Чтение онлайн

Послышался стук в дверь, затем скрип специально не смазанных петель. Скотти растворился в тени под рабочим столом, его голос слился с шипением статики в динамиках.

– Уок, что это за фигня?

Уокер развернулся на стуле. Так спаять воедино приятный голос и резкие слова могла только Ширли. Она вошла в мастерскую с накрытым подносом: на лице разочарование, губы сжаты.

Уокер подрегулировал громкость, шипение в динамиках стало тише.

– Я тут пытаюсь починить…

– Нет, я о другом. Я слышала, что ты ничего не ешь. – Она поставила перед ним поднос и сняла крышку, выпустив пар из миски с кашей. – Ты сегодня утром съел завтрак или кому-то отдал?

– Тут слишком много, – сказал Уокер, глядя на миску с тремя или четырьмя порциями каши.

– Нет, если ты раздаешь свою еду. – Ширли сунула ему в руку вилку. – Ешь. Ты скоро из комбинезона вывалишься.

Уокер уставился на кашу. Поковырял ее вилкой, но желудок у него уже настолько сжался, что он перестал ощущать голод. Уокер давно не ел, но ему казалось, что он никогда больше не проголодается. А желудок будет все дальше сжиматься в комочек, и потом ему навсегда станет хорошо…

– Ешь, черт побери!

Уокер подцепил немного каши, подул на нее, совершенно не желая есть, но все же сунул ее в рот, чтобы успокоить Ширли.

– И я даже слышать не желаю о том, что кто-то из моих людей торчит у тебя под дверью и умасливает всякой болтовней, ясно? Ты больше не будешь отдавать им свою еду. Понял? Ешь еще.

Уокер проглотил кашу и был вынужден признать, что ощущение от горячей еды, опускающейся в желудок, приятное. Он набрал на вилку еще немного.

– Если я все это съем, меня стошнит.

– А если не съешь, я тебя убью.

Уокер взглянул на нее, ожидая увидеть улыбку. Но Ширли больше не улыбалась. Никто больше не улыбался.

– Что это за дурацкий шум? – Ширли обвела взглядом стол, отыскивая источник шума.

Уокер положил вилку и уменьшил громкость. Регулятор был припаян к цепочке резисторов, а сам он назывался потенциометром. Старику вдруг захотелось объяснить все это Ширли – что угодно, лишь бы отвертеться от еды. Он мог рассказать, как придумал схему усилителя, и что потенциометр, по сути, всего лишь резистор с переменным сопротивлением, и что даже маленький поворот его ручки может регулировать громкость…

Уокер оставил эти мысли. Взял вилку и помешал кашу. Он слышал, как из тени под столом что-то шепчет Скотти.

– Так-то лучше, – заметила Ширли, когда шипение стало тише. – Такой мерзкий звук – хуже, чем был у старого генератора. Черт, если ты можешь сделать его тише, то зачем включать на такую громкость?

Уокер сунул в рот кашу. Пережевывая ее, он положил вилку и взял с подставки паяльник. Порылся в коробочке с использованными деталями, отыскивая еще один потенциометр.

– Подержи их, – попросил он Ширли с набитым ртом, показывая на торчащие из потенциометра провода, и положил их параллельно острым серебристым контактам мультиметра.

– Хорошо, если ты будешь есть. – Она сжала пальцами проводки и контакты.

Уокер зачерпнул очередную порцию каши, забыв на нее подуть, и та обожгла ему язык. Он проглотил ее, не жуя. В груди прокатилось расплавленное пламя. Ширли велела ему не торопиться. Он проигнорировал совет и повернул ручку потенциометра. Стрелка мультиметра качнулась, показывая, что потенциометр исправен.

– Почему бы тебе не отложить свои детальки и не поесть, пока я здесь? – Ширли отодвинула стул от рабочего стола и уселась на него.

– Потому что каша слишком горячая, – пояснил Уокер, помахивая ладонью перед ртом. Он схватил катушку паяльной проволоки и коснулся ею кончика горячего паяльника, покрыв блестящим серебристым припоем. – Мне надо, чтобы ты подержала черный проводок у этого контакта. – Он слегка коснулся паяльником крошечной ножки резистора на плате с пометкой «18».

Ширли склонилась над столом и прищурилась, глядя на то место, куда он показывал.

– И тогда ты все доешь?

– Клянусь.

Она строго взглянула на него, словно намекая, что восприняла его обещание всерьез, потом сделала то, о чем он просил.

Руки у нее оказались не такие уверенные, как у Скотти, но Уокер опустил линзы и быстро подпаял черный проводок. Затем показал ей, куда надо подвести красный, и закрепил его тоже. Даже если идея не сработает, он всегда сможет их отпаять и попробовать что-то еще.

– Только не дай каше остыть, – предупредила Ширли. – Я-то знаю, что холодную ты есть не станешь, но я не пойду в столовую, чтобы ее подогревать.

Уокер посмотрел на маленькую плату с нумерованной наклейкой. Потом неохотно взял вилку и набрал солидную порцию.

– Как там наши дела? – спросил он, дуя на кашу.

– Дерьмовые наши дела. Дженкинс и Харпер спорят, имеет смысл вырубить электричество во всем укрытии или нет. Но вот несколько парней, которые там были… ну, когда Нокс и…

Она отвернулась, не договорив.

Уокер кивнул и стал жевать.

– Те парни сказали, что в то утро свет в АйТи горел на полную катушку, хотя мы вроде как отрубили его им.

– Может, они пустили ток по обходным кабелям, – предположил Уокер. – Или питались от аварийных аккумуляторов. Они у них есть, сама знаешь.

Он принялся жевать очередную порцию каши, но ему до смерти хотелось покрутить потенциометр. Уокер был совершенно уверен, что шум статики изменился, когда он подпаял второй проводок.

– Я им все время твержу, что такие издевательства над укрытием принесут нам больше вреда, чем пользы. Они просто восстановят остальных против нас.

– Точно. Слушай, можешь покрутить эту штуковину? Ну, пока я ем?

Уокер прибавил громкости в динамиках, но ему требовались еще две руки, чтобы вращать потенциометр, болтающийся на двух проводках. Ширли сперва отпрянула от динамиков, но потом потянулась к регулятору громкости.

– Нет, я хочу, чтобы ты покрутила тот, что мы припаяли.

– Какого черта, Уок? Сиди и ешь!

Уокер повиновался. А Ширли, хотя сперва ругалась и протестовала, все же начала крутить ручку потенциометра.

– Медленно, – велел Уокер с набитым ртом.

И точно – статический шум в динамиках изменился, как будто хрустящий пластик начал перемещаться по комнате, отскакивая от стен.

– И что я сейчас делаю?

– Помогаешь старику…

«…Да, ты мне можешь здесь понадобиться…»