Укради меня. Будет горячо
Шрифт:
— Демид, это просто великолепно! — нахваливала совершенно искренне.
— Просто не горелый, ничего особенного, — подколол он.
Вдруг наш разговор прервал мой зазвонивший телефон.
— Это Оля Шувалова, — зачем-то сообщила Демиду. — Алло.
— Ну привет, Мария, — нетерпеливо произнесла она. — Может уже расскажешь, что происходит? А то я умру от любопытства.
— О чем это ты? — спросила, скрывая улыбку.
— О том, что в данный момент не состоится твоя свадьба. Что ты ее вдруг отменила. О том, что мы не знаем подробностей. Я решила, что ты перевариваешь решение и хочешь побыть одна. Но сил больше нет терпеть. Расскажи хоть что-нибудь! Даже Шувалов на иголках!
— Это долгая история, Оль, — проговорила я, подняв глаза на Демида.
— Приезжай сегодня. Пообедаем и расскажешь.
— Хорошо.
Попрощавшись, сбросила вызов и поймала на себе грозовой взгляд.
— Что? — растерянно спросила.
— Собралась куда-то? — прозвучало испытующе.
— Басаргин, если твоя стратегия — жениться на мне и не выпускать из дома, то лучше сразу пересмотри ее. Я еду к подруге, потому что мне предстоит объяснить, куда делся один жених, и откуда взялся второй.
— Хорошо, поедем вместе, я собирался тоже с Ратиком поговорить.
— Нет! — слишком резко выпалила я.
— Не понял, — насторожился Демид.
Ну и как объяснить Басаргину, что Оля боится даже упоминания о нем. Поэтому, прежде чем показываться как пара, нужно подготовить почву.
— Демид. Я хочу сначала ей рассказать, а не с порога шокировать тем, что мы вместе.
— А что тут шокирующего?
— Ты, Басаргин. Оля… Короче впечатлительная.
— Ясно. Ладно, — как-то слишком быстро согласился он.
— Ты обиделся?
— Я тебе что, девочка-ромашка?
— Все могут обижаться.
На это замечание Басаргин только презрительно скривился.
— Надеюсь, если Никитоз тебя привезет, это не слишком сильно впечатлит Ольгу?
Плохо скрываемый сарказм…
Точно обиделся.
Я пыталась несколько раз заговорить с Демидом перед отъездом, но это ни к чему не привело. Он закрылся и не выдавал ни единой эмоции. Ничего не понятно, но очень интересно.
Приехав к Шуваловым, надеялась, что еще на входе их детвора снесет меня с ног, но в доме была тишина.
— Не прислушивайся, спят они, — послышался голос Оли, а через пару секунд она оказалась рядом со мной и обняла. — Ну, Машка, ты даешь!
— Ты себе даже не представляешь, — произнесла загадочно.
— Привет! — бодро проговорил, появившийся Шувалов. — Правильно сделала, что послала своего хлюпика нахер. Но мы хотим немедленно знать: когда, как и почему.
— Сплетники, — рассмеялась я и ответила на приветственное объятие Ратмира.
— Не помешаю? — обдал ледяным холодом слишком знакомый голос за спиной.
— Дёма, наконец-то, — просиял Шувалов, отодвигаясь от меня. — А то пропал: ни слуху, ни духу.
— Разборки, — односложно буркнул Басаргин.
Вот что за человек? Сложно ему хотя бы немного дружелюбия на лицо натянуть. Не удивительно, что Оля вся сжалась и побледнела от его появления.
— Знаете что, — заключил Ратмир, явно считав недовольство Демида, — идемте за стол. Посидим, поговорим.
— Вы идите, — произнес Басаргин, при этом неотрывно глядя на меня. — Я бы хотел переброситься парой фраз с… Марией. Пустишь в кабинет, Ратик?
— Конечно, — тут же ответил он, по очереди разглядывая нас с Демидом. — Идем, Львица.
Судя по лицу Оли, она была уверена, что Басаргин меня, как минимум, прирежет. И, честно говоря, я склонна была согласиться. Не понимаю, что нашло на него, но Демид был в шаге от бешенства.
— Демид… — заговорила, но он схватил меня за руку и, не произнося ни слова, потащил в сторону кабинета.
Когда мы оказались внутри, Басаргин захлопнул дверь, повернул замок, а затем, удерживая за запястья, впечатал меня в стену.
— Объясни пожалуйста, что происходит, — прошептала я, потому что стало страшно.
— Это ты мне объясни, — ядовито произнес он, — почему, ты едешь в дом своего бывшего, даешь ему себя лапать и скрываешь наши отношения?
— Что? — мне хотелось расхохотаться от бредовости происходящего. — Да причем тут Шувалов? Во-первых, мы сто лет дружим. Во-вторых, он меня не лапал. А, в-третьих, я не собиралась ничего скрывать. Дело вообще не в Ратмире!
— Ага, а во впечатлительной, Ольге, — сказал с издевкой.
— Да, Басаргин! — взорвалась я. — Может стоит иногда убирать с лица бандитское выражение? Тогда, глядишь, окружающие не будут приходить в ужас от твоего присутствия! Оля боится тебя с самой вашей первой встречи! А она ко мне на лечение попала с нервным срывом! Я просто переживала, что она из-за страха своего запаникует. Хотела все объяснить. Рассказать, что ты совсем не такой, как кажется на первый, второй и третий взгляд.
— Ты серьезно? — уже спокойнее спросил Демид.
— А ты что подумал? Что, выбравшись из-под тебя я поехала трахаться с бывшим через стенку от его жены и детей? — расходилась все больше. — Думаешь, Оля бы дружила со мной, если бы считала, что я на Ратмира виды имею? Он же не зря ее Львицей прозвал. Она хоть и впечатлительная, но за мужика своего глотку перегрызет!
— А ты? — глухо спросил.
— А я сейчас пойду искать кого-нибудь другого, раз с Шуваловым мне ничего не светит!
Маша, ну почему же ты сначала говоришь, а потом думаешь?
Хотя… Я подумала.
Знала же, что Басаргин от таких заявлений с катушек слетит?
Знала.
Знала же, что нарвусь?
Знала.
И что сделала?
Зажмурилась и сделала шаг, сорвавшись в пропасть.
— Да что ты говоришь? — угрожающе проговорил Демид.
Он резко повернул меня спиной к себе, перехватив ладонью оба запястья. Вторую руку положил на горло, прижимая еще крепче.
— Меня сводит с ума сама мысль от том, что кто-то другой прикасается к тебе, — прошептал Басаргин, задевая губами нежную кожу за ухом. — Ты моя. Я хочу, чтобы это знали все. Но главное, я хочу, чтобы это знала ты.
Пока я пыталась бороться с подкашивающимися коленями и дрожью во всем теле, Демид скользнул рукой к моему животу, развязав пояс на платье.
— Что ты… — договорить не смогла, потому что Басаргин стал покрывать шею поцелуями, периодически покусывая и сразу же зализывая пострадавшие места.