Чтение онлайн

Лайана не дала крохотному комочку гнева подняться на поверхность.

— Я леди Лайана, твоя жена, — сказала она и, повернувшись в его объятиях, подняла лицо для поцелуя, и, как выяснилось, напрасно. Тогда она поцеловала его, гладя спину и затылок. А потом положила голову на плечо и прижалась как можно теснее.

Роган продолжал стоять на месте. Просто стоять и держать ее в объятиях. До этой минуты он никогда не делал ничего подобного. Женщины были для постели. Для удовлетворения мужских нужд. Для беспрекословного выполнения мужских приказаний и капризов. Не для того, чтобы стоять посреди двора и обниматься. Во всем этом не было ни смысла, ни цели, и все же он был бессилен двинуться с места.

Вдруг Лайана услышала чьи-то шаги и немедленно застыдилась, что ее застанут с мужем в такой неприличной позе.

— Пойдем отсюда, пока нас не нашли, — попросила она.

И Роган снова последовал за ней, когда она повела его по лестнице мимо зала и по коридору, который вел в солар. Здесь же находилась спальня, когда-то принадлежавшая отцу и его женам. Он не был здесь много лет. Оказалось, что Лайана повесила шпалеру на стену, кругом горели толстые, душистые свечи. У одной стены стояла кровать. Над ней висело святое распятие.

Роган было отступил, но девушка потянула его за рукав.

— Пойдем. У меня есть вино, хорошее вино из Италии, и я налью тебе кубок.

Роган не понял, как ей это удалось, но уже через минуту он оказался голый и в ее постели, с серебряным кубком в руке, другой рукой прижимая к себе жену. Ее пальцы играли с его волосами.

Лайана прильнула к нему так тесно, словно старалась стать с мужем одним целым. Ей хотелось засыпать его вопросами о замке, о его обитателях, особенно об Иоланте. И почему Зареда не отдали на воспитание и обучение в семью другого рыцаря, как полагалось по обычаю?

Но сегодня она выплеснула слишком много эмоций и теперь от усталости не могла даже говорить. Просто уткнулась головой ему в грудь, довольно вздохнула и закрыла глаза.

Роган услышал ее тихое сонное дыхание и подумал, что нужно идти. Оставить ее сейчас и найти другое место для ночлега. Как же она посмела поджечь перину? Не проснись он, наверняка сгорел бы вместе со Уэнзди. По всем законам ее следовало бы посадить в подземелье, а на рассвете привязать к столбу и сжечь, в точности как она пыталась покончить с ним.

Но Роган не пошевелился, он поднял ее руку и с любопытством оглядел. Такая маленькая, слабая, ни к чему не пригодная ручка…

С этой мыслью он и заснул, все еще обнимая Лайану.

Проснулся он, когда утро было в самом разгаре и со двора доносился привычный шум. При свете дня здравый смысл снова вернулся к нему.

Роган оттолкнул Лайану, скатился к кровати и направился в маленький коридорчик, где находилось отхожее место. Облегчившись, он вернулся в спальню.

Лайана открыла глаза и вальяжно потянулась. Ей в жизни еще не было так хорошо, как сейчас. Ночью они стояли, обнявшись, под звездами, а потом она спала в его объятиях, зная, что он рядом.

Роган вышел из отхожего места, почесывая голую грудь и зевая.

— Доброе утро, — прошептала Лайана, потянувшись к нему.

Но мысли Рогана были уже далеко. Сегодня предстояло немало работы. Теперь с помощью золота Невиллов он может нанять людей для борьбы с Говардами. Конечно, сначала нужно как следует их обучить. Большинство мужчин — ленивые олухи, ничем не сильнее ребенка. А насчет лени… давно пора вытащить Северна из постели этой ведьмы, иначе она высосет из него последнюю энергию.

Он покинул комнату, ни разу не оглянувшись и не вспомнив о жене.

Лайана потрясенно смотрела ему вслед. Ей хотелось бежать за ним и… И что?

Она легла на подушки и улыбнулась. Она была спокойной, послушной, покорной, и он игнорировал ее. А вот когда пыталась сжечь, он провел с ней ночь. Леди, сидевшая за прялкой, сказала, что мужчины никогда не станут сражаться за послушных и покорных женщин. Станет ли Роган сражаться за жену, которая пыталась убить его?

— Миледи! — взволнованно воскликнула Джойс, врываясь в комнату, и принялась тараторить.

Мысли Лайаны были так заняты мужем, что сначала она не слушала служанку.

— Что? Огненная леди? О чем это ты?

Немного разобравшись, в чем дело, Лайана засмеялась. Похоже, вчерашняя история разошлась по всей деревне, и теперь ее прозвали Огненной леди.

— Тьюзди и Уэнзди уже ушли в деревню, к своим родителям, — продолжала Джойс, — а остальные вас боятся.

Она явно гордилась госпожой, и Лайана усмехнулась. До чего же любопытно видеть нечто подобное в женщине, которая советовала ей во всем слушаться мужа. Послушай она Джойс, и вчерашняя ночь никогда бы не случилась.

— Прекрасно, — кивнула Лайана, откидывая одеяло и вставая с постели. — Мы воспользуемся этим страхом. Возможно, тебе и другим женщинам следует упомянуть яд… и змей… да, это поможет. Если служанка не желает работать, я вполне способна подложить ядовитую змею ей в постель.

— Миледи, я не думаю…

Лайана круто развернулась.

— Что ты не думаешь, Джойс? Считаешь, что я не должна жить собственным умом? Что следует по-прежнему полагаться на твои советы?

Джойс поняла, что потеряла власть над госпожой.

— Нет, миледи, — прошептала она. — Я хотела…

— Достань зеленое шелковое платье, а потом уложи мне волосы, — велела Лайана. — Сегодня я начинаю уборку своего дома.

Обитатели замка Морей вскоре обнаружили, что бледный кролик действительно превратился в Огненную леди. Они работали на братьев Перегрин, которые обычно настаивали, чтобы каждый трудился за пятерых, но эта маленькая женщина в блестящем зеленом платье и с толстыми косами, венком обернутыми вокруг изящной головки, требовала, чтобы каждый удесятерил усердие. Она оторвала от обычных занятий всех слуг и рыцарей и заставила таскать мусор. Камины были тщательно очищены. Ведро за ведром наполнялось костями и всякой пакостью, высыпалось в теперь уже пустые фургоны Невиллов, которые увозились как можно дальше от замка. Лайана поручила Зареду и еще трем мальчишкам избавиться от крыс. Послала в деревню за женщинами, которым велела отскрести стены, полы и мебель. Кроме того, она наняла мужчин, вручила им сети с грузилами и приказала очистить ров. Но грязь была такой плотной, что сети плавали поверху. Тогда Лайана велела прокопать канаву, чтобы отвести в нее содержимое рва, если оно способно вообще двигаться. Мужчины нерешительно переглядывались, боясь меча лорда Рогана больше, чем ее факела.

— Мой муж даст разрешение, — твердо объявила она трусливо переглядывавшимся слугам.

— Но, миледи, — начал один, — ров необходим для обороны, и…

— Обороны? — ахнула Лайана. — Да враг может пройти по нему как посуху!

Но несмотря на все приказы и убеждения, мужчины отказывались копать. Лайана скрипнула зубами.

— Где мой муж? Я пойду к нему и все улажу.

— Он порет фермеров, миледи.

Лайана даже не сразу осознала смысл их слов.