Чтение онлайн

Путь к Зеленому кварталу занял больше часа. Ама взглянула на часы и ускорила шаг – надо успеть на заставу до рассвета, пока на улицу не высыпали торговцы и прочие ранние пташки. Чтобы сэкономить время, пришлось использовать самый быстрый путь, а он пролегал по широкому Большезеленому проспекту, который стрелой пронзал весь квартал и упирался прямиком в заставу. К счастью, фонари опять горели через один, а то и через два, так что недостатка в темных участках не было. Несколько раз на пути встречались такие же блуждающие горожане в темных плащах, но раз за разом они свято чтили «ночное правило»: вышел на улицу ночью – делай вид, что никого не видишь, и тебе ответят взаимностью.

До заставы Ама добралась как раз вовремя: небо на востоке уже начало светлеть. Девушка давненько здесь не бывала, но все осталось неизменным. Над ней нависала все та же серая и безвкусная громадина заставы, что и раньше – целых пять этажей! На всем первом в окнах горел свет. Ама на цыпочках подкралась поближе и по очереди начала заглядывать в окна, пока не нашла, что искала – своего брата. На удачу, он был один в маленькой комнате. Девушка постучала по стеклу. Брат повернулся, увидел Аму, подбежал к окну, распахнул створки и помог сестре забраться внутрь.

– Ама, ты чего в такое время?

– Меня мама к тебе отправила. Держи, – девушка протянула записку от матери.

Брат сломал печать, быстро пробежал глазами по тексту. Его лицо приобрело столь решительное и сосредоточенное выражение, что Ама не удержалась от вопроса:

– Седвик, ну чего там?

– Не твоего ума дело. Сиди тут, я скоро вернусь, – и уже на выходе из комнаты спросил, – Ты голодная?

Ама усердно закивала. После долгой дороги есть хотелось нестерпимо. Брат вернулся минут через пять и поманил девушку за собой:

– Пойдем на пост, сейчас моя смена. Там тебя и покормлю.

Ама поплелась за братом по длинному коридору, вошла вслед за ним в неприметную дверь и с удивлением обнаружила, что они очутились в маленьком доме: едва ли у комнаты мог быть потолок «домиком». Седвик ответил на ее немое изумление:

– Пост стоит на выезде из города, и его решили вынести в отдельное помещение, чтобы лучше следить за выезжающими. Смотри сама, – с этими словами брат отдернул массивную штору, которая закрывала почти всю стену.

Оказалось, там и не стена вовсе, а огромное стекло с широкой перегородкой посередине. Спустя мгновение Ама поняла, что это даже не перегородка, а большие Северные ворота. Из сторожки вели две двери: одна – в город, другая – за его пределы. Таким образом, постовой мог видеть и подъезжающих, и выезжающих.

– К полудню здесь будет давка. И придет второй постовой. Так что мы должны вывезти тебя из города до этого времени. А сейчас садись за стол и ешь, давай.

– Как же это, вывезти? – возмутилась Ама, но все равно принялась за еду.

– Так мама написала. Можешь даже не спрашивать, я и сам толком ничего не понял из ее записки. Мое дело – подсадить тебя к какому-нибудь страннику или купцу, который сможет увезти тебя подальше. А твое, – строго посмотрел он на сестру, – Слушаться меня. Усекла?

Кивок Амы он счел за согласие. Пока девушка заканчивала с едой, к воротам со стороны города подкатил огромный синий фургон, запряженный четверткой лошадей. И что это были за лошади! Огромные, чуть ли не вдвое больше обычных, ретивые и с жуткими зелеными светящимися глазами. Слабый рассветный свет розовыми бликами ложился на их черные лоснящиеся бока.

– А вот это уже интересно! – воскликнул Седвик и отправился наружу.

Ама наблюдала, как он вышел из сторожки, как распахнулась перед ним боковая дверь фургона и как возникла под его ногами первая ступенька прозрачной лестницы. Магия! Девушка всей душой тяготела к этому древнему искусству, но, увы, стиллеров ему почти не обучали. По крайней мере, в широком смысле. Стиллеры познавали тайны человеческой души, учились извлекать, а после и удерживать сны, идеи и даже мечты в своем сознании. Но Аме всегда хотелось большего. Быть может, однажды она научится? И теперь вероятность этого велика, как никогда. Если ей пришлось бежать из Академии стиллеров, стало быть, придется искать новую профессию.

Пока девушка размышляла о своих перспективах, дверь фургона вновь распахнулась и выпустила наружу Седвика. Он застыл на пороге, пожал руку высокому юноше с медными волосами и бегом отправился обратно в сторожку. Распахнул дверь и крикнул:

– Ама, хватай сумку, ты уезжаешь!

Девушка немедленно повиновалась. Волшебный фургон был куда интереснее, чем скучный пост на заставе. Брат помог ей взойти по короткой прозрачной лестнице, проводил внутрь фургона и представил ее тому юноше, с которым недавно обменивался рукопожатием.

– Ама, знакомься, это Джарвин. Джарвин, это моя сестра, Ама, про нее я тебе и говорил. Наш уговор в силе?

– В силе, – уверенно ответил он и повернулся к девушке, – Приятно познакомиться, Ама, проходи и располагайся поудобнее, у нас впереди долгий путь.

Брат порывисто обнял Аму на прощание и прошептал ей на ухо:

– Береги себя, мелкая. Надеюсь, еще свидимся! Напиши мне, как доберешься до места, только матери ничего не отправляй, поняла?

– Поняла. А куда я хоть отправляюсь?

– В Круглый город, – ответил за него Джарвин, – И нам уже пора трогаться.

Бывали у Ли пробуждения и более приятные. Да что уж там, большая их часть была куда лучше, чем это. Потеря сознания всегда приводит к тому, что стиллера выкидывает в его настоящее тело, но Вероника не имела привычки сваливаться в обморок от чего ни попадя. Последнее, что помнила Ли – столкновение с автомобилем. Дело плохо. Ее пустая осталась там, сбитая машиной, и неизвестно, в каком состоянии.

Ли уже приготовилась ворожить перемещение, как вдруг осознала, что и на Изнанке произошло что-то из ряда вон. Начать бы и с того, что фургон раскачивался из стороны в сторону и подпрыгивал на ухабах. Они куда-то едут? Но и это было не самым пугающим. Система жизнеобеспечения исчезла. Впрочем, как и сама Ли. Вернее, ее тело. Нет, она его, конечно, чувствовала, но не видела, вот что действительно беспокоило.

Подняться оказалось нелегко – голова еще кружилась после резкого переноса из пустой. Еле справившись с тяжелой занавеской, Ли очутилась в основном помещении фургона и немало удивилась той компании, которую там застала. На диване сидел Старец, а по обе стороны от него устроились незнакомцы: суровый мужчина в черном и совсем молоденькая девица, по виду еще подросток. Джарвина нигде не видно, как и Плута. Ли догадалась, что друг, вероятнее всего, правит фургоном из кабины и направилась туда, раскачиваясь из стороны в сторону, как тополь на ветру. Из осторожности она старалась обойти диван по как можно более широкой дуге, но ее намерение не осуществилось: фургон качнуло особенно сильно, Ли потеряла и без того шаткое равновесие и приземлилась ровнехонько на диван. Раздался звонкий девичий крик, от которого у стиллера едва не заложило уши. Она мгновенно подскочила на ноги, но незнакомая девица все так же продолжала вопить.