколько незнание нервирует его.

– Мы должны назвать их Лили и Энн, – говорю я ему. Он перестаёт потирать и смотрит на

меня. – Это милые имена и, ну, мы соединили мена мальчиков с именем твоего отца, так что… – я

знаю, насколько он любил свою маму, и как скучает по ней. Я желала бы встретиться с его

родителями; они были замечательными. В конце концов, наши детям будут всегда носить их частичку

с собой, потому что я знаю из историй, что они были бы удивительными дедушкой и бабушкой.

– Мне бы это очень понравилось, – он немного жёстко сжимает меня и продолжает потирать.

Я складываю ещё одно кондитерское изделие в рот и возвращаюсь к наслаждению моим

абсолютным блаженством. Когда я смотрю верх, я вижу, что бумаги, которые он принёс лежать на

столе.

– Что принёс мужчина, которого ты напугал?

– Он должен был быть испуганным, беря кондитерские изделия, которые сделала моя жена, с

её тарелки.

Я снова закатываю глаза, как и каждый раз, когда его ревность начинает искриться. Он

говорит, будто мужчина попытался взять что–то большее, чем еда.

Он щекочет мою лодыжку и заставляет меня захихикать.

– Помнишь крем-брюле, который мы ели в первую ночь в Париже?

– И каждую ночь после этого, – добавляю я. Мы ели некоторых удивительных ресторанах, где

я попробовала лучшие десерты в своей жизни, а затем их доставляли в наш отель каждую ночь, пока

мы не покинули город.

– Я достал тебе рецепт.

– Что! – я сажусь в шоке. Я постоянно просила его, но шеф не хотел рассказывать его.

– Что хочет моя королева, то она получает, – говорит он, сексуальная улыбка распространяется

на его лице.

Он проводит рукой вверх по моей ноге, и я смотрю на него с такой любовью. Этот мужчина

сделает всё для меня. Он делает ВСЁ для меня.