Чтение онлайн

Потом они забрели в магазин домашнего текстиля.

— Нравится? — спросил Рома, заметив, как Диана поглаживает пальцем набор из тонкого сатина нежно-бирюзового цвета в мелкий цветочек.

— Не могу представить тебя в таком цвете, — улыбнулась Диана.

— Тогда представь нас вместе на ней, — прошептал Рома. — Бля, сам попался в свою же ловушку, — проворчал он, засовывая руки в карманы брюк.

— Теряете хватку, капитан Львов, — тихонько засмеялась Диана над его попытками скрыть эрекцию.

— Да, принцесса, только по званию и только таким голосом.

Они ходили по рядам с бесчисленными вариантами расцветки, и к каждой Диана кидалась с горящими глазами, а Рома послушно следовал рядом. Во многом у них оказался одинаковый вкус, оба не любили ярких расцветок и аляпистых узоров.

Вышли они из магазина с дюжиной комплектов самых разных цветов.

— О, смотри, магазин штор, — обрадовалась Диана, но Рома обхватил ее за локоть и отрезал:

— Мы едем домой, пока я не отымел тебя в туалете торгового центра. Остальное купим в следующий раз, — и буквально поволок ее в подземный паркинг.

Дома они выпили красного вина из новых бокалов, потом долго и нежно занимались любовью на новой постели. И с каждым разом у Дианы оставалось все меньше желания уезжать домой и проводить одинокие и темные ночи в своей комнате.

— Власов в здании! — пропищала Наташа, пулей пробегая мимо Дианы.

— Власов? Кто такой Власов? — спросила она у Лелика, который шел рядом.

— О, это… — парень закатил глаза, — лакомый пончик, обсыпанный сахарной пудрой. Ты знаешь, как выглядит идеально пропеченный пончик? Манящий снаружи, соблазнительный и неотразимый. Жаль, Власов из той выпечки, об которую можно зубы пообломать.

— Я не это имела в виду, Леля, — усмехнулась Диана. — Что он делает тут, в редакции?

— А, да это наш генеральный.

— Я думала, Марьяна тут всем заведует.

— Она и заведует. Но время от времени к нам приезжает инспекция в лице главного пончика.

— Ты знаком с ним лично?

— Ага. Как я, главный дизайнер нашего журнала, могу не знать, кто им управляет?

— Ну и что он тут инспектирует? — взволнованно спросила Диана.

— Обычно считают бабки. Главный показатель рентабельности. Растет ли аудитория. Есть ли смысл и дальше держать его на плаву.

— Конечно, есть! — вскликнула Диана. — Ля фасон самый продаваемое глянцевое издание! А на сайте каждый день тысячи уникальных посетителей!

— Ой, наслушалась наших пиарщиков, — хохотнул Лелик, но Диане было не до смеха.

— Но не может же этот Власов щелкнуть пальцем и все тут прикрыть!

— Может, дорогая, еще как может, — саркастично ответил тот, распахивая дверь в свою студию. — Это титан в мире бизнеса. Ему такие Ля фасоны хоть каждый день открывай да закрывай. И если баланс в этот период будет меньше, чем в прошлый, то… — Лелик развел руками и выразительно приподнял идеальные брови. — Так что в Багдаде не всегда спокойно, поверь мне.

— И бывало такое, что баланс был в минусе? — спросила Диана, сжимая в пальцах папку, полную своих работ, и пухлый блокнот, который заполнился пометками на два месяца вперед.

— Ой, да конечно! — ответил Лелик, листая ежедневник, и делая пометки. — Всегда есть периоды затишья. Обычно после больших праздников, либо кризисов, когда людям не до моды, они думают, как бы хлеба купить.

— Но ведь сейчас вроде все спокойно, — пробормотала Диана, стоя у двери и сжимая папку.

— Так, дорогая, давай-ка я налью тебе душистого кофе. Ты чего так распереживалась? Такие налеты и проверки случаются постоянно. Представь, что приходится переживать Марьяне.

— Да уж, — выдохнула Диана, садясь за столик. Лелик запустил кофе-машину, обернулся к Диане и оперся о стол.

