Чтение онлайн

Безел пока что появился дважды, и каждый раз его вид невероятно утешал Нилит. Прошлой ночью он завис в небе на фоне луны, а на следующее утро сел на веревку, где сушилось белье, и своим криком распугивал голубей и попугаев. Если Джоби что-то заподозрил, то Нилит этого не заметила. Она была готова спорить, что Безел – не единственный сокол в великом городе Аракс. Просто самый сквернословящий.

Нилит поискала взглядом птицу, но вместо него увидела горящие глаза худых мальчиков и юношей самого разного возраста – от сопляков до тех, у кого уже появился пушок на подбородке. Под лохмотьями у них была светлая кожа жителей пещер Эда, но она столько раз обгорела под аркийским солнцем, что на ней появились язвы, похожие на оспины. Мальчики так крепко жались друг к другу в темной дренажной трубе, что были похожи на голову паука-альбиноса с множеством глаз, которые мигают независимо друг от друга. Увидев кремовые шелка и золотые цепи Джоби, мальчики вышли на улицу и двинулись за повозкой, шустро передвигая тощими ногами. Нилит следила за тем, как они, словно голодные коты, петляют, обходя тачки и пешеходов. Не успели они подойти поближе, как резкий свист, который донесся откуда-то сверху, заставил их остановиться. Опустив головы и ссутулившись, они вернулись в трубу. На балконе четвертого этажа одного из зданий полная женщина, белая, словно молоко, сидела, закутавшись в одеяла и держа в руках подзорную трубу.

– Что в тебе такого, преследователь Джоби? Почему тебя не грабят, как любого другого беднягу в шелках и золоте, попавшего на Просторы?

Джоби не сразу заглотил наживку, но случай похвастаться своими достижениями и своим Консорциумом был слишком сочным червяком, и он не мог его упустить. Большим пальцем он поднял одну из цепей, висевших на шее, и показал Нилит символ, выгравированный на золотой пластине.

– Обещания. Услуги. Называйте их, как хотите, но у Консорциума много связей на Просторах.

– Вот как? – задумчиво протянула Нилит. – Тебя послушать, выходит, что Консорциум – такой же, как никситы или Палата Кодекса.

– Для многих это так и есть. Королевская семья считает, что город заканчивается на границе центральных районов, и на Просторах дознаватели Палаты Кодекса – это почти сказочные существа. Но те, кто имеет влияние, прекрасно знают, что такое Консорциум, и понимают, что ссориться с ним не стоит. Поэтому этот символ делает дорогу менее опасной, – сказал Джоби и повернулся к Нилит. – Только глупцы и непосвященные станут нападать на агента Консорциума.

– Если честно, то я не понимаю, зачем Консорциуму заботиться о таком жалком мальчике на побегушках, как ты. Будь я разбойником или душекрадом, то без колебаний всадила бы тебе нож в хребет.

– Я же говорю – только глупцы, – ответил Джоби. – Но это меня не удивляет. Вы похожи на образованную, благородную женщину, однако морали в вас, очевидно, не больше, чем во всех остальных людях на этих улицах.

– На что ты намекаешь?

– На то, что вы – убийца, – сказал Джоби, кивая на молчаливого и мрачного Фаразара. – Нет? Я не прав? Меня редко интересуют подробности жизни тех, кого я преследую и ловлю, но вы, госпожа, разожгли во мне любопытство. Кто он вам, этот призрак? Как вы его добыли?

– Не твое дело, – отрезала Нилит. – Он получил по заслугам – как и все, кто встает у меня на пути.

Джоби фыркнул. Он уже собирался заговорить, когда сзади снова донеслось испуганное конское ржание. Нилит быстро щелкнула по руке Фаразара, и он с отвращением отшатнулся. «Помоги мне», – беззвучно, одними губами произнесла она.

– Проклятый конь! – завопил Джоби.

Он остановил лошадей и спрыгнул в грязь. Хотя сердце Нилит снова заколотилось, арбалет и на этот раз остался на сиденье. Сдувая с губ дождевую воду, Джоби прошел мимо повозки, с подозрением поглядывая на своих пленников.

– Нам нужно убираться отсюда. Этот Консорциум может быть прямо за поворотом, – прошептала Нилит.

Фаразар притворился, что она ничего не сказала, и гордо вздернул голову.

– Ты не обманешь меня, муж. Я знаю, ты не меньше, чем я, хочешь выбраться из клетки – возможно, по другой причине, но у нас обоих на пути стоит этот говнюк. Давай объединим усилия – как тогда, в Абатве. – Она кивнула на преследователя, который все еще пытался успокоить Аноиша. – Фаразар…

– Нет! – сердито рявкнул призрак и еще больше отвернулся от нее. – Я отказываюсь тебе помогать. Ты это начала, вот сама и заканчивай.

– Я вижу, что в дюнах ты нашел пару яиц.

От злости Нилит впилась ногтями в дно повозки и случайно отколола толстую щепку. Нилит сжала ее в ладони, повернувшись спиной к слазергасту. Почему-то она знала, что он наблюдает за ней – всегда наблюдает. Нилит сдвинулась в сторону, чтобы животное не видело, как она берет в руки замок, висевший на клетке. Щепка была прочной, и, поковыряв ей в замочной скважине, Нилит услышала, как щелкают сувальды.

– Ты шутишь, – буркнул Фаразар.

Нет. Нилит поняла, что она настроена серьезно. Замок был громоздким кубом из кованого железа, и она почувствовала, что в замочной скважине великое множество разных зубцов.

– У тебя знакомые взломщики есть? – спросила она.

Фаразар вздохнул.

Не глядя на замок, Нилит не могла понять, что делает щепка – и делает ли что-нибудь вообще. Фаразар с интересом следил за ее работой, и с каждой секундой презрительное выражение на его лице усиливалось. Аноиш никак не мог знать, что они задумали, но тем не менее он им помог, испугавшись каменщиков, которые с грохотом дробили камень неподалеку. Несколько стражников обратили внимание на повозку; происходящее, похоже, их совсем не радовало.

– Спокойно, конь! – крикнул Джоби, наматывая недоуздок Аноиша на руку.

Щепка сломалась, и ее острый край вонзился в палец Нилит. Она выругалась.

– Это безнадежно.

Фаразар фыркнул.

– Столько усилий! Столько дней, недель, проведенных в пустыне. И ради чего? Чтобы оказаться в клетке, чтобы тебя навечно отправили работать в какой-то шахте. Я рад, что увижу твое лицо, когда ты наконец-то поймешь, что проиграла. И, судя по твоей руке, долго ждать не придется.

Нилит стиснула зубы и решила, что любой ценой сохранит хладнокровие. Однако глаза предали ее: взгляд Нилит скользнул к рваному краю куртки. В прорехах потемневшей от дождя ткани виднелось слабое сияние, похожее на свет накрытого колпаком фонаря. Сияние уже достигло ее локтя. Нилит содрогнулась, словно кто-то провел холодной рукой по ее груди. Она услышала какой-то хлюпающий звук и краем глаза увидела, как слазергаст облизывает зубы. Она показала ему неприличный жест.

– Ну а ты, Фаразар? – спросила она. – Какая вечность ждет тебя? Уверена, ты проведешь ее в той же шахте. Проиграю я, проиграешь и ты. Или ты забыл?

– Тьфу! – Когда Фаразару напомнили о том, что теперь их судьбы переплетены, призрак потерял самообладание. Он попытался плюнуть в нее, забыв о том, что он уже не человек, а полужизнь. – Я вообще не оказался бы в этой клетке, если бы ты просто оставила меня в покое!

Нилит уже не могла сдерживать в себе гнев.

– Вот оно, знаменитое себялюбие Талин-Ренала! Тебе всегда было насрать как на город, так и на его жителей, и даже сейчас, когда он прямо перед твоей уродливой мордой, ты слеп, словно младенец. Просто посмотри вокруг! Посмотри, к чему привело твое бездействие. Нехватка воды из Никса, Консорциум… Кто знает, сколько душ эти люди утащили за сомнительные долги? Сколько империй усилились прямо у тебя под носом? Подумай хоть раз об этом, а не о твоих собственных парах. Это все твоя вина, и когда я выберусь из клетки, я покажу тебе, что такое – править, а не просто быть монархом, – с ненавистью выпалила она. – Крассы давно этому научились.

Глаза Фаразара превратились в сияющие белые щели.

– Ах да! Тот великий урок праведной жизни, ради которого ты пересекла половину Дальних Краев. Как же я забыл? Ну, жена, я все еще жду. Пока что никаких откровений я не услышал.

Нилит холодно улыбнулась.

– Урок еще не окончен.

Она стиснула зубы. Угроза прозвучала далеко не так мощно, как ей бы хотелось.

– Какая ты жалкая, жена! – воскликнул Фаразар, забыв об осторожности.

– Согласен, – сказал голос Джоби – хриплый и неожиданно близкий. Преследователь незаметно вернулся к повозке и теперь стоял рядом с клеткой, сжав подбородок большим и указательным пальцами.