Чтение онлайн

— Ты права, любимая, работа подождет, — обрадовался Чубатый закрывая ноутбук, на котором он смотрел — по своему обыкновению — порнушку. Горячо любимая им жена, очень редко баловала его интимными удовольствиями, которые он вынужден был компенсировать со своими любовницами. — И что это за игра?

— Это любовная игра между госпожой и ее непослушным мальчиком! Ты готов? — призывно произнесла она маня его к себе пальчиком. Старый сатир ощутил прилив давно забытого возбуждения, и, выскочив из-за стола, бросился к ней.

— Тихо, тихо, тигренок, — притормозила она рвущегося в бой супруга, назвав его так же, как называла Анжела, но он не придал этому значения: — Не здесь. Идем за мной, мой непослушный негодник. Ты себя очень плохо вел, и тебя нужно наказать!

— Накажи меня, госпожа, накажи как хочешь! — у Чубатого окончательно снесло крышу.

— Как хочу? — она призывно облизнула языком ярко накрашенные губы. — Хорошо, мой непослушный мальчишка, ты сам об этом попросил.

Они спустились в подвал, в отдельную комнату, которую обустроил Чубатый для таких игр. У стены стоял Х-образный Андреевский крест. Постоянно заигрывая с мужем, Вера подвела его к этому кресту и приковала к нему его руки и ноги.

— Ты готов? — жарко прошептала она ему в ухо, прикусив зубами мочку.

— Готов, готов, моя госпожа! Начинай скорее! — проблеял старый сатир.

— Ну хорошо, тогда я включу возбуждающий фильм и начнем. Смотри его, а я пока переоденусь, — улыбнулась она ему, и, подойдя к пульту, включила видео на большом экране. На нем появился: их двор, и Андрей, и Афанасий, он сам и юная Вера.

Сладострастная улыбка медленно сползла с лица убийцы. Он впился глазами в экран.

— Это что? — прохрипел он, испуганно переводя глаза с экрана на свою жену и обратно. Вера переоделась, надев джинсы и рубашку.

— А ты не узнал? — произнесла она язвительным голосом, в котором уже ничего не осталось от той игривости, которой она его заманила в подвал. — А это все мы, сорок лет назад. За день до того, как ты убил Андрея. Моего Андрея, — в ее голосе зазвучала такая ненависть, что Чубатый чуть не обмочился от страха и предвкушения расплаты.

— Верочка, это все неправда! — заверещал он.

— Заткнись! — бросила она ему. — Все это правда! Ты и Афанасия живым сжег, и работу их украл. И жизнь мою — вместе с любовью — украл. Чубатый, пришла пора платить по счетам!

— Верусик, неужели ты меня убьёшь?

— Я? Нет конечно! Пачкать свои руки, о такую скотину как ты, я не стану. Но есть люди, которые это сделают за меня! Прощай и будь ты проклят, тварь! Заходите! — скомандовала она. В комнату вошли два охранника с битами в руках.

— Секундочку, — она подошла к мужу и вколола ему в шею заранее приготовленный шприц. — Это для того, чтобы твое удовольствие не закончилось раньше времени. Ты погиб в автокатастрофе. Но на нашем семейном участке будет похоронен только твой пустой гроб. Нечего поганить таким как ты наш погост. Приступайте, вы знаете, что нужно делать! — скомандовала она охранникам.

— Верусик! — заорал Чубатый.

— Прощай! В Аду тебя давно уже ждут, — жена с презрением посмотрела на него и решительно вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

— Ребята! — в мозгу Чубатого лихорадочно крутились мысли о том, как спастись. — Не делайте этого! Сколько она вам заплатила? Я дам вам вдвое… нет, втрое больше денег! Только отпустите!

— Сколько она нам заплатила? — произнес один из них, разминая руки взмахами биты. — Ни сколько, ни одной копейки! Она сразу нас предупредила, что ты захочешь откупиться.

— Тогда почему вы это делаете? — с отчаянием спросил приговоренный.

— Почему? Мы скажем ему, Олег? — он обратился к напарнику.

— Конечно скажем. Мы долго ждали этого момента, — ответил Олег. — Ты, жалкий сморчок, совратил его дочь и мою племянницу: чистую, домашнюю и светлую девочку, которая училась у тебя на курсе. А она не выдержала позора и покончила после этого с собой. И как в последствии оказалось, ни она одна пала жертвой твоей похоти. Мы ее даже на кладбище по человечески похоронить не смогли, как самоубийцу. Мы устроились охранниками в этот дом. Два года назад и все это время ждали, когда мы сможем отомстить. А хозяйка нас вычислила. Мы думали, что она нас уволит, а она нам такой подарок сделала! Мы после этого вечно будем у нее в долгу! Ну что. Хватит болтать. Аленушка, племяшка родная, твой убийца отправляется в Ад! Возможно, это хоть немного утешит твою душу.

Сергей и Света, держась за руки, вошли в холл главного учебного корпуса медицинского института. В углу стояла, шушукаясь, толпа студентов и преподавателей.

— Давай посмотрим, что там?! — и любопытная Света потащила мужа к столпившимся. Пробравшись сквозь толпу зевак, они увидели большой портрет доктора медицинских наук, профессора, академика, заведующего кафедрой биохимии Анатолия Борисовича Чубатого — в траурной рамке — стоящий на столике, где лежали две гвоздики.

— Что случилось? — спросила шепотом Света свою знакомую, стоявшую поблизости.

— Говорят, вчера погиб в автокатастрофе! Старая сволочь! — с ненавистью ответил та. К ней тоже приставал ушедший в мир иной любитель молодых студенток.

Света и Сергей переглянулись, и, выйдя из толпы, юноша набрал знакомый номер.

— Дядя Жора! Чубатый погиб в автокатастрофе. Его портрет в институте стоит, — он возбужденно сообщил новость генералу.

— Знаю, — усмехнулся Лукин, — наш человек в судебной экспертизе сообщил, что это была такая интересная авария!

— Чем же она интересна? — тут же вмешалась Света.

— Эксперт говорит, что каждая крупная и среднего размера кость, в теле Чубатого, была сломана. На теле следы ровно сорока ударов битами. Причем переломы прижизненные! Но конечно, об этом в официальном акте ничего не будет. Тело уже кремировали! Все улики исчезли.

— Понятно. До свидания, дядя Жора, — Сергей отключился.

— А знаешь, Сереженька, если бы со мной так же поступили как с Верой, я бы ему и мелкие кости переломала бы тоже! — решительно сказала девушка, прижимаясь к мужу.

— Ты моя амазонка, — поцеловал он ее в ответ, — но я точно знаю, что ты так не поступила бы никогда. Ты слишком у меня добрая.

На участке кладбища, где хоронили неопознанные трупы, рядом с мусоркой, два могильщика закончили рыть яму.

— Ну давай, упокоим его и все, — сказал первый и поднял за углы мешок с телом, — что это с ним? Какая-то бесформенная масса. Как будто он без костей.

— Это не наше дело, — хмуро ответил тот, что был старшим, и которому хорошо заплатили за то, чтобы он не задавал лишних вопросов, — нагрешишь как он, у тебя тоже костей не будет. Кидай его и давай зарывать.