Чтение онлайн

Но одной из важнейших задач, доставшихся «младоукраинцам» по наследству от старого поколения украинофилов, оставалось сплочение «украинских» сил и самоубеждение в справедливости дела. Материалы Киевского жандармского управления содержат весьма показательные примеры подобной деятельности. Так, в 1898 г. студент Киевского университета В. Доманицкий, в будущем ставший историком-популяризатором и кооперативным деятелем, занимался тем, что рассылал конспиративные письма (под псевдонимом Диваковский) студентам высших учебных заведений России, симпатизировавшим украинскому движению. В них помимо прочего (например, предложений о поставке украинской литературы, в том числе галицийской) он убеждал своих единомышленников, что «украинское возрождение является не химерой и пустой мечтой, а потребностью народных масс» [75] .

В Петербурге несколько студентов создали нелегальный кружок социалистов-федералистов [76] . Основной задачей кружка его члены считали национальное развитие украинской нации, а в политической сфере – полную автономию Украины [77] . В 1891 г. в Каневе несколькими молодыми людьми создается тайное Братство тарасовцев. В качестве своей цели братчики добивались достижения самостийности и автономии Украины, ее развития и укрепления как национальной единицы (языка – «органа духа и проявления психологии народной», культуры и т. п.). Они не сомневались, что «Украина была, есть и всегда будет отдельной нацией, и как каждая нация… потребует своей национальной воли для своей работы и прогресса». Тарасовцами были впервые сформулированы обязанности человека – члена нации перед всей нацией. Исходя из них, каждый украинец в общественной и частной жизни должен быть последовательным и делать все, что требует идея «возрождения» Украины [78] .

Идеология прочих младоукраинских кружков и обществ была аналогична тарасовской. Показательна не только политизация движения, произошедшая под воздействием как внутренних механизмов, так и внешних факторов, обусловленных социально-экономическим развитием России, Галиции, становлением мирового социалистического движения, но и его «национализация». Новое поколение окончательно сформулировало свою национальную украинскую идентичность, превратило украинство из культурной и культурно-этнической категории в категорию национальную, установило связь между украинской нацией в целом и отдельным «украинцем» – членом этой нации. Оно порвало с двойной идентичностью, причем даже не только с «малорусско-русской», но и «украинофильско-малорусской», которая была распространена среди многих украинофилов старшего поколения. Стоит сказать, что новое поколение отвергало даже сам термин украинофилы, называя себя «національно свідомими» (национально сознательными) украинцами [79] . То есть такими, которые были «украинцами» не только по происхождению или даже не только по сознательному использованию «украинского» языка, но и по глубокому убеждению, посвятившими свою жизнь служению «украинскому» народу. Писатель и учитель Б. Д. Гринченко, как раз «національно свідомий», это служение своих единомышленников выразил следующим образом: «Свободы! Свободы украинскому народу, как самостоятельной национальной единице, думать, верить, говорить, писать, трудиться и в своем крае управлять так, как он сам того хочет» [80] .

Национальные процессы по-прежнему активно развивались главным образом в Галиции. Там продолжается формирование украинской культуры, истории, языка, возникают первые политические организации, ведется идеологическая работа, обсуждаются, в том числе в прессе, проблемы национального и государственного развития Украины. Все большее распространение получает концепция соборности, утверждающая единство всего украинского народа вне зависимости от государственных границ. Начинается увязывание национальных и социалистических идей, причем происходит это не только в Австро-Венгрии, но и в Малороссии, куда эти идеи проникали в том числе стараниями украинских националистов из Галиции. Например, в Киеве появился интеллигентский кружок «Украинская социал-демократия», созданный в 1896 г. И. Стешенко и Л. Косач-Квиткой (Леся Украинка).

Благодаря давним народническим и либеральным традициям отечественной интеллигенции новое течение все активнее утверждается и в России. Кружки, связанные с социалистическим учением, возникают не только в Киеве, но и в других городах. Появление в Галиции и Малороссии партий и обществ с политической окраской и политическими требованиями было предвестником того, что украинское движение стоит на пороге организационно-политического оформления и уже начало эволюционировать в этом направлении. И в феврале 1900 г. в Харькове возникает Революционная украинская партия (РУП), ставшая тем корнем, из которого впоследствии выросло большинство украинских партий. Она была создана представителями народнически (Б. Ярошевский), социалистически (Л. Украинка, Д. Антонович, М. Русов) и крайне националистически (Н. Михновский) настроенных кружков [81] . Общей платформой для людей со столь разным на первый взгляд мировоззрением был национальный вопрос.

