Чтение онлайн

– Он так и не пришел в себя, – сказала Лоринда на третий день.

Доктор в ответ только пожал плечами:

– Сотрясение мозга – странное явление, миледи, а ваш муж отличается высоким ростом. Если он упал на голову, то не исключены осложнения.

– Какого рода осложнения? – не отступала Лоринда.

Ответ доктора был весьма неопределенным. Он что-то сказал насчет кровоизлияния в мозг, установить которое, по его словам, весьма трудно, и затем поведал Лоринде длинную историю пациента, который после несчастного случая три недели пролежал без сознания и на время лишился зрения.

Эти сведения едва ли можно было назвать утешительными, и в конце концов Лоринда пришла к выводу, что он крайне мало знает обо всем, что не имеет отношения к открытым ранам.

Когда врач покинул замок, Лоринда поднялась в спальню Дурстана и в отчаянии смотрела на него, все еще лежавшего молча и без движения.

Камердинер, маленький, жилистый человечек по имени Гриббон, был настоящим оплотом силы духа, оказывал неоценимую поддержку и помощь.

– С хозяином все будет в порядке, миледи, – сказал он. – Я выхаживал его во время малярии, тифа и разных тропических лихорадок, а им в Индии несть числа, – и едва оправившись, он снова вставал с постели бодрый и веселый как ни в чем не бывало!

– Он такой бледный, – пробормотала Лоринда, – и к тому же он сильно похудел.

– После того как он подхватил в Индии какую-то болячку, на него страшно было смотреть – кожа да кости, – подбадривал ее Гриббон, – однако очень скоро он все наверстал, если можно так выразиться! Не волнуйтесь, миледи, мы сумеем поставить его на ноги.

Лоринда знала, что, если бы даже они захотели нанять сиделку, в здешних краях найти подходящую кандидатуру было невозможно. Ни один уважающий себя человек не взял бы в свой дом спившуюся деревенскую повивальную бабку.

Следовательно, решила Лоринда, ухаживать за мужем придется самой. Однако у Гриббона были свои убеждения на этот счет, и в конечном итоге ей пришлось уступить ему большую часть того, что он считал своим неотъемлемым правом.

Гриббон умывал Дурстана и сидел с ним по утрам, пока Лоринда спала после ночи, проведенной у постели мужа. Она возвращалась к «своим обязанностям», как называл это камердинер, к чаепитию, после прогулки в саду вместе с Цезарем и Брутом.

– Мы не можем позволить вам так изнурять себя, миледи, – часто говорил Гриббон с мягкой настойчивостью няни, пытающейся совладать с упрямым ребенком.

Именно ему пришла в голову мысль, что, хотя к Дурстану еще не вернулось сознание, музыка могла коснуться его слуха.

– Почему бы вам не сыграть для него, миледи?

– Вы имеете в виду на фортепиано?

– Хозяин всегда любил музыку.

– Я даже представления об этом не имела, – пробормотала Лоринда.

– В Индии у него была одна знакомая дама, которую ему нравилось слушать. Она была очень искусной музыкантшей. Кто знает, быть может, мелодия тронет его душу, хотя он и кажется сейчас таким далеким от нас и не может слышать наши голоса.

Лоринда приказала установить фортепиано в будуаре, расположенном как раз между Спальнями Короля и Королевы. Эта комната как бы предназначалась для женщины: мягкие тона портьер, прекрасная мебель, по стилю и тону напоминавшая ту, что украшала ее собственную комнату.

Фортепиано стояло в углу, и Лоринда оставила дверь в комнату мужа открытой, чтобы, играя, можно было видеть его.

Вряд ли, подумала девушка, ее способности превзойдут искусство той дамы, которую Дурстан когда-то слушал в Индии, и ее охватило острое чувство ревности при мысли, кем могла быть та дама. Вряд ли она принадлежала к числу темноглазых гурий, которые скрашивали его одиночество.

«Я так мало знаю о нем», – вздохнула Лоринда. Ей было известно в основном лишь то, что он с неодобрением относился к ней самой и ко всем ее поступкам.

Однако он сам захотел жениться на ней, и теперь, когда в ее душе пробудилась любовь к нему, девушка готова была молить Бога, чтобы Дурстаном владело не одно только желание получить в свое распоряжение Прайори или взять себе жену из высшего аристократического круга.

Глядя на него, лежавшего неподвижно на постели, Лоринда не могла поверить, что он не столь же благородного происхождения, как и она. В его облике не было ничего от плебея или простолюдина.

Примерно через неделю после несчастного случая Лоринда вернулась в замок со своей обычной прогулки вместе с обоими псами.

– Сегодня чудесная погода, —обратилась она к дворецкому, едва войдя в зал.

– Тут один джентльмен прибыл из Лондона, чтобы встретиться с хозяином, миледи. Узнав о болезни хозяина, он сказал, что был бы очень признателен, если бы смог побеседовать с вами.

– Джентльмен из Лондона? – переспросила изумленная Лоринда.

– Полагаю, у него есть какое-то дело к хозяину, миледи.

– Почему бы в таком случае ему не встретиться с мистером Эшвином? – Лоринда решила, что поверенный в делах или секретарь Дурстана смогут разобраться с любым вопросом куда лучше, чем она.

– Нет, миледи, он настаивал на том, чтобы увидеться либо с хозяином, либо с вами.

– Хорошо, я приму его.

Ей не терпелось подняться поскорее наверх, увидеть, как чувствует себя оставленный ею пациент, но надо было идти к посетителю.

Дворецкий проводил ее в библиотеку, и Лоринда застала там пожилого, седовласого мужчину. Он тотчас встал при ее появлении.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась Лоринда.

– Если не ошибаюсь, вы – леди Лоринда Хейл?

– Совершенно верно!

– Я прибыл из юридической конторы «Хикман, Линкс и Хикман», – пояснил гость. – Кстати, мое имя – мистер Эбенезер Хикман. Мы – адвокаты лорда Пенрина.

Лоринда была изумлена.

– Лорда Пенрина? – переспросила она.

Мистер Хикман улыбнулся:

– Я полагаю, что он все еще зовет себя Дурстаном Хейлом, как в то время, когда он только покинул Англию, но в действительности он лорд Пенрин и является им вот уже в течение шести лет!

Лоринда затаила дыхание.

– Вы хотите сказать, что мой муж – лорд Пенрин? Из той самой семьи, которой принадлежал этот замок?

– Он унаследовал титул после смерти отца, миледи, но в то время он жил в Индии и, насколько я понял, предпочел не использовать его после своего возвращения.

– Но почему? – спросила Лоринда. Мистер Хикман ответил ей улыбкой.

– По моему убеждению, будет лучше, если его светлость сам расскажет вам обо всем подробнее, но мне известно, что у него вышла ссора с отцом из-за решения покинуть Англию и искать счастья где-нибудь в другом месте. – Он немного помолчал. – Старый джентльмен тогда сильно рассердился и, кажется, обвинил сына в том, что он собирается использовать родовое имя в коммерческих целях. – На лице мистера Хикмана снова появилась улыбка. – Зная вашего мужа, миледи, вы можете быть уверены: ничто на свете не могло уязвить его сильнее.