Украденный. Книга вторая
Шрифт:
Бако тяжело дышал глядя на него.
— Им нужен час, или два. Пусть пока воины вступят в схватку и…
— Сколько их там, в дыму?! Я слышу крики, но не вижу ничего!
— А как ты будешь биться, если шаманы погибнут?!
Отдышавшись, старший шаман сказал:
— Я сейчас же отдам им приказ отдыхать. После этого слезы еще будут гореть какое-то время. Иди, рука вождя, поднимай воинов и пусть вам сопутствует удача.
Бако спустился вниз, в сопровождении стражи обошёл стены. Прошло немного времени, когда он понял, что земля перестала дрожать и то, что рвалось наружу, успокоилось. Значит шаманы больше не поют и слезы не льются.
Часть 4
Октафор. Глава 17
За дымной завесой слабели огненные отблески. Это прогорали остатки чёрных слёз. Воины замерли и приготовились у разрушенных стен.
И вскоре они услышали их. В вое луши слышалось торжество. Они шли сквозь дым, сквозь редеющий огонь. Бако видел их силуэты, будто тени нарисованные на черном фоне.
— Вам нужно уйти отсюда, — его тянули за рукав.
— Вестовой! Пусть трубят сигнал! — заорал Бако, — Пусть поднимают цепи!
И вскоре в дыму заскрипели, поднимаясь укрепления из железных цепей, натянутых на железные столбы. Бако подумал, какого труда стоило им создать это препятствие и как мало оно даст.
Он снова повернулся к прорехе в стене и не мог отвести взгляда от темных теней, хорошо видимых теперь сквозь редкие полоски дыма. Он уже мог разглядеть ближайшего — высокого, голого мужчину. На нем сохранились лишь несколько обрывков ткани, которая когда-то была его одеждой. Сперва Бако показалось, что на ногах у него черные, глянцево блестящие сапоги, но приглядевшись понял, мужчина шел босиком, смоляные слезы облепили его ступни и голени, а над ними кроваво алели обожженные до костей колени. Но глаза — молочно белые, с плавающими внутри серебряными лунами, не выражали ни боли, ни страданий, ни тоски. Бако содрал со спины лук, вложил стрелу и пустил ее прямо в глаза этого мужчины. И когда он упал, почувствовал что-то вроде облегчения. Но мимолетного — он продолжал бояться его даже теперь.
— Аой! — из тьмы позади него, скудно освещенной кострами, выскочили конники. Он не отдавал команды, они ринулись вперед сами.
Бако крикнул:
— Венанди! Идиот, там цепи! Цепи на поле и горячая смола!
Но в провал за конниками Акуилы Венанди уже рванулись ряды воинов советника Мирама. Пешие, они мчались вперед, крича и воя на все лады, славя своих духов и призывая месть на головы врагов.
Бако спешно отошел в сторону — пока не затоптали. Он понимал, что твориться у них в душах. Напряженное ожидание в течении половины дня и ночи сведёт с ума кого угодно! Слишком много накопилось. Ладно, пусть люди бьются. Это лучше ожидания. Он пошел вдоль стен. Лушь лезла сквозь провалы в стенах, цепи на холме звенели от натуги и земля подрагивала под ногами. Но город держался.
Бако прошел мимо женского резервного отряда. Их было меньше, чем он ожидал, наверное многие из женщин сбежали в подземелья, когда услышали вой луши. Он не мог винить их за это.
У противоположной стены, где был еще один провал, воины советника Рыкаву вели схватку с криками:
— Золото и пламя! Золото и пламя!
Три ряда воинов, сжимающих копья, ожидали, охраняя проход, Бако видел, как глаза у них светились от нетерпения.
Бако вернулся на площадку в башне Вождя, обойдя город вдоль стен. Наверху его ждали вестовые и Кеттер б ыл тут же. Крутился у ограждения, поглядывая во все стороны сразу.
— Пока все идёт очень хорошо! — проговорил он, обливаясь слезами, — Мы можем победить! Посмотри сам — половина луши сгорела, многие застряли в цепях, а наши воины сильны и смелы, и ловки!
Бако глянул вниз и нахмурился. Всё было так, как говорит Кеттер — лушь ещё догорала, других уже отогнали от стен только под башней, некоторая часть луши, что всё же достигла стен и карабкалась вверх без всяких лестниц и приспособлений, цепляясь за выступы в камне голыми руками. К счастью, их было не очень много и лучники снимали их прицельными выстрелами.
— Нужно послать мальчиков за стены у восточного склона, там луши уже почти нет, пусть собирают стрелы с золотыми наконечниками и несут их назад и не важно, где они застряли, — скомандовал он.
— Ты думаешь, рука вождя, нам не хватит стрел? Но луши осталось мало, — спросил его советник Кайлет, который только что поднялся наверх, с докладом, что воины очистили южный склон до самого низа.
Бако не ответил. Стоя на площадке башни Вождя, он смотрел вниз на склоны, которые были хорошо видны теперь сквозь редеющие дымные хвосты. Лушь проигрывала, луши было мало. Их рубили с наскока, их крошили сверху, со стен.
Сквозь темные тучи проглядывали отблески света — занимался новый день. Бако слышал как из-за стены доносится радостный крик Акуилы Венанди — видимо он остался жив и теперь вдоволь драл глотку, празднуя победу.
Всё было слишком хорошо. Так хорошо, что они не могли и мечтать. Слишком хорошо и просто.
— Где же он? — проговорил Бако, думая о колдуне
— Если он проиграл, зачем ему приходить? — ответил Кеттер.
Оба замолчали, а потом Кеттер воскликнул добавил:
— Смотри! Несут раненых.
Внизу, растянувшись вереницей, в крепость вносили носилки. Бако не видел ни ее начала, которое терялось за стенами, ни конца, исчезавшего в подземных катакомбах.
— Все не так плохо, рука вождя, — добавил Кеттер. — Мы можем помогать раненым, можем собрать их с поля. Более того, эти люди ранены из-за своей небрежности, потому, что поспешили за стены вместо того, чтоб ждать внутри — сказал неуверенно, будто себе не веря еще советник Акрам.
— Потому, что лушь закончилась. Неужели это так? — недоумевая сказал советник Кайсе.
Бако слышал удивление в их голосах и вместе с ними удивлялся сам. Если б ещё труп колдуна лежал перед ними! Но Меш еще не сказал свое последнее слово. Где же он? Чего выжидает? Каков его следующий ход?
Бако слушал победные крики Акуилы и его воинов, раздающиеся из-за стен, размышляя, что они не пустили в дело даже свои резервы.
— Я готов благословить короля Евгеника, за чёрные слезы и детальные планы, — пробормотал Кеттер, когда со сторожевой башни на востоке раздались три долгих сигнала тревоги.
— Кто-то спутал сигналы от радости? — пробормотал Кеттер, но Бако только усмехнулся. Он ждал этих сигналов. Иначе не могло и случится, он знал с самого начала, что победу придётся выцарапывать зубами.
— Может быть так они подают нам знак, что остались живы? — пробормотал Кеттер, — Как же они остались живы? Я думал, всех сигнальщиков перебила лушь.
— Лушь не поднимались на холмы, — ответил Бако, — они прошли низом, между ними и…
Что еще хотел сказать Бако тут же забылось потому, что теперь звук сигнального рога прозвучал с южных холмов, а затем в запада и с севера.