Чтение онлайн

– Он запихнул, да. – перебила я Борзого. – Зато я тебе тут жизни не дам. Будешь у меня по одиночкам и лазаретам бегать – на последнем варианте я ехидно улыбнулась. Быстро, но он увидел. – И по рукам тебя пустят, если не научишься свой член в штанах держать!

– А кто ты такая, чтобы мне тут угрожать? Бален, да? Пффф… дорогая, у меня тут пол зоны дружков.

– Правда? А что они с тобой сделают, когда узнают, как и где ты меня лапал? Я тут любимица, у меня и твои дружки в обожателях ходят.

– Да я тебя!.. – Борзый кинулся на меня, но охрана почти успела.

Почти…

Я видела, – как будто в замедленной съёмке – что Борзый поднял одну руку и шагнул в мою сторону. Машинально я схватила то, что было у меня под рукой, чтобы защититься. Это оказалась уже открытая игла, которая лежала на специальной салфетке. Когда этот тип оказался в нескольких футах от меня, я не успела среагировать и замахнуться – пришлось бить снизу, прямо в живот. От боли Борзый закричал и скрутился, а когда ярость пересилила боль, уже вбежала охрана и скрутила его.

– Дэр, ты из ума выжила? Наедине с ним! Да ещё и без наручников! Твой отец нас всех тут на убой пустит, как скот! – возмущался один из конвоиров.

– Ну ничего страшного же не произошло, что ты паникуешь вечно? Смотри, как она его пырнула! – вмешался второй – Долго заживать будет. Молодец, малышка! – он погладил меня по спине.

Вся ближайшая охрана и врачи прибежали осмотреться, но я быстро от них отвязалась. Однако меня попросили уйти сегодня пораньше, и я ничуть не возмутилась. Начав собираться, я услышала разговор в районе комнаты для свиданий. Разговор быстро перерос в крик, но я смогла разобрать пару предложений:

– …Какого чёрта меня никто не предупредил!? Я что, должен проверять тут всё каждый день?… Куда его отправили!?.. Ага, и за что?.. А вы где все были в это время!? Дрочили друг дружке что ли!? Как он вообще к девушке приблизился!?.. Ну и кто она?.. Как запрещено? Я что, не могу узнать что–то о здешних сотрудниках?.. Ладно, сам узнаю… Где она!?

Зазвучали шаги.

Я испугалась. Отец с самого начала мне сказал, что я не смогу официально работать в подобных заведениях, так как они с коллегами не смогли найти ме5стечко в трудовом законе, позволяющее тату-мастерам работать в местах содержания преступников. Я с первого дня работы здесь знала, что не все должны знать в моей работе, а исходя из этого становится сразу понятно– если человек обо мне не знает, значит так и должно оставаться. Поэтому вылетела из комнаты и почти побежала к выходу. Сзади я слышала уже обрывки криков:

– Вы, блять, ещё и девушку потеряли? Что это за место?.. Если бы это было так, то тут бы всё контролировалось. Принеси все данные о ней! Живо! Вы пожизненно должны этой девушке за то, что позволили такому произойти.

Узнав, что этот человек может увидеть меня на посту, подписывающую бумажку о выходе, я быстро побежала прочь. Я выскочила в самое пекло. В Нью–Йорке летом очень жарко – а в полдень, можно сказать, смертельно жарко. Я вызвала такси и набрала отцу.

– Привет, кроха. Если это не срочно, то перезвоню чуть позже. Мы с мистером Скидменом сейчас работаем. – услышала я на другом конце трубки.

– Я сегодня пораньше закончила, скоро буду дома. – быстро ответила я и попрощалась.

Такси подъехало ко входу моего дома, я расплатилась и вышла. Идя по тропинке и осматривая на ней камушки, а всё думала о нападении Борзого.

Интересно, что бы он сделал, если бы его привели в наручниках?

Смог бы напасть?

А смогла бы я что–то другое ему сказать, или злость бы не позволила мне?

В голове крутилось множество вопросов, ответы на которые я не знала ответа. Но у меня был и главный вопрос. Тот, который нужно обсудить с отцом: «Кто так яро хотел увидеться с этим извращенцем, и почему он так же упёрто хочет узнать обо мне?»

Я надеялась получить ответы за обедом. Но войдя в дом, я поняла, что папа ещё долго будет занят.

Спустя минут тридцать, на улице я услышала визг тормозов и подбежала к окну. Никто из нашей семьи так не тормозил, да и все были дома. Поэтому я немного напряглась. Если бы приехали бандиты, которых на меня мог натравить Борзый, то было бы куда лучше. Но я Дэра, и мне не может так повезти – приехал Коул.

Нет, не приехал – он прилетел, словно только что участвовал в гонках на смерть.

Я смотрела из окна своей комнаты, как мужчина поправил рубашку, взлохматил волосы и направился ко входу. Выглядел он злым и вёл себя также, но мне показалось, что он хотел это скрыть – толи от своего отца, толи от моей семьи. Однако, каким бы агрессивным он не шёл по улице, в дом зашёл достаточно тихо.

Я решила не спускаться вниз, чтобы не столкнуться с Коулом, поэтому заперла комнату и села рисовать. Хоть для работы мне не нужно было придумывать эскизы, для других клиентов – вне тюрьмы – это приходилось делать. Иногда идеи мне присылали сами клиенты, и мне нужно было добавить только некоторые детали. Но чаще всего, люди просто писали примерную тему или примерный итог, а я сама должна была догадываться, что же заказчик имел ввиду.

Сейчас я как раз рисовала эскиз для девушки, которая хочет сделать себе реалистичное мрачное сердце, но также попросила сделать его нежным. Сочетание «мрачное» и «нежное» я не понимала, так что на него у меня ушло около недели. У этой девушки на завтра уже назначена запись, значит сегодня я должна уже что–то придумать. Пролистав несколько эскизов своих прошлых работ, я наткнулась на цветы. Парень, который их набивал себе, попросил сделать вид, что они вырастают прямо из него – он рассказал, что уже как год чист и хочет в честь этого сделать себе такую татуировку.

– Цветы… они прорастают прямо из тела, а это довольно мрачно… но сами то цветы нежные и невинные, правильно?.. правильно… значит они могут «вырасти из сердца» … цветы добавят нежности, а происходящее будет мрачновато. – довольная, я ударила пальцами по столу. – Супер, это я и сделаю.

Быстро расписав заказчице идею и получив ей согласие, я начала рисовать. Я почти закончила, когда в мою дверь постучались. Это была мама, что странно. Раньше она выламывала дверь или кричала, а теперь вежливо стучится.

Что–то должно было случиться.

Мама за дверью позвала меня ещё раз.

– Дэра, дорогая. – в её голосе так отчётливо слышалось притворство, что мне стало не по себе. – Надо кое–что обсудить, открой пожалуйста.

Я открыла дверь в полном смятении, а мать, придя в своё нормальное состояние, оттолкнула меня и закрыла дверь, оставив нас вдвоём в комнате.

– Если я говорю открыть, то ты, не раздумывая, открываешь! – тихо рыкнула она. – Ты меня поняла?