Поскольку все эти люди мыслили национальными категориями и определяющим для них был именно национальный фактор, то всех их, вне зависимости от позиции по социально-экономическим вопросам и разной степени интерпретации национальных проблем, можно считать украинскими националистами. Национальная направленность имелась у всех украинских партий. Именно благодаря этому они и существовали как «украинские». Те представители социально активных кругов малороссийского общества, кто не разделял украинскую идеологию или был равнодушен к «украинскому вопросу», а таковых было очень и очень много, вливались в общероссийский политический процесс и пополняли ряды общероссийских партий, в том числе революционных. Такие люди, по горьким замечаниям «национально сознательных украинцев», были навсегда потеряны для украинского движения и тем самым значительно ослабляли дело национального становления Украины [82] .

Национализм можно считать чем-то единым только при широком взгляде на него, когда нужно установить его суть, его основное положение, а именно определенный способ видения и понимания окружающего мира и продиктованную этим способом видения социальную практику. При более пристальном взгляде обнаруживается, что в рамках этого способа существует множество оттенков и направлений, зависящих от самых различных факторов – происхождения, социального положения, воспитания, образования человека, его эмоциональности и темперамента, специфики жизненного пути, окружения и прочих внешних условий, от воздействия которых зависит, в какой форме и в какой степени эти категории национального будут определять мышление и социальное поведение человека. Таким образом, национализм как способ мышления и социальной практики является единством во множестве, феноменом сложным и многоликим.

Украинское движение имело под собой общий фундамент и общий вектор развития. Но в силу того, что в движении принимали участие люди разные, имевшие разное видение будущего Украины, оно не могло быть монолитным и не было таковым. Это наглядно продемонстрировала судьба РУП. Вначале, как уже было сказано, в нее вступила украински настроенная молодежь и интеллигенция различных направлений, от радикально-националистического до социалистического. Появилась у нее и идейная платформа. Ее по просьбе Д. Антоновича написал Н. И. Михновский – адвокат, названный впоследствии отцом украинского национализма. Его брошюра под названием «Самостийная Украина» ясно и недвусмысленно давала понять, что Украина – особый национальный организм, являвшийся таковым еще в XVII в., а затем насильно (в обход Переяславской конституции, якобы заключенной между Московским государством и Украинской «республикой») подчиненный Россией и угнетаемый ею. Поэтому, заключал автор «Самостийной Украины», «единая неделимая Россия для нас («украинцев». – А. М.) не существует» [83] . Поскольку эта брошюра, как и сама РУП, для которой она была написана, оказала серьезное влияние на дальнейшее развитие украинского движения и его идейные приоритеты, имеет смысл остановиться на ее содержании подробнее.

Н. Михновский исходил из того, что современный ему мир стал ареной великой борьбы наций, в том числе наций угнетаемых против наций угнетающих. К числу первых он относил украинцев, причем подчеркивал, что в условиях России им грозит политическое национальное и культурное вымирание. Сохранение национальности, считал Михновский, было возможно только в своем государстве (причем государстве этнократическом), поэтому государственную самостоятельность он считал главным условием существования нации, а государственную независимость – национальным идеалом в сфере межнациональных отношений [84] . Таким образом, борьба за нацию становилась борьбой за государственность, и наоборот.

Борьба предстояла со всеми противниками украинства, и в первую очередь с Россией. Михновский выстроил систему доказательств (весьма спорных с исторической и юридической точки зрения) того, что Россия владеет Украиной незаконно. Суть их сводилась к следующему: после Переяславской рады (договора «равного с равным») Украина сохранила свою независимость и права самостоятельного государства. А поскольку Россия нарушила этот «договор», поправ украинский суверенитет, он терял для Украины силу. Интересы русских и украинцев были, по его представлению, диаметрально противоположны. Как представитель «нового поколения», Михновский решительно порывал с украинофильством. «Времена вышитых сорочек, сермяг и горилки миновали и никогда уже не вернутся». Задача «сознательных украинцев» – возвращение отнятых прав и восстановление «одной, единой, неразделимой, вольной, самостийной Украины от Карпат и до Кавказа». Возвращение их будет возможно в жестокой, кровавой борьбе, потребность которой, с точки зрения Михновского, вытекает из факта национального существования украинцев [85] .

Таким образом, устами харьковского адвоката украинское движение во всеуслышание заявило о своих целях и национально-политических приоритетах. По словам известного деятеля движения В. Дорошенко, РУП стала первой попыткой самостоятельного выхода украинской молодежи на политическую арену под знаменем независимой Украины [86] . Правда, экстремизм отца украинского национализма, его неприкрытую враждебность российской государственности и зацикленность лишь на национальной борьбе разделяли далеко не все активисты движения. Долгие годы им пришлось открещиваться от точки зрения Михновского и ряда ксенофобских положений брошюры – этого «первородного греха» украинского национализма. В 1903 г. РУП официально отмежевалась от взглядов Михновского, приняв принцип автономии Украины. Видный деятель украинского движения и член РУП Б. Н. Мартос позже объяснял это тем, что лозунг полной самостийности «не получил никакого отклика в массах» [87] .