Украинский фашизм: страшная правда
Шрифт:
— УПА воюет не против немцев, а только против Красной Армии…»
В ходе неоднократных переговоров с УПА, участие в которых принимали адъютант командира 4-го полицейского полка лейтенант Зефарс, уголовный секретарь СД во Львове Штрейхер, окружной руководитель Рава-Русской полиции безопасности Хагер, капитан полиции безопасности Бухенвизер и другие, Паппе имел возможность несколько раз встречаться с руководителем подразделения УПА.
Во время этих переговоров представитель УПА заверил Паппе, что они готовы выделить в распоряжение немцев один батальон (курень УПА — А.Ф.) для заброски в тыл Красной Армии с задачей срыва там снабжения советского фронта, совершения террористических актов, ведения военной разведки в пользу вермахта. На этом же совещании, в ответ на предложение Рава-Русского руководителя полиции безопасности Хагера, представитель УПА обещал провести в пользу немцев полностью и в срок заготовку и поставку скота, зернофуража, продовольствия.
27 февраля 1944 г. начальник полиции безопасности и СД Галиции доктор Витиска доносил в Берлин штурмбанфюреру СС Элиху и в Краков оберфюреру СС Биркампу о том, что банды УПА избегают вооруженного столкновения с немцами. В тех случаях, когда немецкие военнослужащие захватывались УПА, им предлагалось занять руководящее положение в банде. При их отказе задержанные освобождались и с пропусками УПА свободно возвращались в расположение немецких войсковых частей.
8 апреля 1944 г. уголовный комиссар полиции безопасности и СД Галиции Паппе имел с сотрудником разведывательной группы 1-ц Прюцмана штурмбанфюрером СС Шмитцем беседу о переговорах, которые проводил последний с руководителем банды УПА. В составленной по этому вопросу справке Паппе писал, что Шмитц рассказал, как банды УПА использовались немцами в тылу Советской Армии в диверсионных и разведывательных целях. На основе конкретных фактов Шмитц высказал убеждение, что «банды УПА честно стремятся всемерно поддерживать германские интересы».
Генерал Хауфе предостерегает
Ставшие массовыми и повсеместными переговоры руководителей ОУН-УПА с офицерами подразделений германской армии о совместных боевых действиях против наступающих частей Красной Армии вызывали тревогу в среде высшего командного состава вермахта. И это вполне закономерно. Ведь контакты с представителями немецких воинских гарнизонов и тыловых частей устанавливали, как правило, руководители районных и надрайонных звеньев, отдельных боевок ОУН или небольших вооруженных групп (сотня, курень) УПА. Сведения о подобного рода контактах, положении в среде основной массы оуновцев и их настроениях накапливались в штабах воинских соединений и там анализировалась. В результате командование пришло к выводу, что подавляющее большинство населения западных областей Украины к ним настроено враждебно. Немцы также знали о том, что часть рядовых участников и руководителей низшего звена ОУН-УПА взялись за оружие для борьбы с оккупантами. Все это вызывало недоверие к ОУН-УПА со стороны командного состава германской армии. С другой стороны, не было никаких официальных установок и разъяснений по вопросу ведущихся переговоров как по линии вермахта, так и со стороны абвера. Многие армейские офицеры, будучи в общем осведомленными о негласных контактах представителей абвера и СД с главарями оуновского подполья, недоумевали: «А где же центральный провод ОУН и штаб УПА, каково их отношение к складывающимся взаимоотношениям?»
Учитывая эти обстоятельства, на основе имевшейся обобщенной информации командующий XIII армейским корпусом генерал пехоты Хауфе 29 января 1944 г. издал секретный приказ № 299/44 «Отношение к силам националистической украинской повстанческой армии — УПА (националистическим украинским бандам)». Процитируем основные положения этого документа:
«…Давно установлено, что действия УПА против немцев имеют незначительные масштабы. Немецкие солдаты, попавшие в руки УПА, в большинстве случаев отсылаются обратно в свою часть. У них только отбирают оружие и меняют военное обмундирование на штатскую одежду… Националистические украинские банды ищут контакты с войсками. Имеют место соглашения местного характера. Банды будут продолжать борьбу против советских банд (имеются в виду советские партизаны — А.Ф.) и регулярных красных войск… Все материалы разведки о советских бандах и регулярных красных войсках УПА будет сообщать нам, а также передавать захваченных пленных для допросов.
