Укрощение зверя
Шрифт:
Птицы-змеи, сотканные из клочков серого тумана, разделились ровно по количеству ходоков, спикировали на них и вонзились в каждого, не оставив никакого следа!
Женщины вскрикнули.
Сознание людей помутилось на какое-то время… и восстановилось без особых болезненных ощущений. Только на какие-то мгновения все почувствовали присутствие в голове чужих объектов наподобие черных дыр, но и эти ощущения быстро прошли.
Илья посмотрел на свои руки, ноги, пытаясь оценить былое стеснение в груди и холод в голове, посмотрел на Влада, и ему не понравился ответный взгляд проводника.
– Что ты на меня так смотришь?
– Его надо оставить, – кивнул Влад на лежащего без движения Ратникова.
Илья нагнул голову.
– Белены объелся?!
– Он стал обузой. Через море мы его не переправим.
Илья раздул ноздри, сцепил челюсти, сдерживаясь. Но раздражение оказалось сильнее.
– Во-первых, он наш друг…
– А что важнее – дело или дружба?
– Идиотский вопрос!
– С ним мы далеко не уйдем, и ты это знаешь.
– Он останется с нами!
– В таком случае я возвращаюсь.
– Эй, малыш, ты на кого голос повышаешь?! – удивился Антон. – Тебе дано указание сопровождать нас, вот и давай, исполняй приказ!
– А вы на него не орите! – окрысился вдруг Шурик. – Мы вам не слуги!
– Чего?! Ты-то сам кто такой?! Тебе слово давали?! Снайпер хренов! Сиди и молчи в тряпочку!
– Дядя, я ведь и ответить могу!
– Да ну?! Испугал ежа голой ж…й! Ну, давай, ответь! Или слабо без винтовочки?
Шурик, поколебавшись мгновение, отставил винтовку в сторону, пригнулся, пошел к Антону боком. Тот отшвырнул пистолет-пулемет, прыгнул навстречу.
– Прекратите! – попытался остановить их Илья.
Валерия кинулась к мужу.
– Антон, не надо!
– Пусть подерутся, – скривила губы Владислава. – Два дурака!
– Что?! – обернулась к ней Валерия. – Ты назвала моего мужа дураком?!
– А разве это не так? Он же бывший зэк… и алкаш…
– Да я тебе язык вырву, колдунья! – Валерия бросилась на Владиславу.
– Дуры, – хихикнул Влад.
Илья, давно едва сдерживающий захлестнувшие душу эмоции, прыгнул к нему и ударил.
Влад попытался поставить блок и увернуться, с криком отлетел на несколько метров в сторону и едва не свалился с обрыва.
Вскочили и отдыхавшие Максим с Данилой, ошеломленные резкой сменой настроения спутников.
– Они что, с ума сошли?! – выдохнул Бусов. – Идиоты!
– На себя посмотри, – не выдержал Ломов-младший. – Они же вдвое старше тебя, и ты не имеешь права судить…
– Да пошел ты!
Данила сжал кулаки, нагнул голову:
– Возьми свои слова обратно!
– Да пошел ты!
Данила бросился на Максима.
Антон двумя ударами уложил Шурика на землю.
Валерия вцепилась в волосы Владиславы, обе упали.
Илья ответил на прыжок и удар Влада и снова чуть не сбросил его с обрыва.
Антон подскочил к упавшим на землю женщинам, оторвал Владиславу от жены и наскочил на кулак Ильи. Упал, перекатился особым приемом, вскочил, хватая с земли пистолет-пулемет.
Схватились за оружие и остальные.
– Остановитесь! – раздался вдруг громовой голос.
Разделенные на противоборствующие пары, десантники замерли, косясь по сторонам, стараясь не выпускать из виду противника.
– Остановитесь! – повторил кто-то с той же мрачной силой и угрозой. – Вспомните, кто вы! Люди или животные?!
Стало тихо.
Илья стряхнул с себя мутное оцепенение, мешающее сосредоточиться на смысле сказанного, оглянулся.
С недалекого холма смотрел на них Георгий с разведенными в стороны руками. В правой руке он держал крест-уморь, в левой – нечто похожее на язычок радужного пламени.
– Немедленно прекратите! – добавил Витязь, вычертив крестом замысловатый знак, оставивший в воздухе светлый след. Затем коснулся креста «язычком пламени», махнул им в сторону Пашина, и к людям понеслась струя прозрачного света.
Илья попытался отпрыгнуть в сторону, но сумел подавить страх в душе и желание выстрелить.
Струя ударила в него беззвучной молнией, вышибла дух на мгновение, а вместе с ним и какой-то визжащий серый клубок дыма. Илья упал на колени, силясь не потерять сознание.
Антон, сообразив, что происходит, поднял ствол пистолета-пулемета, собираясь дать очередь. Но Илья, кусая губы, простонал:
– Не стрелять!
Георгий махнул крестом еще раз, посылая сгусток светящегося тумана.
Сгусток настиг Антона, по-заячьи скакнувшего с камня на камень, вонзился ему в голову, также вышибая из нее клуб черного дыма. Громов согнулся, роняя оружие, оперся ладонями о землю.
Остальные, переглядываясь, попятились.
Шурик поднял винтовку, выстрелил, но Георгий качнулся влево, пропуская пулю, и «выстрелил» в ответ. Уморь метнул струю света, безошибочно угодившую в снайпера. Шурик выронил винтовку, схватился за голову.
Георгий сбежал с холма, продолжая на ходу колдовать с жезлом силы, обезвредил Влада, женщин, но не тронул Максима и Данилу, которые перестали драться и попятились назад, явно не желая подчиняться.
Илья поборол слабость, поднялся на ноги.
Выпрямился с натугой и Антон.
– Что ты сделал?!
– Изгнал бесов, – ответил Витязь хладнокровно, пряча уморь в карман штанов, а «язычок пламени» – в карман на груди.
– Каких бесов?!
– Мороков, – хрипло сказал Илья. – Иннокентий предупреждал нас. Это были они?
Георгий кивнул, разглядывая отступивших к обрыву певца и художника.
– Твою мать! – выдохнул Антон. – Вот почему мы взбесились!
Влад вдруг бросил свой лук и сел на корточки, пряча лицо в ладонях.
– Простите меня!..
Антон похлопал его по плечу.
– Мы все были не на высоте. – Он подошел к Шурику, на лице которого вспухли синяки. – Извини, дружище. Я не понимал, что делаю.
– Я должен был преодолеть мороку, – глухо проговорил Влад. – Меня учили… я готовился…