Чтение онлайн

Все эти дни отец молчал. Проезжал мимо, искоса царапая броню на моей гордыне. Хотя иногда мелькало в его помутневших глазах что-то такое, что я невольно думала — а не на*бывают ли меня.

Но видеть его таким… Немощным, увядающим…

Я испугалась за него. Меня приводили в кромешный ужас его синяки под глазами и исхудавшие жилистые руки, которые теперь еще и шелушились.

ЗА деньги можно купить все! Даже органы и веру. Если человек хочет жить. Но папа наотрез отказывался. Специально.

— Если это единственный путь достучаться до тебя, то и умереть не жалко, — ворчал он, сидя за столом, подписывая какие-то документы.

— Ладно. Если я выйду замуж за твоего деда, ты согласишься?

Взгляд его если не оживился, но явно давал добро.

— Завтра, — хрипло сказал отец.

— Что завтра? Свадьба? А как же платье, букет. Девичник в конце концов. Я так понимаю, развестись мне потом нельзя будет. Поэтому я хочу оторваться на последок, — последние слова я чуть ли не со слезами выдавила(скорее слезы смеха). — И торт. Черный. Высокий. Со стекающими вниз слезами моей загубленной молодости.

Отец глянул на меня, как на безутешное дитя.

— ЗАвтра у тебя будет возможность познакомиться с женихом…

— А кстати, пап. Я должна по тому жениху траур нести, или как бы? — издевалась в чистом виде, надеясь что папа улыбнется.

— Выйди вон. Дай умереть в тишине хоть, — папочка картинно схватился за сердце. Его сиделка сразу подскочил, и получил получил нагоняй, чем папочка себя и выдал. — Отстань, прилипала.

— Вижу тебе даже от одной мысли моего замужества лучше? — прыснула я, выскакивая из кабинета.

Мать я игнорила, зато с Кари вроде отношения наладились. Я даже пригласила ее пошопиться. Все таки меня снова сватают.

34

Второй претендент на мою ручку был чуть моложе первого.

Он бы мог выглядеть и моложе, если бы не кустарниковые сросшиеся брови, с проседью на огромным носом.

Мужик такими деньжищами ворочает, а сделать коррекцию не может.

Кари захотела тут же меня предупредить от злых шуток в его сторону.

— Джин не станет рисковать связями отца. Гарбякян и дядя Джинаилова вместе контролировали узлы наркотрафика через наш регион.

Я аж подавилась.

Серьезно? Папаша меня за наркоторговца выдать хочет?

— Не волнуйся. Сейчас твой будущий муж приличный бизнесмен. Главное, уважаемый.

— Ага, а ноздри у него такие — побочка от прежней работы.

Мы рассмеялись с Кари, зажевывая смех стейком, гоняя по тарелкам горох и салат, ухохатываясь еще больше.

— У вас такая милая улыбка, — вдруг подал голос Эдуард. — Вы весь вечер молчали и вдруг улыбаетесь. Позвольте узнать причину?

Крис, не смотри на брови. Боже.

Я снова хихикнула. Отец скрежетнул вилкой по тарелке, глядя на меня пугающим взглядом.

— Сестра смешную историю рассказала, — покосилась я на Кари.

— Со мной не поделитесь, — почти шепотом спросил он, наклоняясь ко мне. А я хотела было взять нож и поскоблить мужику промеж бровей, чтобы хоть видно было границу.

Но ради папочки…

— Я больше слушатель. Болтать не мое, извините, — так же шепотом ответила я.

— Олег, что же ты не сказал, что она еще и молчаливая скромница? В наше время это большая редкость. Мудрая женщина, — Эдуард поднял бокал, и нам все пришлось присоединиться.

Отец был как на иголках. Кари постоянно топталась рядом, чтобы вовремя заткнуть мой рот, который от спиртного уже плохо держал шуточки в себе.

Но в целом, вечер прошел как и планировалось.

Мы проезжали мимо ресторана Макара. Я сразу узнала дорогу.

Макар. Может правда его в любовники взять. Но он же гордый, сволочь. Красивая, грубая сволочь.

Тело сразу затосковало по его шальным и сильным рукам.

Я уже знала, под каким предлогом приеду его навестить.

Но для этого мне нужно сбежать от папочки по уважительной причине.

35

Чертовы четыре часа я плясала, танцевала, кружилась до потери ориентации в пространстве. Не потому что мне реально было классно.

Я торопила время. Дала своим подружкам эти гребаные часы, чтобы примелькаться перед ними.

Никто не хочет, чтобы его жалели. Ведь одно слово нежности — и тебя разорвет от боли.

Что я сейчас хочу? Пасть в объятия Мака.

Вот так я сократила его красивое имя до ласкового прозвища.

— Девочки. Сейчас будет стриптиз. Только тшшш, — я приложила палец к губам, притворно изображая опьянение. — Меня не снимайте.

Я содрала с головы фату и засунула шпильку Вале в кучерявое гнездо. Девочки засмеялись, делая с ним селфи. А я потихой удалилась.

Вышагивая бодрой походной по коридору, ощутила, словно с меня стянули пелену.

Все эти лизоблюды, угашенные, чужие и равнодушные люди — почему я себя этим окружила?

Моя похоть. Дикое желание слиться с чем-то красивым… Каким-нибудь красавчиком.

Я не ощущаю этого.

Чувства перевернуты с ног на голову. С того самого момента, как я вернулась из прогнившей дыры.

Хотя.

Скорее прогнило все вокруг.

Ехала на квартиру Макара. Знаю, он сейчас допоздна на работе. Пытается вывести свой клоповник на новый уровень.

Такси тормознуло у нужного подъезда. Тачка Мака на месте. Свет в квартире не горит.

Ткнула пальцем в звонок, залепив глазок жвачкой.

Никто не открыл.

Стукнула по двери три раза.

Мак стоял в штанах, эротично свисающих на косточках. Дунь ветерок, и они свалятся. Хотя…

— Кристина? — мое имя из его уст сладко наполнил воздух чем-то терпким. Порочным.

В глубине квартиры светило, как если бы парень в потемках смотрел телевизор или сидел за ноутом.

Сделала шаг. Настойчиво вторгаясь на территорию холостяцкой берлоги.

— Я не один, — он встретил меня широкой грудью с темным порослями.

Поднялась глазами по этой могучей груди, по крепкой шее с напряженными взбухшими венами.

— Я не против тройничка, — прошептала я, едва касаясь Мака.

Клянусь, его сердце под моей ладонью готово было из груди вырваться.

Нас обоих притянуло друг к другу с такой силой, что можно стены сломать.