В своем отношении к УПА в дальнейшем корпус руководствуется следующими положениями:
А. В общем:
Силы УПА борются за свободную Украину и верят в достижение этой цели… В настоящее время они хотят вести переговоры с нами, поскольку рассматривают русских как опасных врагов для настоящего момента.
Из-за неблагонадежности УПА совместные с ней действия в перспективе не являются для нас нужными… Относительно надежности имеющихся соглашений местного характера у нас не существует никаких сомнений.
Б. В частности:
1. Переговоры с отрядами УПА, которые ищут с нами связь, следует вести только через офицеров, имеющих опыт борьбы с бандами.
2. Как можно больше использовать УПА в военных целях:
а) в плане недопущения их борьбы против немцев;
б) в плане борьбы против Красной Армии, советских и польских банд. Для выполнения поставленных нами боевых задач в распоряжение УПА могут быть доставлены в небольших количествах боеприпасы;
в) выдача находящихся в руках УПА немецких солдат, а также солдат армий, борющихся на стороне Германии;
г) получение от УПА сведений разведки о Красной Армии, советских и польских бандах;
д) доставка захваченных УПА в плен военнослужащих Красной Армии, участников советских и польских банд для допросов.
3. Если будет невозможно достигнуть выгодных соглашений с УПА или ее представители в переговорах не будут согласны с пунктом 2 данного положения, то мы будем бороться против УПА и уничтожим ее…»
Нет необходимости комментировать приказ Хауфе. Однако на некоторых моментах следует остановиться. Хауфе с известной долей недоверия относился к ОУН-УПА, и его позиция в этом вопросе значительно расходилась с замыслами абвера и СД. Это, видимо, объясняется тем, что он не был посвящен в тонкости взаимоотношений германских разведорганов с членами центрального провода ОУН и штаба УПА. Так мог появиться 3-й пункт приказа Хауфе, и его нельзя рассматривать как отказ немцев от сотрудничества с ОУН-УПА и поворот к вооруженной с ними борьбе. Именно они стремились в полной мере использовать возможности УПА в борьбе против Красной Армии и советских партизан. А категоричность этого пункта свидетельствует, прежде всего, о сложившихся в период фашизма в Германии моральных принципах и расовых амбициях: «Кто с нами не согласен, должен быть уничтожен».
15 февраля 1944 г. Хауфе подписывает очередной секретный приказ № 531/44 «Взаимоотношения с националистическими украинскими бандами», в котором, в частности, указывается:
«…2. Соглашение, достигнутое с УПА в конце января 1944 г. в районе с. Постойное (33 км. северо-западнее Ровно), было согласовано также в районе г. Кременца и сел Верба, Козин и Березцы (Костопольский район Ровенской области — А.Ф.).
Части, подчиненные штабу (XIII армейского корпуса — А.Ф.), ознакомлены с этой договоренностью, штаб просит поставить об этом в известность войска верхнего района, находящиеся в подчинении штаба 4-ой танковой армии (XIII корпус входил в состав 4-ой армии вермахта — А.Ф.).
Представитель УПА во время переговоров указал на злоупотребления немецких войск, иногда даже с применением оружия, при изъятии у населения скота и продовольствия, что осложняет проведение переговоров… Представителям УПА сказано, что реквизиция скота и продуктов питания уже проводится без применения оружия с немецкой стороны и при участии сельских старост.
3. Задачи УПА — борьба с советскими бандами. При продвижении вперед Красной Армии — нарушение подвоза и уничтожение тыловых служб и коммуникаций. Борьба против немецких подразделений может иметь место в случае, если последние будут проводить реквизиции с применением оружия…».
Копии этих приказов Хауфе направил руководителю германского разведоргана во Львове Витиска и зам. командующего 4-ой танковой армией. Этим Хауфе преследовал цель проинформировать их о складывающихся на участке действий его корпуса взаимоотношениях с главарями местных звеньев ОУН-УПА, а также предостеречь командование армии и львовского подразделения разведорганов о настроениях в среде оуновцев и их отношении к Германии.
На основании полученных от Хауфе материалов зам. командующего 4-ой армией 24 февраля 1944 г. издал приказ № 395/44, которым предписывает командирам подчиненных 4-ой армии частей: