Украденная жизнь
Шрифт:
Айлин тогда часто плакала, а Киаран ее все время утешал, а потом к их компании присоединился Риогалл, немногословный добродушный парень. Они сдружились, не смотря на то, что Риогалл доводился племянником злополучному Питу.
Киаран непроизвольно погладил амулет, спрятанный под рубашкой на груди, и взял Айлин за руку. Она рассмеялась – легко и беззаботно – тряхнула гривой непослушных волос замечательного медового оттенка и подмигнула ему:
– Наверное, тебе не терпится отправиться на остров, не смотря на то, что солнце еще не село, – она переступила с ноги на ногу, оставляя мокрые следы, и уже серьезно добавила, – Жаль, что я не могу пойти с вами.
Риогалл поднялся и подошел к друзьям, они инстинктивно отпрянули друг от друга и расцепили руки, но от Риогалла не ускользнуло их тайное рукопожатие. Он нахмурился. Высокий, почти на голову выше Киарана, с густыми черными волосами, не знавшими расчески, Риогалл походил на медведя. Всегда спокойный и рассудительный, немного тугодум, с грубоватыми чертами лица, он был старше товарищей на год, и уже успел поучаствовать в жеребьевке. Правда, в тот раз ведьма так и не вытянула его амулет, чему Айлин была несказанно рада.
Она посмотрела на озеро – туда, где посреди черной глади безобразной бородавкой выпирал небольшой островок, весь заросший густым кустарником, и невольно поежилась – из самого центра островка поднимался столб едкого черного дыма.
– Смотрите! – Айлин вытянула руку, – Она подает знак!
Почти сразу от частокола потянулась вереница мужчин. Они неторопливо спускались к причалу и сбивались в общую кучу. В основном здесь были молодые мужчины племени, еще не успевшие обзавестись семьей, и совсем юные мальчишки, для которых сегодняшняя ночь должна была стать первой, так же как и для Киарана. Айлин опустила голову и, молча, не прощаясь, пошла прочь. Ни Риогалл, ни Киаран, ее не остановили – женщинам не дозволялось вмешиваться в дела мужчин – они словно забыли о существовании подруги и одновременно посмотрели на заходящее солнце. Все молчали, пока на тропинке не появился старейшина. Это был крупный мужчина лет сорока восьми, седоволосый, с кустистыми бровями, сурово сдвинутыми к переносице, и большим крючковатым носом. Он озабоченно осмотрел собравшихся, поманил одного юношу – самого щуплого на вид – и сказал:
Конец ознакомительного фрагмента.