Чтение онлайн

Результат — отрицательный.

3. Великое княжество Литовское. Кроме Ягайла, в нем от Польши вообще никто, ничего не хотел.

Получили: переход в оппозицию к Великому князю, а теперь королю, более трех четвертей населения из-за гонений по религиозному принципу. Вмешательство польских функционеров во внутренние дела ВКЛ, хотя два государства не были формально объединены.

4. Польша. Хотела получить короля с европейскими связями, который смог бы поддержать династию Пястов и тем самым навести хоть какой-нибудь порядок в стране и защитить её от посягательств внешних врагов.

В результате получили короля, несвязанного ни с одной западноевропейской династией, не католика. Совершенно неискушенного в дипломатических интригах, прямого в действиях, как копьё тевтонского рыцаря. Воина, которому в десять раз легче помахать мечем, чем задумать какую-нибудь пакость своим врагам.

Единственное преимущество, которое получила Польша от коронования Ягелло — это то, что новый король был бравым воином. Был ли он хорошим полководцем, вопрос неясный.

5. Тевтонский орден. Рыцари хотели, чтобы в Польше по-прежнему сохранялась неразбериха, а они под шумок, могли её вообще прибрать к своим рукам. Поэтому, как только Ягайло стал королем, Орден сразу пошел войной на Литву, а крещение его объявили лживым. Им было очень не выгодно крещение ВКЛ Польшей. Они сами должны были это сделать, это была их миссия, за это их поддерживал и субсидировал Ватикан, а тут отбирают возможность «честно заработать кусок хлеба».

Как видим по всем пунктам ответ отрицательный. Никто из вышеперечисленных «не хотел, не желал и не жаждал», чтобы Ягайло стал королем. Где та пружина, которая привела в действие этот механизм?

В связи с этим, приходит на ум сравнение из нетленных произведений классиков, в данном случае Ильфа и Петрова. Вспомним «Золотой теленок» и Адама Козлевича, только беспрецедентная наглость и бесцеремонность Остапа Бендера вырвала водителя «Антилопы» из рук ксёндзов. У Ягайла под рукой такого Бендера не нашлось.

В ситуации с появлением Ягайла на польском троне, была еще одна сторона — католическая церковь и даже более конкретно францисканцы — Католический нищенствующий монашеский орден святого Франциска.

Духовником Елизаветы, королевы-матери был францисканец Андрей Васило, по «странному» совпадению он же стал первым латинским пастырем в Вильне после того, как Ягайло начал крестить в латинство своё княжество. Не исключено, что именно его братья склонили Великого князя к крещению своих подданных, а Елизавету к согласию на брак Ядвиги и Ягайло.

Если учесть отношение к религии Великих князей Литовских, начиная с Миндовга, об этом я писал уже выше, то согласие Ягайло поменять веру — неудивительно. Гедимин, Ольгерд и их отпрыск Ягайло отличались редким наплевательством в этом вопросе.

Мать будущего великого князя, вторая жена Ольгерда, тверская княжна Ульяна Александровна крестила своего сына в православие под именем Яков, но видимо вся общественная ситуация веротерпимости влияла на Ягайлу так, что он не вел себя, как ревностный православный. Давал повод называть себя язычником, участвовал в языческих обрядах, носил языческие знаки, хотя формально оставался православным.

Поэтому креститься в римскую веру «для гешефта», он не считал делом преступным. На этом и сыграли францисканцы. Они уговорили Великого князя изменить веру и окрестить своих ближних.

В оправдание Ягайло можно сказать только то, что он не был единственным среди своих современников, часто изменяющих вере. Его двоюродный брат Витовт поступил еще «круче». Если вы помните, его мать Бируте была — языческой жрицей, соответственно он в детстве воспитывался в языческой среде. Затем, вынужденный бежать в Орден, крестился там в католическую веру под именем Виганд. Вернувшись в Великое княжество Литовское и помирившись со своим двоюродным братцем, отрекся от латинства и крестился в православие под именем Александр. После подписания Кревской унии, вместе с Ягайло, он вторично крестится в католичество. Единственное отличие от первых крещений — не стал менять имя, крестился второй раз в римскую веру снова под именем Александр, как в православии. Действительно, некрасиво могло получиться, прямо как какой-то вор в законе. Витовт, он же Виганд, он же Александр, не хватало еще четвертого имени.