— Марьяна принимает все удары, а потом разносит тут все в пух и прах. В такое время лучше прятаться под стол. Хотя, в свете последних событий, Марьюша у нас стала добрее и…

— Каких таких событий? — с удивлением спросила Диана.

— Я о замужестве. Кстати, я накидал эскиз свадебного платья. Глянешь?

Диана ошарашенно зависла. Вот дела! Пока она почти не вылезала из кровати Ромы и наслаждалась новой жизнью, Марьяна выходит замуж!

Лелик подошел к своему столу из грубо сколоченного дерева, склонился над своим ящиком, набрал код и вытащил черную папку.

— Такие дела надо держать в секрете, — подмигнул он Диане. — Я думал, ты знаешь о Марьянкином женихе.

— Ну…я…

— Ага, была увлечена своим суровым военным, — хмыкнул Лелик и Диана покраснела. — Ой, да ладно, вы мне чуть примерочную не спалили, а она еще смеет краснеть после того, как увела из-под носа тако-о-ого красавчика.

— Лелик!

— Пф, скромница какая, — Лелик разлил в два высоких бокала кофе и понес к столу. — Ладно, короче, я, конечно, тот еще болтун. Но про дела Марьяны ни с кем ни-ни, только тебе сказал по старой доброй…

— Лелик, не переживай, — Диана приняла чашку душистого латте. — Я ничего никому не скажу. И, спасибо за кофе.

— Вот видишь, и кофе я наливаю лишь старым добрым проектам.

— Проектам? Я думала, ты о дружбе.

— Тебе со мной дружить — себе дороже. Уверен, твой моряк будет дико злиться, если узнает, что лучшая подружка его принцессы — гей.

— Павел, — тепло проговорила Диана, накрыв тонкую руку парня ладонью. — Мне все равно, кто что будет говорить. Ты самый светлый и добрый человек, которого я тут встретила. И я очень горжусь, что я твой старый добрый проект.

Лелик поднял на нее взгляд, и выразительные глаза заблестели от непривычного для него приступа умиления.

— Так, ладно, — поморгал он. — Вот, смотри, что я придумал для нашей Снежной Королевы.

Диана раскрыла тяжелую черную папку, перевязанную черной лентой.

— Ух, как секретно, — улыбнулась она, развязывая тесемки. А что, все в черном стиле, отличная идея, надо закинуть себе в заметки. Раскрыла папку и посмотрела на набросок, выполненный грифельным карандашом. В голове вспыхнуло воспоминание о Роме. Как-то раз, поздним вечером после ужина, Диана сидела в кресле, забравшись в него ногами, и лениво щелкала пультом. Рома листал какие-то бумаги, делал заметки, и время от времени поглядывал на Диану. Через некоторое время Диана встала за стаканом воды, нечаянно заглянула в записи Романа, и замерла. Он нарисовал ее, Диану, сидящую в кресле, с теплым пледом на коленях. Он точно передал атмосферу уходящего дня через косые тени сквозь окно, ауру уюта и спокойствия, в котором Диана пребывала. Диана смотрела на мягкий профиль, свои губы, изогнутые в легкой улыбке, чуть сонные глаза, длинные пальцы, обхватывающие пульт. И высокие окна до потолка, на фоне которых она казалась маленькой и хрупкой. В сравнении с тем первым отвратительным рисунком, теперь Диана выглядела совсем по-другому. И чувствовала она себя другой. Вроде та же самая Диана, но влюбленная по уши.

— Так, так, принцесса, — голос Лелика вырвал из задумчивости — Я, конечно, пониманию, что ты в мечтах уплываешь со своим моряком в дальние моря, под алыми парусами. Но будь добра, выскажи свои мысли по поводу моего произведения искусства.

— Прости, — улыбнулась Диана и посмотрела на рисунок.

Она ожидала увидеть что-то более… экстравагантное. С перьями и блестками, пышной юбкой и рукавами-колоколами. Не потому, что Лелик был способен сотворить нечто шедеврально-эпатажное, а потому что для подчеркивания красоты Марьяны не хватит никаких средств. Но это был рисунок скромного, можно сказать, простого платья. Строгий крой, округлый вырез под горлышко, короткие рукава. Юбка, собранная в широкие складки, длиной по пол. Никаких бантиков, ленточек и кружев.