Чтение онлайн

— Поговори с Тирсом. Он что-нибудь придумает. А я закажу простой наряд, чтобы быть в уместном по случаю платье. Что-то еще?

— Я не знаю цен, не видела здешних денег. Не знаю стоимость вещей. Не знаю стоимость жалования за найм и многого другого.

— Тебя интересуют женские вакансии? — с грустью уточнила Эдалина.

— И мужские тоже, — возможно, я обидела викартессу недоверием, но мне важно узнать, чем живут подданные Миритии, и позаботиться о своем будущем.

Удивительно, но Тирс отнесся к моему желанию спокойно.

— Рекомендую посетить район Венкар: столяры, мелкие торговцы, белошвейки, шляпницы, сапожники, шорники, жестянщики. Еще рекомендую посетить городскую тюрьму.

— Зачем?

— Для полной картины. Если узнавать мир, то лучше с контраста. Покажу тебе интересные места, — он заговорщицки подмигнул.

— Я представляю, как живут люди в трущобах, — возразила я и уже не так уверенно добавила: — Правда гостей там не любят. Точнее, очень любят. Особенно их ценности.

— Я позабочусь, — бросил он, уходя. В последнее время Тирс общался со мной сухо, вечно куда-то спешил, хотя я и так старалась реже встречаться с ним. Но сейчас его поведение особенно задело, и я крикнула ему вслед:

— Уже уходишь? А потанцевать?

Тирс остановился, обернулся и, улыбаясь, произнес:

— Вера, ты неподражаема! Обещаю, обязательно станцуем! Но сначала Венкар!

Вечером следующего дня дверь библиотеки распахнулась, и с грохотом вошел Тирс. Отмечая каждый шаг громким ударом трости, разносившимся по огромному залу оглушающим эхом, он подошел ко мне и встал, застыв как статуя.

Я его опознала лишь по шевелюре, потому что он был одет в потертые штаны горчично-зеленого цвета и выцветший грязно-голубой сюртук, когда-то богато расшитый, а теперь во многих местах с распустившимися нитями вышивки. Особенный «шик» одежде добавляли засаленные и блестевшие от жира манжеты и колени брюк. Но даже в этом убожестве Райский выглядел райской птицей. Золотые волосы, перехваченные зеленой лентой, блестели на солнце золотом. А стать, взгляд и походка выдавали в небрежном оборванце аристократа. Я с удивлением рассматривала его.

— Тебе подобрал наряд тоже под стать! — лучась весельем, сообщил он мне.

— А… зачем?

— Для маленького путешествия.

— А… его хорошо постирали? Вдруг подхватим гадость какую? — заволновалась я.

— Вычистили до идеального состояния. Можешь пройти к себе и примерить.

Надо сказать, я не спешила покинуть библиотеку ради такого и раздумывала: стоит ли соглашаться на непонятную авантюру.

— Решила отказаться от задумки? — Тирс приподнял рыжую бровь. По глазам видно, что он уже празднует победу.

— Не дождешься! Вот только я хочу посетить ремесленный квартал, а не трущобы!

— Так едем или отказываешься?

— Едем! — я поднялась с кресла.

В комнате на стуле лежало темное, застиранное платье из жестковатой ткани. Соломенная шляпка с посеревшей от времени грубой вуалью. Точнее, это был застиранный лоскут тонкого хлопка. И уродливая сумочка с деревянными боковинами. Такая старая, что ручка у нее была не родной и отличала по цвету.

«Да он издевается!»

— Тирс! — я распахнула дверь и нарвалась на широкую улыбку.

— Да, милая?

— Ты это на помойке нашел?!

— Нет, милая. Твой наряд одолжила одна знакомая Ворвика. А мой… Я лучше промолчу…

Тут я опустила глаза и увидела, что в одном из его ботинок проглядывает большой палец. Заметив, куда смотрю, он ехидно сообщил:

— Ты еще свои туфельки не видела!

Не ожидала от него такой ребяческой мести. Хотелось крикнуть, что не нужна мне его помощь, что как-нибудь сама справлюсь. А если не пустит — сбегу и все равно посмотрю! Видимо, как всегда, эмоции выдали меня, и Тирс, вздохнув, пояснил:

— Думаешь, что это я надел из мести? — он приподнял штанину и потопал разваливающимся ботинком, надетым на босу ногу.

— Прости. Я просто думала, что мы поедем в ремесленный квартал.

— Поедем. Я в образе хлыща. Ты, как деревенская простушка. Ворвик — одноногим калекой. Потому что по-иному нельзя. В Верхнем Венкаре расположены дома и лавки состоятельных ремесленников. Там все напичкано гасителями. А мы слишком известные персоны, чтобы показаться в истинном облике.

В Нижнем — люд беднее, зато и гасители редкость. А это, — кивнул на костюм, — страховка, если нарвемся на случайный гаситель, и он развеет иллюзию, — объяснял Тирс так спокойно, терпеливо, что я опять почувствовала себя мнительной дурочкой. От неловкости сцепила пальцы и попыталась найти подходящие слова, чтобы объясниться, но он отмахнулся:

— Да будет! Лучше примерь обновы.

— Мне облачаться в них с Гаредой?

— Пожалей бедную женщину! Она умрет от одного взгляда на наш вид!

Вот как он умудряется быть противным и одновременно милым? Легкомысленным гаденышем и наставником? Так просто взял и показал, что он — викарт, родственник императора, спокойно облачился в дырявые ботинки и замызганную одежду. И даже это не уронило его достоинства. Я же едва бунт не устроила из-за тряпья… Словом, ткнул носом, кто из нас выскочка.

Так, попрекая себя, что надо быть сдержаннее и многому учиться, надела платье.

Шнуровка позволила приталить его по фигуре, но оно все равно оставалось ужасным.

Потрепанные оборки были везде: на горловине, манжетах и лифе, делая мою и без того не маленькую грудь, еще больше.

— Ужас какой! — оценила себя, повертевшись перед зеркалом. От разглядывания отражения отвлек стук.

— Не забудь румяна! — в приоткрытую дверь просунулась рука рыжего аватнюриста. — А еще у меня для тебя есть помадка!

— Я оделась, можешь зайти!

Войдя, Тирс застыл на пороге, с баночками в протянутых руках. Пока его взгляд медленно поднимался от подола к моему лицу, я от смущения и неловкости начала заливаться краской. Перед ним отчаянно хотелось быть красивой.

Спохватившись, что сейчас опять выдам себя с головой, выхватила у него румяна и помаду и бросилась к зеркалу. Открыв баночки, я хмыкнула:

— Сам выбирал? — темно-лососевые румяна и темно-коричневая помада даже Эдалине не подойдут, а мне и подавно.