Не менее интересна религиозная история родного младшего брата Ягайло — Свидригайло. Не чужд был язычества, во всяком случае, гонений на язычество с его стороны не замечено, спокойно воспринимал идолопоклонничество. В православие Свидригайло был крещен под именем Лев. Понятно, что сыграло роль воспитание русских мамы и бабушки.

Затем в возрасте тридцати одного года, он вместе со своим старшим братом крестился по латинскому обряду и, по-видимому, оставался формальным католиком до конца жизни. Жить ему оставалось еще довольно долго до девяносто семи лет, до ста лет он не дожил всего три года. Почему я акцентирую на словах «формальным католиком»? Да потому что в историю он вошел, как ярый защитник православия. Оставаясь католиком, Свидригайло вел себя, как православный. Во всяком случае, был активным противником представителей римской веры.

Но вернемся к францисканцам. Ядвига, получившая предложение о браке от Ягайло, перенаправила его своей родной матушке — королеве-матери Елизавете. Она была абсолютно уверена, что тот получит от неё отказ. Во-первых: Ядвига была уже обручена с герцогом из приличной королевской фамилии Габсбургов. Во-вторых: кто такой этот полудикий язычник, кому он нужен? Но случается невозможное: Елизавета сразу же дает свое согласие, не забыли духовника Андрея?

Ядвига в шоке и не хочет подчиняться, к ней приезжает её настоящий жених, но не тут-то было. В расчет не принимается ни Габсбургский дом, приславший жениха, ни то, что Вена может пойти войной. Её усиленно обрабатывают лица духовные: «Ибо тебя ждет великий подвиг! Подвиг, коего не добились за столетия усилий орденские рыцари, ибо не в силе Бог!..Тебе, именно тебе предстоит труд преодоления тягостной схизмы, воссоединения всех христиан под сенью престола святого Петра, ибо Бог един, и единой должна быть церковь Христова»![25]

Результат известен.

При такой религиозной толерантности в Великом княжестве Литовском, отношение католической церкви к веротерпимости в Польше, было прямо противоположным. Римская церковь не терпела на своей территории никаких других конфессий, а территорию Литовского княжества, после Кревской унии, несмотря на текст изобилующий неточностями и недосказнностями, она уже считала своей.

Не имея, формальных прав, римская церковь без тени сомнения приступила к крещению Литвы в католичество, пользуясь только прямой поддержкой Великого князя. Это не вызвало энтузиазма у подданных Ягайло, даже соглашаясь на переход в латинство, они после отъезда грозного князя, возвращались к прежней вере — православию или язычеству. Тяжело пришлось католическому духовенству с этим вопросом. Выход у них остался только один, устроить для некатоликов жизнь, мягко говоря, некомфортную.

Чтобы подвести итог этой главе, необходимо отметить, что условия для начала организации украинской национальности, были созданы наличием государства редкого по религиозной толерантности. Кроме того наличием двух враждующих религий, одна из которых не сумев реализовать план по насильственному захвату и последующему крещению Великого княжества Литовского, решила реализовать это тайным, обманным путем. В лице Ягайло был найден руководитель державы, которого смогли, соблазнив королевской короной, поместить под своё влияние и провести план по крещению в римскую веру большой части населения княжества, что самое важное большой части элиты.

В начале восьмидесятых прошлого века в ЦРУ был разработан план под кодовым названием «Доктрина освобождения» — он стал основой для «крестового похода» против СССР, который, наконец-то, для США завершился крушением не только страны, но и почти религии — идеологии коммунизма. В этом плане немаловажную роль занимали «агенты влияния».

Сомневаюсь, что францисканцы были настолько продвинуты в таких технологиях, но в образе Ягайло, так и просвечивает: «агент влияния» на начальном периоде, а затем открытый помощник католической церкви.