Чтение онлайн

— Вы уже обсудили с Финой стоимость? — поднимает вверх она свои прекрасные бровки.

— Да, приблизительно, и за скорость я дополнительно плачу 100 % от суммы.

— К чему такие траты? — спрашивает она спокойно, в своей манере. Она никогда не была особо эмоциональной, и в этом есть своя прелесть. Конечно, она поняла, что я здесь не только ради фото.

— Люблю красивых девушек. А модели у вас самые красивые, что я видел, — хочется позлить ее за высокомерие и мне это удаётся: в ее глазах вспыхивает пламя, но она быстро берет себя в руки.

— Хорошо Евгений. Как вас по отчеству?

— Можно просто Женя и без отчества, — делаю попытку прекратить этот фарс.

— Хорошо Евгений, — упрямо игнорирует она мои слова. — Я действительно тороплюсь — мне нужно успеть за сегодня обработать кучу фотографий. Вы, пожалуйста, вносите все в тз, а если у меня возникнут вопросы — я вам наберу. И если у вас возникнут вопросы — не обязательно приезжать, вы мне можете позвонить.

— Отлично. Есть визитка? — незамедлительно пользуюсь предложенным вариантом.

— Эмм… Позвоните на ресепшн — я подойду, — уже не так бодро отвечает Маша, пытаясь слиться.

— Думаю, это будет не совсем удобно.

— Да, вы правы, — сдается она. — С собой визитки нет, поэтому можете записать.

Она диктует номер, после чего я все же не сдерживаю улыбку и прощаюсь с ней. Сегодня у меня тоже много работы.

— До, встречи.

Маша

Женя стоит слишком близко. Слишком, чтобы я могла оставаться максимально спокойной. Все же я вчера переоценила себя. Он просто. Не может. Не волновать. Боже, да он красив как греческий бог! И если раньше он был смазливым парнем, то сейчас он уже больше похож на потрясающего мужчину. Он стал еще красивее, хотя еще пару лет назад я думала, что никого красивее быть не может. Оказывается может — он сам спустя два года. Интересно: у него теперь каждый день новая или хотя бы через день? Раньше считала, что менять девушек раз в месяц это часто, а сейчас не удивлюсь ничему.

И вот кто точно утром нашел время на себя: такая прическа явно была создана с помощью укладки. Черная футболка полуоблегает увеличившиеся со времен универа мышцы торса, а от куртки, что он держит в руках, да и от него самого исходит умопомрачительный запах морского одеколона. А еще от него исходит запах уверенности. Той уверенности, что придают мужчине деньги.

И когда он говорит своим сногсшибательным голосом: «Здравствуй, Маша», я понимаю, что буду вспоминать это еще несколько дней. Зачем он приперся?!

Решаю сразу обозначить дистанцию. Он пришел якобы по делу, вот пусть тогда так и остается, иначе мне трудно будет не вляпаться снова, потому что да, он берет своим обаянием, внешностью и харизмой — на это сложно не вестись, а больше ничего в нем нет. И к тому же я знаю, что с любовью такие чувства ничего общего не имеют.

Что ему надо от меня вообще?

И когда они успели с Финой обсудить стоимость? Ушлый какой. И щедрый.

— К чему такие траты? — спрашиваю его, когда он упоминает сумму, но тут же жалею.

— Люблю красивых девушек. А модели у вас самые красивые, что я видел, — отвечает он, а меня огнем обжигает от этих слов. Он совсем не изменился — такой же бабник как и был, но почему меня это задевает!

Стоп.

Я больше не вляпаюсь в это снова…

После огня меня будто окатывает холодным душем, и я прихожу в себя. Это Женя. Да, он классный на вид, возможно цепляют его феромоны, но он тот, кто однажды сделал мне больно, а значит я точно не буду сейчас реагировать на него хоть как-то. Не важно зачем он пришел сюда — я просто сделаю свою работу, и мы разойдемся. Больше ему ничего не светит: ни единой моей эмоции и уж тем более ни единой слезинки. И у меня есть Рома, которого я люблю.

От этого решения мне сразу становится легче, и опять я смотрю на Женю трезвым взглядом. Поэтому когда он пытается перевести наши отношения в неформальный вид своим «Можно просто Женя и без отчества», я возвращаю его на место:

— Хорошо Евгений. Я действительно тороплюсь — мне нужно успеть за сегодня обработать кучу фотографий, — правда зачем-то отчитываюсь я, а следом и вовсе сама себя загоняю в ловушку. — Вы, пожалуйста, вносите все в ТЗ, а если у меня возникнут вопросы — я вам наберу. И если у вас возникнут вопросы — не обязательно приезжать, вы мне можете позвонить.

Женя сразу улавливает смысл и цепляется за это. Ну какое «можете позвонить»?!

И, конечно, в итоге я диктую ему свой номер.

Он уходит, а его победная улыбка еще долго стоит перед глазами.

Медленно плетусь к себе, но когда прохожу мимо Фины, она машет из кабинета, приглашая к себе. Вообще она Афина, но ей не нравится быть созвучной чужеземной столице, а тем более богине войны, пусть и справедливой, и поэтому она говорит называть ее Финой.

— Итак. Кто это? — едва захожу к ней, налетает с вопросом она. — Не, я привыкла, что к Полине то и дело хахали наведываются, от других это ожидала, но вот с тобой проблем, Маша я никак не предвидела.

— Ну каких проблем, Фина?

— А то ты не знаешь! Ни один мужик переплачивать не будет! Запомни! Затрахает ещё своими придирками. Кто он?

— Бывший однокурсник, — вполне честно отвечаю я.

— Спала с ним?

— Что за вопросы! — ахаю я и невольно краснею.

— Яс-с-с-но, — вздыхает она. — О боги, ладно, хоть платит нормально, буду держать фокус на этом, чтоб не свихнуться. Все, иди. Видеть тебя не могу, — машет она головой, утыкаясь в свой комп, и в следующую секунду вновь поднимает взгляд на меня. — Стой. Что с Уваровым? Сколько ещё фоток осталось?

— Пятьдесят.

— Что так долго-то? Опять у Полины лицо отёкшее? Уволю нахрен.

— Не отекшее. Татуировку Уваров попросил убрать.

— Ну точно уволю — говорила не вздумай этого дракона лепить! Нет, чтобы маленькую, аккуратненькую. Ой… Если бы не морда ее красивая. Ладно, работай, Машунь, — уже мягко заканчивает она.

Возвращаясь к себе, сразу достаю зеркало. Мда, это прям какое-то издевательство после вчерашнего. Не надо было так радоваться, что Клыков застал меня в лучшем виде — сегодня пришло возмездие. Чуть ли не хнычу, представляя, как выглядела перед ним. Круги под глазами ушли, но вот волосы, которые я даже не потрудилась привести в порядок, перед тем как выйти из кабинета, просто удручают.

Оставив самокритику, приступаю к работе. А через несколько минут открывается дверь и только потом раздается тихий стук.

— Мааш, можно?

— Да, конечно, Насть, — говорю я и вопросительно смотрю. Обычно она заходит по рабочим вопросам, вот только сейчас выглядит не так энергично как обычно.

Она заходит и аккуратно садится на стул, а потом с загоревшимися глазами говорит:

— Признавайся, кто такой этот Евгений Александрович, — выделяет она его имя особой интонацией.